Иван Казаков - Нед. Лабиринты забытых дорог

Женщины вокруг Устры рассмеялись, объект оскорбления – тоже, а усатый воин, тяжело вздохнув, пробормотал:

— Вот терпеть не могу эти женские дела! Ну зачем перед поединком всегда так много болтовни? Нет бы – выйти, отрубить голову и пойти пить бражку, как делают все мужчины! Нет – они будут поливать друг друга грязью, развлекаться, придумывая новые и новые оскорбления, а потом три раза дрыгнут своими железками – и все! Закончилось! Такое ощущение, что вы, женщины, ваши поединки только для того и делаете, чтобы языком потрепать!

— Ты ничего не понимаешь! – пренебрежительно фыркнула Устра – не всё в мире решается топором и членом, нужно ещё и голову иметь! Жаль, девочка, что мне придётся тебя убить. Ты умеешь орудовать язычком, он у тебя остёр. Мужчины – они годятся только для войны. Вот там они на высоте! А в мирной жизни – от них прок только в постели, да и то – нужно хорошо постараться, чтобы разогреть их как следует! Ну ладно, давай‑ка к делу, а то наши мужчины уже заскучали. Кстати – ты всех своих мужчин попробовала? Кроме твоего – кого бы ещё посоветовала? Вот тот, черномазый мне нравится… у такого громадины всё должно быть большое. А курточку и правда сними – удобнее будет биться. Я тоже сниму, не переживай…

Амела повернулась и подошла к Неду, напряжённо следящему за происходящим. Он держался за рукоять меча, и рука его побелела от той силы, с которой он её сдавил.

— Ты с ума сошла?! Ты зачем это сделала? – яростно прошептал он – у тебя что, мозг вытек? А если она тебя убьёт? Мне что делать? Или покалечит? Мы их убьём, да, а потом что? Тебя‑то я уже не верну!

— А ты расстроишься? – улыбнулась Амела – не переживай, она меня не одолеет. Я же внучка своего дедушки, забыл? Меня так просто не взять!

— Смотри, не убей её – смирился Нед – тоже проблемы будут…

— Не будут – вмешался Бордонар – не слушай его! Вали бабу наповал! Будешь её беречь – можешь проиграть бой! Она‑то намерена тебя убить! Кстати сказать – всё то, что на ней, если ты выиграешь, будет принадлежать тебе. Как и то, что на тебе, будет принадлежать ей – если ты проиграешь. В том числе и оружие. А оно тут очень, очень дорого. И никто нас за её смерть преследовать не будет – это я вам как учёный говорю! Смерть на поединке – воля богов!

— Хмм… раз так – убей её, без изысков и танцев с мечами, хорошо? Пообещай мне, что ты не будешь затягивать бой! – Нед посмотрел в глаза Амеле, и та ободряюще улыбнулась:

— Постараюсь. Тут уж – как получится.

Амела скинула курточку, оставшись в одной белой рубахе, отороченной кружевами, вынула ножны из‑за пояса, достав оттуда свои мечи, и вышла вперёд, к Устре, спокойно ожидающей возле своей группы. Увидев Амелу, женщина усмехнулась и покачав головой, сказала:

— Нужно было тебе в куртке драться, а то мне и правда кажется, что я убиваю ребёнка! Так‑то я не против прибить какого‑нибудь шаловливого поганца, но все‑таки мало чести!

— Опять начали! – с досадой сплюнул её муж – да когда‑нибудь, в конце концов, вы отрежете друг другу сиськи, или нет? Уже невтерпёж слушать вашу болтовню!

— Пошли! – ухмыльнулась Устра – вот тут становись! По сигналу – начали! Свисти, маленький поганец!

Парнишка возле Геора оглушительно свистнул, и Устра, будто подброшенная пружиной, налетела на Амелу, работая длинными узкими мечами, как мельница крыльями.

Мечи, каждый размером с руку, сверкали в воздухе, грозя располосовать Амелу пополам, но через три секунды Устра отпрянула на два шага, изменившись в лице – атака не достигла цели, более того, по её рубахе, сделанной из дорогой блестящей ткани – вероятно шелка – расплывалось кровавое пятно.

— Ты шустрая девочка – задумчиво прошептала женщина и пошла вперёд – уже не так опрометчиво и задорно, как раньше.

Амела стояла в боевой стойке (Коршун падает с неба, змея жалит от земли), и ждала, когда противница приблизится на расстояние эффективной атаки, и лучше всего – нападёт первой.

Дед всегда говорил, что если есть время – лучше дождаться атаки противника – он в момент атаки волей–неволей раскроется, и тогда гибель его неминуема. Агрессор всегда подвергает свою жизнь опасности больше, чем обороняющийся – это закон.

Устра подходила насторожённо, напряжённо, длинные мечи шевелились в воздухе, как два жала, направленные на свою жертву. Они были одинаковой длины, в отличие от мечей Амелы, и владела им женщина одинаково умело – если бы не многолетние тренировки Амелы, она умерла бы в первую же секунду, пронзённая, как дичь вертелом.

Амела подмигнула противнице и весело сказала:

— Ну поспеши, что ли! А то мужчины уже устали меня ждать! И твой муж вон надеется на смену старшей жены!

— Негодяйка – ухмыльнулась Устра – не дождёшься! Шустрая? А вот попробуй этого!

Женщина сделала сложный финт двумя мечами – видимо это был её коронный удар – левый меч пошёл в бедро Амелы, а правый, с оборотом, просвистел рядом с виском девушки, успевшей отпрянуть.

Меч Амелы мелькнул у груди Устры, и как паутинку, распорол её рубаху, от самого ворота до живота, прочертив тонкую полоску на коже противницы, оцарапав её до крови. Второй меч рассёк ремень штанов, и они сползли вниз, обнажив крепкие мускулистые бедра и шёлковые трусы Устры, расшитые золотыми драконами.

Толпа ардов ойкнула, зашумела – Амела подняла глаза и обнаружила, что вокруг стоят уже не десять ардов, а человек пятьдесят – и откуда только взялись? Видимо кто‑то видел, предупредил, и они сбежались от ближайших домов, чтобы не пропустить такое зрелище.

Амела рассмеялась и лукаво спросила:

— Ну — так как? Ты можешь продолжать бой? Или со спущенными штанами – никак?

— Ох–ха–ха–ха! – в голос расхохоталась Устра, и поддерживая одной рукой штаны, сползающие с бёдер, помотала головой – выиграла! Признаю! Я не могу продолжать бой! Молодец! Ну что же – забирай, они твои! – Устра вонзила мечи в мёрзлую землю, потом скинула с себя штаны и тоже бросила Амеле – и это твоё. Рубаху возьмёшь? Ты её вообще‑то попортила! Дайте куртку – она тоже её. И кинжал! Всё по закону! Трусы остались… надо?

— Оставь себе – хихикнула Амела – я утону в них. Кстати, у тебя отличное тело! Твоего мужа можно только поздравить. В твои двадцать пять лет, ты прекрасно выглядишь!

— Ах ты… ну спасибо. Мне тридцать пять, вообще‑то – широко улыбнулась женщина – дайте ножны! Как она понесёт мечи без ножен?!

— Оставь – Амела сделала отвергающий жест – оставь мечи, одежду – всё оставь… кроме… если можно – я возьму твой кинжал, ладно? Очень он мне понравился. Ты его со вкусом подбирала, у тебя хороший глаз!

— Что есть, то есть – усмехнулась Устра – бери, конечно, он и так твой. Красивый кинжальчик. Но у меня ещё есть, так что я не обеднею. И за мечи спасибо. Кстати – это очень хорошие мечи, ты думала — это простые железки? Это мечи мастера Суона. Они рубят чужие мечи, как дерево! Кстати – удивлена, что твои мечи не были разрублены под их ударами. Похоже, твои мечи тоже делал мастер–маг. Ну что же – мы с тобой теперь не противницы, бой закончился, так что я могу пригласить тебя в гости. Как твоё имя?