Александра Лосева - Две недели и дальше. Берегите бороду. [Книга первая]

Где-то рядом хрустнула ветка. Иефа замерла и моментально облилась холодным потом. Пробежал легкий шепоток между деревьев, и снова все стихло. Иефа, внутренне умирая, сложилась пополам и даже не сползла, а как-то стекла за поваленное дерево. Где-то впереди, шагах в десяти, мелькнул темный силуэт, потом еще один, и кто-то сдавленно и хрипло закашлялся впереди и справа. Иефа перестала дышать и осторожно выглянула из своего укрытия, каждую секунду боясь совершить что-то непоправимое и ужасное – чихнуть, например. Одна, две, три… пять темных фигур прокрались к противоположному краю поляны и пропали в кустах. Потом мелькнула еще одна, маленькая и сгорбленная, и снова все стихло. "Значит их все-таки пятеро, – подумала Иефа, осторожно выдохнув. – Пятеро и еще шаман. А ведь там костер… Как на ладони…"

При мысли о том, что сейчас немедленно придется что-то предпринимать, что-то очень героическое и безумное, полуэльфку затрясло. О стремительном и бесшумном пленении и речи быть не могло. Нужно было предупредить своих, и сделать это как-то так, чтобы их не перестреляли, как глупых кур. Костер. Нужно что-то сделать с костром, как-то залить. А потом будить остальных. Да, но для этого нужно будет отлепиться от спасительного ствола и выйти на поляну. Ее заметят и убьют. А умирать так не хочется. Иефа твердо решила, что не тронется с места ни за какие коврижки, и поползла к лагерю. Она понимала, что выстрелить получится только один раз, а руки трясутся, и напрочь вылетело из головы, как заряжать арбалет. Камень, может, кинуть? О боги, ну где, скажите на милость, она будет искать камни в четыре часа утра, да еще так, чтобы ее не заметили. Нет, придется стрелять. Успеть бы.

Иефа заняла наиболее удобную, как ей показалось, позицию в кустах и попыталась зарядить арбалет. От усилий и страха руки вспотели, и непослушная тетива все время выскальзывала и больно била по пальцам. Иефе казалось, что она копается чудовищно долго, что вот-вот кто-то из ее спутников проснется, приподнимется на локте и сядет, и тут же с противоположного края поляны прилетит молчаливая смерть и проткнет насквозь. Наконец арбалет сдался. "Вот интересно, – нервно подумала Иефа, вытирая лоб о грязное колено. – Вот интересно, почему нас всех не прирезали во сне?" Руки дрожали. Иефа глубоко вдохнула, попыталась сосредоточиться и прицелиться. "Выстрел будет только один, – повторяла она про себя. – Только один выстрел, и главное – не промахнуться. А когда костер потухнет, нужно будет заорать что-нибудь такое, чтобы они сразу проснулись и все поняли. Но самое главное – попасть". Иефа подняла прыгающий в руках арбалет, и тут узкая сильная ладонь в кожаной перчатке крепко зажала ей рот, а другая рука перехватила арбалет. Иефа задушено пискнула.

– Тихо ты, – сердито шепнул Ааронн. – Это я. Что случилось? Зачем тебе понадобилось убивать наш котелок?

– А… – Иефа вгляделась в пространство, освещенное неровным светом костра. Три темных силуэта как лежали, так и остались лежать на своих местах. – А разве ты не там?

– Я не там, я здесь. Зверь бродил по лесу и увидел, как ты ползешь, а потом целишься в котелок. Он протелепал Зулину, Зулин разбудил меня, а я решил выяснить, что случилось. Так что случилось?

– Гоблины наши случились, пять штук, и еще шаман. – Иефа перевела дух и перестала трястись. – Я хотела залить костер. В котелке воды осталось больше половины, я думала выстрелить и перевернуть.

– Зачем заливать костер? – шепотом удивился Ааронн.

– Чтобы они в темноте в вас не попали. Видно же вон как!

– Да нет там никого, все давным-давно за дубом сидят, на всякий случай. Пошли, только тихо. Где ты их видела?

– На том краю.

– Когда?

– Давно… – Иефа посмотрела на небо и с удивлением обнаружила, что времени прошло всего ничего. – Хотя нет, недавно, минут пять назад.

Ааронн кивнул и растворился в зарослях черемухи. Иефа посмотрела еще раз на с виду мирно спящий лагерь и последовала за ним. У корней дуба темень стояла кромешная, даже Иефе с ее полуэльфийскими глазами было ничего не видно. Поэтому первым делом Иефа наступила на хвост Зверю, пихнула в бок Зулина и споткнулась о Стива. В прочем, дварф не обратил на это ровно никакого внимания, видимо, военное положение обязывало. Иефа прижалась к шершавому стволу и замерла. Тишина была плотной, почти осязаемой, Иефа вдруг обнаружила, что ужасно громко дышит, и попыталась не дышать, но не получилось. Руки и ноги казались непропорционально большими и неуклюжими, все время мешали, путались, лезли, куда не надо. Лес с немым осуждением слушал, как пыхтит неуклюжая, нелепая полукровка, пытаясь пристроить выпирающие конечности за стволом тоненького деревца. Еще мгновение – молчал лес – и тебе отстрелят ногу. Или руку. Помнишь, один пожилой рыцарь с упоением рассказывал про стрелы с наконечниками в форме полумесяца? Иефа мотнула головой и попыталась успокоиться.

– Чего мы ждем? – сдавленно прошептала она, следя, чтоб голос не дрожал.

– Мы ждем, пока эти твари вылезут из кустов и нас резать пойдут, – неожиданным басом прошептал Стив над самым ее ухом. – Да ладно тебе, малявка, не боись, выдюжим. Ежели чего, на землю ложись и ползи подальше – я прикрою.

– Ползи ты сам… знаешь, куда?! – моментально вышла из себя Иефа и ощутила даже некоторый прилив сил.

– Да уж представляю…

– Тихо! – шикнул Ааронн. – Началось.

Кусты на противоположном конце поляны качнулись. Некоторое время ничего не происходило, а потом Иефа, осторожно выглянув из-за дерева, заметила темный холмик, который с едва слышным шуршанием двигался в сторону костра.

– Не стрелять, – одним губами произнес Ааронн.

Иефа стрелять не собиралась. Мыслимое ли дело – по живой мишени! Холмик замер на середине поляны, постоял так немного и вдруг будто развернулся, превратившись в плотную коренастую фигуру в плаще с капюшоном. Гоблин махнул рукой в сторону кустов и осторожно переступил ногами. На поляне появились еще двое и начали подкрадываться с боков.

– Твой левый, – шепнул Ааронн. – Мой правый. Зулин, на тебе шаман. Стив…

– Понял… – коротко выдохнул Стив и завозился.

– Стрелять по команде, когда выйдут на свет, – сказал Ааронн.

Гоблины приближались медленно, по шажочку, не издавая ни звука. Иефа заворожено следила, как бесшумно двигаются темные фигуры, и вдруг до нее дошло: "твой левый"! Это ей?! Ей?! Арбалет затрясся и заскакал в руках. "Твой левый", он что, с ума сошел, этот эльф?!

– Готовы, – сказал Ааронн.

Руки сами подняли арбалет, как учил Трор, когда-то очень давно, еще в прошлой жизни… А в мозгу колотилось: нет! Нет, я не могу! Ни за что на свете! Умру, а не выстрелю! Сумасшедшие, все сумасшедшие, мамочки, да куда ж меня понесло, проснуться бы!… Да уйдите, уйдите вы с этой поляны, милые, хорошие, ну что вам, жалко, что ли?! Нога "твоего левого" переступила невидимую линию, прочерченную отблесками угасающего костра, и весь он словно проявился – вышел на свет. Не смогу!