Вера Семенова - Проклятие Вальгелля. Хроники времен Основания

— Я еще не до дна всунулся, — недовольно оправдывался Дагадд. — И где я тебе отковырну грозу без дождя? Сам бы и колошматился, коли так.

Гвендолен, подавшись вперед, смотрела во все глаза на эту безумную парочку. Она даже не отстранилась, когда Логан тряхнул плащом, и полетели брызги.

— Вы что, хотите сказать, что сами вызвали эту непогоду.

— Дагди вызвал, — буднично отозвался Логан. — Он теперь умеет. Но у него, конечно, получается еще далеко не идеально.

— Зато у тебя идеально получается сочинять сказки. Неужели ты думаешь, что мы вам поверим?

— А неужели ты думаешь, что нам нужна твоя вера, Гвендолен Антарей? Вас пока не схватили — уже хорошо.

Логан наконец закончил возиться с отсыревшим плащом, и достал из кошеля длинную обкусанную трубку и кисет. Он медленно принялся уминать табак, полностью погрузившись в это занятие, отчего молодое лицо с мокрыми волосами сделалось таинственным и сосредоточенным.

— Вы что-то говорили о новостях, — вступил в разговор Эбер. Было видно, что сдержанность во время россказней о якобы вызванной грозе далась ему нелегко, но все-таки он больше владел собой, в отличие от Гвендолен.

— Ну да, — Логан раскурил трубку от своего огонька, глубоко затянулся и передал ее Дагадду. — Как вы знаете, новости бывают двух видов — дурные и не очень.

— Я сама могу их тебе рассказать, — хмыкнула Гвендолен. — Хорошая новость — то, что они пока не догадались, что… в общем, кем сьер Баллантайн был в Эбре много лет назад, — она с трудом подобрала слова, — а плохая — то, что им пришло в голову, будто мы возвещаем конец света.

— Не только, — мягко сказал Логан, снова поднося трубку к губам. — Дурная новость — что все улицы вокруг оцеплены усиленными отрядами. И гвардейцы пойдут на наши поиски, как только закончится гроза.

— Чтобы уравновесить такое известие, — Гвендолен постаралась разыскать самую насмешливую из своих улыбок, чтобы губы не дрогнули, — хорошие новости должны сшибать с ног своей благостью.

— Гроза продлится еще как минимум часа три, — пробормотал Логан, не вынимая изо рта черенка трубки.

— Это и есть хорошие новости?

— А разве я обещал, что они вообще будут?

Долгое время Гвендолен меряла его взглядом, решая, кинуть ли чем-нибудь в человека, который умеет зажигать огонь без кресала. Но потом разумно решила, что лучше не стоит. Тем более, что Логан, адресуясь в первую очередь к Баллантайну, поскольку настроения Гвендолен явно остерегался, вытащил из-за пазухи свиток, перевязанный потрепанной лентой.

— Вот, кстати, полезный результат нашего близкого общения с народом. Полный список "Предсказания о конце мира". который в Эбре считается запрещенным текстом, а значит, его читали почти все. Довольно любопытное творение, рекомендую.

— Когда вы ухитрились прочесть?

— Странно, Эбер, что вы почему-то не спросили у Дагди, — Логан холодно прищурился с легким превосходством, — как он ухитрился съесть три мешка вяленой рыбы. У нас с ним разделение обязанностей — я глотаю книги, а он все остальное.

— И когда наступит конец света? — перебила Гвендолен. — Там действительно пишут, будто мы его принесем?

— Милая Гвендолен, если бы эбрийские предсказатели точно указывали на место и время, им бы давно уже никто не верил. Но текст очень интересный, как я уже говорил. Например, сказано, будто накануне конца света из подземного мира поднимется ненасытное чудовище, пожирающее все вокруг. Прискачет воин с разящими без промаха стрелами, чьи глаза зажигают огонь. Ну а дальше гораздо менее любопытно — про то, как на сушу полезет огромная морская змея и прочее.

— Не слишком ли вы возгордились своей ролью? — Гвендолен фыркнула, но в ее голосе звучала легкая тревога. — Понимаю, что должно быть очень приятно швырнуть этот мир на дно океана, но может, вы все-таки малость повремените? Мне сейчас не очень хочется расставаться с жизнью.

— Вы же не будете говорить, Логан, будто верите в конец света. — пожал плечами Эбер. Из всех троих он сохранял наиболее ясное сознание. Дагадд дремал, переваривая свои недавние подвиги, а Логан и Гвендолен находились в каком-то полулихорадочном состоянии, каждый по разным причинам. — Давайте лучше подумаем о более насущных делах.

— Верю и ни секунды не задумываюсь, — Логан встряхнул подсохшими прядями волос. — Кроме того, трудно найти что-то более насущное, имеющее меньшее отношение к нашей судьбе. Единственное, я не очень верю в морского змея, да простят мне любители диковинных животных. Правда, в предсказании еще фигурируют крылатые монстры, и вот в них я не сомневаюсь.

— Я понимаю, что наше общество тебе настолько противно, что ты решил от нас избавиться наверняка, покончив со всем миром заодно. Но ты не учел одну малость — в таком случае твое дальнейшее существование тоже под вопросом.

— Это вы не учли одну малость, Гвендолен, — в тон ей отозвался Логан. — Гибель одного всегда означает начало другого. Прежнего мира действительно больше не будет. Его конец — это начало нового, в создании которого мы будем принимать самое деятельное участие. Чем меньше шагов отделяет нас от Эбры, тем больше во мне уверенности, что именно так и будет.

— Прежде чем что-то менять, неплохо бы выбраться из этого подвала, — подвела черту Гвендолен. — Иначе новый мир закончится вместе с нами, не начавшись.

— Похоже, буря затихает, — заметил Баллантайн, расположившийся ближе всех к пролому в стене.

Действительно, завывание ветра прекратилось, и шум дождя утих настолько, что четверо, внезапно замолчав, смогли различить негромкий голос, произносящий снаружи:

— Иситар… О Иситар…

В проеме сквозь падающие сплошной стеной капли дождя угадывался склонившийся одинокий силуэт. Но его одиночество совсем не исключало возможность ловушки, а даже усиливало ее, поэтому все переглянулись, но никто не тронулся с места.

— Если я правильно делаю выводы, — медленно произнес Эбер, — то из всех нас это может иметь отношение только к Гвендолен.

— Мне выйти? — она мгновенно приподнялась.

— Ни в коем случае! Поговори с ним, но только осторожно.

Гвендолен осторожно подкралась к проему, надеясь, что внутри все равно ничего разглядеть нельзя.

— Кого ты зовешь?

— Я уже благословил сегодняшний день, потому что увидел тебя, Иситар, — быстро отозвался человек захлебывающимся шепотом. — Но теперь я благословляю его дважды, потому что ты ответила мне.

Гвендолен в задумчивости растрепала волосы, соображая, что правильно сказать в такой ситуации, чтобы ничего не испортить.