Мария Чернокрылая - Эта безумная, безумная семья

Леша, даже не подозревающий о моей внутренней дилемме, между тем встал, отнес тарелку к раковине (молодец, хозяйственный) и, глянув на меня, неуверенно спросил:

— Ну… Я пойду?

— Куда? — в свою очередь удивленно поинтересовалась я.

Пожав плечами, Леша отозвался безразлично:

— Куда-нибудь. Еще у кого-нибудь яда попробовать.

Он постарался беспечно улыбнуться, но, увы, не преуспел в этом деле.

Мальчик, что, совершенно не представляет, куда и зачем его послала мать? Впрочем, немного подумав, я пришла к выводу, что женщина была права, когда ничего не рассказала сыну. В конце концов, откуда ей знать, что у меня не было выбора — принимать его или нет? Даже несмотря на то, что он простой человек.

— Значит, так, — наконец произнесла я, положив ладони на стол и задумчиво глядя на Лешу. — Если пообещаешь, что никому ничего не расскажешь о том, что я тебе расскажу, ты можешь остаться у меня. Но запомни: если ты согласишься, ты уже никогда не сможешь вернуться к жизни, к которой привык. И придется многому учиться. Новым правилам жизни.

Я не запугивала, просто все так и есть. Ну, скажите (если, конечно, вы не относитесь к магическому слою), вот вы знаете, что нужно делать, если на вас нападет кто-нибудь из неразумной нежити? Или попадетесь все тем же вампирам, с которыми не желаете заводить тесное общение? Впрочем, вам-то нечего волноваться — вам, в случае чего, все равно сотрут память. Или придумают правдоподобную причину смерти…

— Не вернусь к жизни, к которой привык? — переспросил Леша так, что я против воли заглянула ему в глаза, пытаясь найти признаки того, что ему куда больше лет, чем кажется. И тише добавил, посмотрев на темное небо за окном: — Я был бы только рад…

— Неужели все так плохо?.. — негромко переспросила я, не сводя взгляда с мальчика.

Он промолчал в ответ.

Вот так у меня появился приемный сын и ученик в одном лице. Или лучше сказать — мордашке? Премилой такой мордашке, когда ее не портят усталость, скажу я вам. Подрастет — от девушек отбою не будет.

Отступление девятое.

Пожалуй, стоит немного рассказать о доме. Дом — это больше, чем просто место в географической точке планеты. На самом деле он находится на втором слое мира, в магической его части, а на земле остается лишь условное физическое воплощение — чтобы можно было попасть в дом из обычного слоя мир.

Раз в сто лет дом "переезжает". И в следующий раз он может появиться в совершенно неожиданном месте. Страны и города для него лишь условность, которой желательно держаться ради своих жильцов. Один раз, очень давно, дом буквально на пару лет занесло на ледник.

По сути, дом — это живое существо, рожденное древней магией. Он может "подстраиваться" под своих хозяев — расширять и уменьшать комнаты по необходимости, добавлять в планировку новые комнаты и закоулки. Таким образом, пространство внутри дома практически бесконечно, и каждому члену семьи, а так же их гостям, найдется свой закоулочек. И этот самый закоулочек каждый может обустроить по своему вкусу — стоит лишь договориться с домом и объяснить ему, что ты хочешь. Но влиять на дом могут только те, кто связан с ним кровь или ритуалом принятия в семью.

А еще дом может скрываться, маскироваться, казаться чем-то другим, нежели он есть на самом деле. Посторонний человек, особенно — обычный человек, никогда не найдет дом. Зачем, спросите вы, тогда нужна такая мера, как переезды? Дело в жильцах дома. Колдуны и ведьмы, нелюди и полукровки живут намного дольше, чем обычные люди. Только их соседи этого принять не могут, вот и приходится раз в столетие менять обстановку.

Наверно, к дому следовало обращаться бы куда почтительней — Дом. Все-таки, его почти можно считать еще одним членом семьи, самым старым и мудрым. Да вот только в магическом мире есть свои правила и знакомы. Древняя магия слишком строптивая, чтобы слушать колдунов нового поколения, и если к дому долго обращаться на "вы" — он может банально зазнаться… и кто его знает, что тогда произойдет!

Глава вторая

Ночь выдалась неспокойной. Сначала ко мне в гостиную (Лешу я все-таки устроила в своей комнате) явилась кошатина (нет, ну не могу я ее по-другому называть!) и орала у меня над ухом, как дурная. Сперва я подумала, что она банально проголодалась. Не поленилась, встала, прошла на кухню. А эта… нехорошая гордо проигнорировала и рыбу, и молоко. И главное смотрит на меня так задумчиво, что аж мороз по коже…

Когда я убрала все съестное, что достала, и вернулась в гостиную, кошка пошла за мной и снова принялась орать, требуя не понятно чего. Еще немного подумав, выпустила ее на балкон, где мы организовали кошачий туалет. Он тоже был проигнорирован. В конце концов, мне все это надоело, и, снова устроившись на диване, я просто подтянула к себе кошку и прижала к себе, внутренне надеясь, что в тот момент была похожа хоть чем-то на ее маму. Уж не знаю, походила ли в действительности, но кошатина, наконец, успокоилась и довольно замурлыкала. Вскоре мы вместе с ней уснули.

Но долго поспать нам не дали. Вернее, мне. Кошатине что, ее такие мелочи, как налетевшая на диван-кровать (что-то мне это напоминает…) Налька не будят. А вот меня — еще как. Открыв глаза, я в первую минуту чуть опешила, не сразу сообразив, кто это такой передо мной. А вам слабо узнать милую девушку с ясными глазами в большой летучей мыши, только отдаленно похожей на человека — фигура что-то такое сохранила?

Тело и лицо Нальки были покрыты короткой, жесткой шерстью темно-коричневого цвета, только на шее и плечах она была посветлее и помягче. Руки стали перепончатыми крыльями, сохранились только пальцы, на которых появились внушительные, цепкие коготки. В лице только рот сохранил подобие человечности (клыки же мы считать не будем, верно?), уши превратились в прямо таки настоящие локаторы. Глаза чуть светились в темноте, белка в них не было. Шла она, тихо клацая коготками на ногах об пол, и мне оставалось только удивляться тому, что я ее не услышала. Ну и тому, что ей каким-то чудом удавалось не царапать паркет.

Присмотревшись, наконец, друг к другу и убедившись, что нам не кажется, мы в один голос шепотом спросили:

— А ты чего здесь?

— Так это твоя истинная форма?

И обе чуть замялись, пытаясь решить, кто первый должен отвечать. Ну и, конечно, в итоге получилось, что и ответили мы в один голос:

— У меня просто гости.

— Да, она самая…

Рассмеялись мы тоже одновременно. Тихо, чтобы не разбудить кошатину и Лешу. Впрочем, про второго Налька еще не знала. Чуть посторонившись, я кивнула недопире на место рядом с собой. Та покачала головой и, кивнув рукой-крылом в сторону окна, пояснила: