Ярослав Коваль - Под сенью короны

А потом в какой-то момент неожиданный удар оттолкнул меня от противника, в которого я уже нацелился. Сперва я даже не понял, что произошло, мигом восстановил равновесие, приготовился отражать атаку и с запозданием обнаружил: левая рука не действует. Вернее, действует, но как-то плохо.

С полминуты я отбивался от воспрявшего духом противника — в принципе, правой руки на это хватало с избытком. Потом мои бойцы прикрыли меня, а один из них непонятно почему решительно оттолкнул в сторону, к стволу дерева, прижал к нему — я даже в какой-то момент грешным делом заподозрил предательство, и что сейчас меня прибьют свои же.

Но боец не смотрел мне в глаза, как можно было ожидать в случае столь вопиющего и демонстративного предательства. Он смотрел на мою левую руку.

— Командиру нужно отойти поглубже в лес, — услышал я и только тогда покосился на пострадавшую конечность. Из плеча торчал толстый чёрный болт. Так вот в чём дело! Ещё повезло, что незадачливый арбалетчик промазал мимо лица или груди.

Я взялся было за древко, но боец остановил мою руку и настойчиво поволок меня в глубь леса. А, он хочет доставить меня к Хидбару! Разумно, уж маг-то сообразит, как всё сделать. Интересно, почему я не чувствую боль? Должен же, по идее!

Лишь после этой мысли, словно отвечая ей, боль пронизала не только руку, но и тело, отдалась в затылке, и если б не привычка, это ошеломило бы и обездвижило ужасом. А так… Пригибаясь и опираясь на руку бойца, я добрался до места, откуда мы, собственно, и начали атаку. С облегчением уселся на землю, опершись спиной о кочку. Кажется, внутри этой кочки прячется старый пенёк, и останки его корней сейчас чувствительно впиваются мне в спину.

Маг добрых полминуты крутился и вертелся над моим плечом, даже не прикасаясь к древку, и это начало выбешивать.

— Ну, долго будешь любоваться? Выдёргивай его нафиг и всё!

— Пусть командир потерпит.

— Больно вообще-то!

— Это как раз не проблема. — Хидбар вытащил коробочку с уже знакомыми мне булавками и одну из них, с синей головкой, воткнул мне подмышку. Боль сдала позиции уже через мгновение и скоро совсем исчезла.

— Так почему не выдёргиваешь-то?

— Потому что пока металл и дерево стрелы перекрывают пробитые сосуды. Прежде, чем освободить их, я должен примериться, как всё заживить, чтоб кровопотеря оказалась минимальной. Я лечу именно так, как положено.

— Понял. — Мне стало стыдно. — Не буду мешать профессионалу, обещаю.

Но это оказалось трудно — не мешать. Всё время тянуло посмотреть на свою руку. Вот вскрывают рукав, поднимают край кольчуги… Жаль, что я на этот раз был в кольчуге с коротким рукавом. А может, к счастью. Болт пробил бы и металл, но тогда извлечь руку из доспеха оказалось бы намного труднее… Жутко смотреть, как в твоё тело запускают кончик ножа, чтоб без лишних травм извлечь наконечник. А потом ещё лезут в рану булавками с красными и жёлтыми головками. Чтоб я хоть как-то разбирался в местной магической медицине…

— Всё, можно шить, — Хидбар потеснился и сунул иголку и нитку бойцу, который вытащил меня из боя.

— Эй, а почему не ты?

— Я устал.

— Ну, нормально… — С минуту я наблюдал, как мой солдат умело орудует иглой. — А ты молодец.

— Благодарю, командир. Готово.

— Что там с операцией?

— Благополучно, командир, — ответил боец, вывернув откуда-то из-за тесно сжавшихся стволов. — Отряд уничтожен. Несколько конников сумели скрыться.

— Несколько конников погоды не сделают. Потом отловим. Что в замке?

— Пока мне не известно.

— Что ж… Давайте взгромоздим меня на пластуна и переберёмся поближе к Гирлянде. Сколько погибших?

— Шестнадцать человек. Вернее сказать, четырнадцать, но ещё двое ранены слишком тяжело, чтоб им можно было помочь.

— Ясно. Пусть их отвезут в ближайший посёлок. Ребята заслужили умереть под крышей. Отдашь хозяевам дома это. — Я вынул из пояса золотой жерновок. — И пообещаешь в десять раз больше, если ребята выживут. Тогда им будет обеспечен отличный уход.

— Слушаю, командир. — И в глазах этого солдата я прочёл, что заработал у своих подчинённых лишние очки верности.

Дело хорошее, всегда пригодится.

Боль давно ушла, но осталось какое-то крайне малоприятное ощущение, тягостная слабость, казалось, будто тянет жилы, всё тело ломает, как при высокой температуре. Мерзкое ощущение. Может, следствие магического обезболивания? Только не терять осознание происходящего. В любой момент может понадобиться моё участие в событиях.

Меня доставили в небольшую деревеньку в виду замка. Здесь было тихо, местные старались не попадаться на глаза солдатам, а женщины, которых обязали обслуживать бойцов, передвигались по стеночке и смотрели с испугом. Я готовился запретить их трогать, но оставил эту идею. Моим ребятам и так не было дела до девиц и баб, они их замечали только тогда, когда брали с тарелок еду или отодвигали крестьянок с дороги.

Хидбар помог мне улечься на лавку.

— Только не заснуть, — пробормотал я. — Сделай что-нибудь, чтоб я не заснул!

— Сейчас, командир… Сколько времени нужно, чтоб командир бодрствовал?

— Максимально возможное время.

— Э-э… Могу на десять суток, но стоит ли? Это сильно подпортит командиру здоровье.

— Тогда на максимальный безопасный срок.

— Двенадцать часов.

— Отлично! Делай. — Я выпил горьковатую воду с мерзким запахом лаврового листа. — Надеюсь, меня не вырвет…

— Если вырвет, придётся выпить снова.

— Пакость… Ладно, дай заесть кусочком хлеба. Благодарю… Есть новости?

— Есть, командир. Разведчики сообщили, что армии под знамёнами Солор подходят к Гирлянде.

— Круто. — Я откинулся на подсунутое хозяйкой дома одеяло. — В смысле — хорошо. Значит, как только войска подойдут к стенам крепости, сообщи.

— Слушаю.

— Чёрт… Из-за такой пустяковой раны совсем расклеился.

— Командиру скоро станет лучше.

Хозяйка, опасливо косясь, поднесла мне местного кваса. Вполне приличный квас, кстати. Какое-то время я смирно лежал, но не выдержал, выбрался во двор и сразу принял донесение от вестового — уже не моего, а от парня в цветах Солор. Видеть его уже было облегчением. Он сообщил, что войска заняли нижнее кольцо замковой обороны, а мои бойцы выведены из боя и отдыхают. И мне следует явиться для доклада, однако если я задержусь, ничего страшного.

— Кто командует операцией?

— Исмал.

Я помнил только одного Исмала, и, уточнив, убедился, что да, госпожа Солор поручила командование отрядом бывшему наставнику императорских гладиаторов. Конечно, он не единственный, кто отвечает за операцию. Впрочем, даже если бы и так — уж наверняка у этого человека есть опыт, причём солидный. Аштия и её люди знают, что делают. Интересно, как становятся наставниками императорских гладиаторов? Побьюсь об заклад, представитель иного сословия, чем воинское, и мечтать об этом не может.