Ксюша Ангел - Исповедь пророчицы. Источник силы

 – И ты говоришь, что я должна жить, потому что Роланд ради этого лишился смысла жизни? А я его просила? Я просила его делать это? Лучше бы Влад убил меня! Тогда бы у всех было то, что он хочет: Роланд остался бы саки, у Влада была бы его сверхсила, а я…я была бы свободна!

 Отчаяние переполняло меня, отчаяние и безграничная, бездонная боль.

 – Ты должна не только поэтому, – сказал Кирилл. – Влад не мертв. Он боролся и выжил. И жива ты. Я понимаю, для тебя это сейчас не аргумент, но жив еще кое-кто. И этот кое-кто очень хочет родиться!

 Если бы на меня вылили ведро воды, это возымело бы меньший эффект.

 – Что ты хочешь сказать этим? – спросила я.

 – Ты беременна, Полина. У тебя будет ребенок.

 Ребенок. Ребеночек…

 Ребенок от Влада. 

 О чем я только думала? Конечно, я буду жить! Я должна и я буду!

 Счастливая улыбка заиграла на моем лице, и я заметила, что Кирилл расслабился.

 – Ты поможешь мне? – спросил он. – Потому что я вымотался, спасая вам жизнь!

 – Да, конечно. Я буду делать все, что ты скажешь, я буду пить любую, самую ужасную жижу и участвовать во всех ментальных оздоровительных процедурах. Интересно, это будет мальчик или девочка?

 – Я, конечно, не УЗИ, но все признаки говорят о том, что это девочка! – сказал Кирилл не без гордости.

 – Девочка… – мечтательно произнесла я.

 Что ж, у меня появился смысл жизни. Говорят, когда все становится пустым и несущественным, обязательно появляется что-то, что заставляет идти дальше. Для меня это была моя беременность. Я так старалась выздороветь, что даже не заметила, как встала на ноги. Мои запястья были все еще перевязаны, но боли я уже почти не ощущала. Хотя, при взгляде на них, меня пронзала другого рода боль, но я старалась не думать об этом. Я не имела права страдать сейчас. Сейчас я должна была думать о хорошем.

 Я знала, что Влад жив, но где он, я выяснять не стала. Я знала – так будет лучше. Однажды он снова возникнет в моей жизни, я была в этом уверена. Я не знаю, сработал ли ритуал, который прервал Роланд своим появлением, но если да, то он возникнет сияющим и сильным. И меньше всего на свете мне хотелось быть в этот момент похожей на хнычущую девчонку.

 Артем вновь вошел в мою жизнь. Он давал мне лекарство от боли, он давал мне свою любовь. Ежедневно, как антибиотик. Возможно, я поступала неправильно, вновь возвращая ему надежду, но тогда я не задумывалась об этом. Его присутствие, его участие лечили мое раненое сердце, и я вновь поддалась слабости, растворив свою боль в его теплых объятиях. Тот другой мир, мир Марины, был слишком холодным, чтобы выжить в нем в одиночку. А этот мир, где были мои близкие, саки, был для меня пустым…

 Я заставляла себя улыбаться и держать хорошую мину при плохой игре. Роланд гордился бы мной, но Роланда не было рядом. Не было рядом того, кого я хотела видеть больше всего в жизни. Но я знала также, что для меня не помеха его отречение. Я знала, что найду его сразу же, как поправлюсь окончательно. И когда я уже чувствовала, что могу выходить на улицу, я отправилась на гаражи. Я знала, что смогу найти его там, или хотя бы услышать, где я смогу его найти.

 Девушка Катя, которая питала к нему неподдельный интерес, встретила меня без улыбки на лице, но поговорить все же согласилась.

 – Вы поссорились? – спросила она. Она думала, что мы встречаемся.

 – Нет, Катя, мы с Роландом не в тех отношениях, чтобы поссориться…так, как ты думаешь.

 – О… – мне показалось, она облегчено вздохнула.

 – Но мне нужно найти его, это очень важно. Его телефон не отвечает, а как с ним еще связаться, я не знаю.

 – А у него дома ты была? – спросила она.

 – Да, – ответила я. Я живу у него дома. Но это я озвучивать не стала.

 – Странно. Он появляется здесь иногда, но выглядит как-то…по-другому. Поэтому я и подумала, что вы расстались или поссорились. Все здесь уверены, что у вас отношения. Артур, кажется, пару раз заходил к нему домой, и заставал его там. Но если ты говоришь, что его там нет...Может, он просто уехал ненадолго…

 – Постой, ты говоришь, Артур заходил к нему домой? – спросила я. Я не помнила такого, хотя, возможно, это было, когда я восстанавливалась и находилась в постели. – А куда именно заходил Артур?

 – К нему домой… – недоуменно повторила Катя.

 – А адрес ты знаешь?

 – Ну, конечно! – она, казалось, не могла понять, как это я не знаю, где живет Роланд. Признаться, я и сама не могла этого понять. – Бульвар Ленина, дом 13, квартира 87.

 Это был удар. У Роланда было еще одно жилище, и он не сказал мне об этом. «Некогда горевать об этом, – сказала я себе. – Возможно, он просто не посчитал нужным говорить мне о своей квартире!»

 Я вызвала такси и через полчаса стояла перед домом 13 на бульваре Ленина. С замирающим сердцем, я нашла квартиру под номером 87 и позвонила в дверь. Через несколько секунд, которые, впрочем, показались мне вечностью, дверь распахнулась, и я выдохнула. На пороге стоял мой Роланд. И в то же время, это был совсем не тот Роланд, которого я помнила. Трехдневная щетина покрывала его обычно гладко выбритое лицо, брюки его были смяты, волосы взъерошены, но больше всего меня поразили его глаза. В них не было искры, не было света.

 – Роланд… – выдохнула я.

 Его глаза расширились на секунду, а потом он отвел их, чтобы не смотреть на меня.

 – Что ты здесь делаешь? – безразличным голосом спросил он.

 – Что я здесь делаю? – переспросила я, скорее оттого, что была в шоковом состоянии.

 – Именно это я и спросил. Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя здесь находиться! – сказал он так отстраненно, как только смог, но голос его дрожал, и, о небеса, мне показалось, он сейчас расплачется.

 – Плевать я хотела на всякие там «нельзя»! – сказала я и решительно протиснулась мимо него в помещение.

 Я была зла. Я была обижена. И я была в смятении. Что могло заставить Роланда не звонить мне все эти недели? Я была при смерти, а он даже не поинтересовался, как у меня дела! Его дела были не менее ужасны. Я осмотрелась – такого беспорядка я в жизни еще не видела, а я их повидала несметное количество пока жила с Викой, и мы устраивали гулянки чуть ли не каждый вечер. Вся квартира была завалена мусором: пачки от чипсов, бумажки, пивные бутылки… Бутылки с чем-то покрепче…

 – Роланд, – выдохнула я. – Как…зачем ты это делаешь?..

 У меня не было слов, чтобы выразить всю боль и тоску, охватившую меня. Роланд еще совсем недавно избавился от вредной привычки выпивать, а сейчас, кажется, снова к ней вернулся.

 –  Это не такая уж и дурная привычка, – пожав плечами, сказал Роланд. – Учитывая обстоятельства…