Дылда Доминга - Деревянное чудо

— Дурак ты, — сплюнул Гор. — Знаешь, как оно вышло? Она поцеловала меня на прощанье, думая, что больше не свидимся.

— И только? — недоверчиво переспросил Сайрус.

— Иногда ты меня просто поражаешь, твое сиятельство, — вздохнул Гор. — Да, и только. А все остальное время я только и слышал твое имя да вздохи 'где там Сайрус?', 'что с Сайрусом?'.

Хозяин изменился в лице.

— Но это не меняет того, что она натворила.

— Она готова была на все ради тебя! — закончил Гор и уставился в пустоту.

А Сайрус вдруг осознал всю безграничность своей потери. Лена любила его, верила ему до последнего. А когда из-за него же перешла все границы, он назвал ее монстром и отвернулся. Может, ее настигли кресанийцы, а может, она пропала в каком-нибудь безвестном мире — в этом была целиком его вина.

Глава 24

Дигин все утро заметно нервничал, настолько, что у него даже случилось несварение. Дозорные доложили, что в столицу прибыла делегация от Кресании, и он тщетно искал в уме все доступные козыри для переговоров. Но из всей наличествующей информации выходила лишь слабая легенда о непричастности к созданию магического монстра и абсолютное отсутствие позиции силы: все сводки с юга говорили об огромной потере сил и полной нынешней беззащитности Гака.

Свой источник, близкий к высшему окружению Кресании, Дигин едва не расцеловал, когда тот неожиданно возник в дверях. Бокал посетителя тут же до краев был наполнен лучшим кералийским вином.

А когда дверь за источником закрылась, Дигин наконец смог расслабиться и даже заметно повеселел. Его походка стала задорной и пружинящей, почти как в молодости. Он практически ворвался в зал для переговоров, широко улыбаясь и радушно приветствуя кресанийцев.

После положенных приветствий и расшаркиваний высокий статный маг, представляющий делегацию гостей, наконец, не выдержал и поинтересовался:

— А где сам Глава, господин Дигин?

— То же могу спросить и о верховном главнокомандующем, — любезно улыбаясь отозвался Дигин. — Но не будем ходить вокруг да около, — перешел он в наступление. — Вам прекрасно известна текущая ситуация с нашей совместной проблемой.

— Вы так изысканно изъясняетесь о том чудовище, что собственноручно создали? — уточнил Марис. — О том существе, что сравняло с землей передовые части нашей армии и ваш собственный город?

— Все верно, — кивнул Дигин. — Заметьте, я говорю, совместной проблемой, поскольку пострадали обе наши стороны.

Марис молчал, хмуро изучая своего собеседника. Он был наслышан о том, насколько изворотлив и скользок Заместитель, но ему еще никогда не доводилось встречаться с ним в живую.

— Мы с вами на одной стороне, — тем временем уверял его Дигин. — Поэтому я вижу наше будущее не во вражде, а в совместной поимке и уничтожении этой ошибки нашего старого руководства.

— Позвольте, — перебил его внимательно слушавший Марис. — Что означает старого?

— Сайрус бежал, — обрадовал его Дигин. — В ближайшее время состоятся перевыборы Главы Совета.

— И лидер в этой гонке, естественно, Вы, — полувопросительно, полуутвердительно произнес гость.

Дигин лишь благосклонно улыбнулся в ответ.

— Я только одного понять не могу — зачем нам ваша помощь? Кресания до сих пор прекрасно справлялась сама.

— Что ж, если вы хотите говорить прямо, — Дигин побарабанил пальцами по столу, будто не мог окончательно решиться на что-то важное. — Мне известно о том, что верховный главнокомандующий, как и несколько сотен ваших бойцов, погиб под Доном. И если потерю бойцов, я уверен, вы можете восполнить, нельзя сказать того же о главнокомандующем. Вам, опять-таки, как минимум потребуется время на избрание новой кандидатуры.

Марис недовольно скривился, мысленно ругая дыры в кресанийской разведке.

— Тогда мы с вами в одинаковом положении, господин Дигин.

— Верно, господин Марис. И в преддверии выборов нам неплохо было бы заручиться всей возможной поддержкой коллег и народа. Решение об объединении наших сил против внешнего врага будет весьма популярно в Гаке. Что Вы думаете насчет Кресании?

— Люди будут довольны, если война завершится, а выборы смогут пройти в спокойной обстановке, — признал Марис. — Особенно, если дать им повод считать окончание войны победой. Мы должны доставить им этого вашего монстра на блюдечке, Вы меня понимаете? — Марис властно посмотрел на Дигина, и тот лишь кротко кивнул в знак своего полного согласия и содействия.

— Тогда можно считать переговоры оконченными, — подытожил Марис. — И еще, — он пристально посмотрел на Заместителя, — мне нужны все бумаги по вашему монстру.

— Я распоряжусь, чтобы Вам предоставили всю необходимую информацию, — заверил его Дигин, вставая из-за стола и кланяясь.

— Господин Заместитель, — не удержался гость уже в дверях.

— Да? — Дигин был сама любезность.

— Мне любопытно, как Вы объясните своим коллегам такую спешную перемену настроения с учетом ваших потерь людей и земель на юге?

— Как путь к новой жизни после расплаты за ошибки старого руководства.

— Как удобно, — ухмыльнулся Марис.

— Политика, господин Марис, — улыбнулся Дигин, но его улыбка скорее походила на мимику змеи.

Что думает обо мне Гор? Прошло не больше двух или трех суток, а мне казалось, что все остальные события случились вечность назад. Вечность назад я уничтожила кресанийцев, выбросила в пограничный мир Ругарина, потеряла Сайруса и бросила недоумевающего охотника. А еще потеряла деревья, но при этом осталась жива. Правда, надолго ли? Страшная мысль огрела меня, как дубиной по голове. Я вздрогнула.

— Мерзнешь? — Ругарин снял куртку и протянул ее мне. Я не стала отказываться и благодарно приняла. Мы не знали, переживем ли следующую ночь — это сближало и делало ненужными всяческие условности. Не так давно я также поняла, что даже здесь любовь все же существует, когда на одном из пролетов мы с Ругариным натолкнулись на занимающуюся сексом парочку. Правда, выглядело это, как акт отчаяния, и не прекратилось даже с нашим появлением. Потому что через двадцать минут кто-то из них, или оба, могли быть мертвы.

Страшная мысль заключалась в том, что деревья могли исчезнуть не только из-за ненасытной тьмы. Хотя, — я вздохнула облегченно, закутываясь в куртку, — в любом другом случае деревья погибали бы постепенно.

— Лучше? — Ругарин приобнял меня и подтянул к себе.

— Да, спасибо.

Наши силы вновь были на исходе, но больше везение с восстановлением не повторялось. Я видела, каким все более напряженным и мрачным становится Ругарин, но ничем не могла ему помочь. У него были хоть какие-то шансы, а вот я улетела бы первой. Маг печально взглянул на меня, словно прочитал мои мысли.