Ив Форвард - Злодеи поневоле

На фоне холодных стен он видел своих спутников как размытые пятна тепла, но стоящая перед ним фигура была такой же холодной, как стены, и от нее пахло грязью, кровью и мускусом, словно от ящерицы. Постепенно глаза начали привыкать к темноте, и Сэм стал различать новые подробности. Робин стонал и пытался подняться на ноги. Остальные тоже лежали — кроме Черной Метки, который стоял в углу, потирая шлем. Сэм внутренне содрогнулся, заметив, что от него не исходит тепла, но успокоил себя тем, что это, наверное, из-за лат. Кайлана зашевелилась, встала и окликнула темноту:

— Эй?

— Эге-гей! — отозвался странный голос, направляясь к ней.

«Она не видит его, — вдруг сообразил Сэм. — Она обычная, в ней нет огня, того огня в крови, который дает возможность видеть в ночи… А что, если эта тварь опасна?»

Он напрягся, готовясь к прыжку и не сводя глаз со странного существа. Оно снова заговорило:

— Раненые люди, да… В топях опять кровь! Разбудила старика Ортамота — и малышей тоже! — радостно булькал голос.

Сэм судорожно сглотнул. Ортамот! Болотный демон, похищающий жизнь! Ортамот был грозой всего Шестиземья: поговаривали, что он может выскочить из-под земли, где ни пожелает, и особенно охоч до маленьких непослушных детей…

— День сейчас, — с отвращением пробормотал Ортамот. И добавил уже веселее: — Малыши вернулись домой. Видишь?

Неожиданно в темноте возникло сияние, которое постепенно усиливалось: по туннелю в пещеру вплывал поток тех самых золотистых огоньков, на которые Валери запретила смотреть. Сэм попытался не смотреть на них и сейчас, но это было невозможно.

Блуждающие огни заполонили пещеру, и теперь Сэм мог ясно рассмотреть своих спутников. Они уже встали — все, кроме Арси, который так и остался лежать там, где упал со спины кентавра. И Ортамота Сэм тоже увидел.

Это было кошмарное зрелище — немыслимое сочетание человека и ящерицы: чешуйчатая кожа, мощные руки с когтистыми пальцами, толстый мускулистый крокодилий хвост. Вытянутая зубастая пасть тоже наводила на мысль о крокодиле; большие глаза были разноцветными: один кроваво-красный, другой — темно-желтый. Зрачки напоминали кошачьи, но как бы сдвоенные: они пересекались, образуя косой крест. На Ортамоте была потрепанная туника, сделанная из разномастных кусочков меха… Впрочем, если верить легендам, это был не мех, а волосы нехороших девочек и мальчиков — и, разумеется, неосторожных путников. Красный глаз подмигнул Сэму.

— Старина Ортамот — уродина, правда? Откусит тебе голову за секунду, он может!

Сэм в этом ни капли не сомневался. Под морщинистой кожей, покрытой крепкой чешуей, перекатывались узлы мощных мускулов. Ортамот был высок, но согнут почти вдвое, поэтому казался одного роста с Сэмом. Убийца приготовился дорого продать свою жизнь. Ортамот издал странное прерывистое шипение — и Сэм с изумлением понял, что он так смеется.

— Если ты дашь нам повод, мы постараемся убить тебя, — отважно объявила Кайлана. Валери и Черная Метка молча смотрели на Ортамота, а Робин трясся от боли и ужаса. Он никак не мог понять, как ему и на сей раз удалось получить рану.

— Нет, сегодня откусывать не хочу. Малыши хорошо поохотились, да? — Ортамот посмотрел на огни. Послышался переливчатый свист, такой высокий, что человеческий слух едва его улавливал. — Эх, взбаламутили трясину, задали старику Ортамоту работенку. — Качая головой, он вновь повернулся к злодеям. — На чердаке рыщут охотники. Ищут вас. А вы здесь отсиживаетесь, да?

Он тягуче захихикал.

— Что ты попросишь взамен? — холодно осведомилась Валери. — Наши головы?

— Нет-нет, — весело забулькал Ортамот. — На чердаке голов сколько угодно. Уже парочку заполучил.

Он протопал туда, где лежал Арси, и посмотрел на бариганца. Рядом с вором встали убийца, друидка, рыцарь и колдунья.

— Он с нами, — тихо объяснил Сэм. — Какой-то охотник пытался его затоптать.

— Это был Фенвик, — холодно сказала Кайлана.

Она опустилась на колени рядом с бариганцем и, осторожно перевернув его, закусила губу. На широкой груди вора зияла глубокая рана. Лицо его было смертельно бледным. Кровь насквозь пропитала ярко-желтую куртку. Бариганцы — народ низкорослый, так что лишней крови у них мало. И Арси, похоже, потерял ее уже слишком много.

— Мелибрек! — Кайлана чуть слышно выругалась. — Это не в моих силах… Он умирает.

Ортамот всмотрелся в бариганца и вдруг по-птичьи свистнул. Один из Блуждающих огней отделился от потолка и завис над бариганцем. Сэм зарычал и вытащил кинжал.

— Только попробуй скормить его своему любимцу, Ортамот! — прошипел он. Надо признаться, Арси временами сильно его раздражал, но чтобы человек умирал вот так…

Ортамот оскалил в улыбке свои острые зубы:

— Не бойся. Дает, а не отнимает.

Блуждающий огонь замерцал интенсивнее и, казалось, превратился в клубящееся облако, которое начало впитываться в кожу бариганца. Тело его тоже замерцало — а потом рана на глазах у изумленных злодеев затянулась, лицо порозовело, дыхание стало глубже. Блуждающий огонек вернулся, слегка потускнев, в первоначальное состояние, а Арси вздрогнул, зашевелился и, открыв свои голубые глаза, сел и огляделся.

— Что такое? — спросил он. — Где это я?

— Поразительно, — сказала Кайлана, глядя на Ортамота. — Почему ты это сделал? Ты ведь…

— Злой? — Ортамот захихикал, постукивая хвостом по грязному полу. — Да-да! — Смех его оборвался. — Плохие времена для старика Ортамота. Яркие дни, темноты почти не бывает… Он спит в топях, умирая, умирая… И вдруг — кровь! Кровь в воде топей! Он просыпается и видит, видит людей, темных людей: они прячутся, бегут от людей света.

— Не бегство. — Сэм закашлялся, скрывая смущение. — Скорее стратегическое отступление…

Ортамот не обратил на его слова внимания.

— И решил воспользоваться случаем… А потом подумал — и решил помочь даже! Ортамот очень старый, — добавил он, обводя злодеев взглядом. — Помнит, когда всюду были друиды. Натуане жили в пещерах, там порой охотились малыши. Помнит Войну! Хорошая тогда была в топях охота, — тоскливо проговорил он. — Но теперь все ушло. Малыши, когда еще повсюду летали, рассказывали Ортамоту обо всем. Говорили, что тьма уходит, Врата закрыты…

— Ты знаешь про Врата? — перебила Валери, и ее большие глаза сверкнули. Сидевший у нее на плече Чернец каркнул. Ортамот погрозил ей когтистым пальцем:

— Да… Это было давно — но знаю. Раз ты тоже — значит, старина Ортамот угадал верно! Вы поправите!

— Э-э… — замялась Кайлана, не зная, много ли можно открыть этому странному существу, но Ортамот отрицательно покачал своей уродливой головой.