Линн Флевеллинг - Ларец Душ

- Но Вы же были при дворе какое-то время?

- Да, когда был совсем юнцом.

- Я слыхала, вы были друзьями с тётей Форией и дядюшкой Коратаном.

- Был. Думаю, могу сказать, что до сих пор в хороших отношениях с Вашим дядей.

- И с тётушкой Клиа. Вот почему меня и удивило…. Впрочем, Вы уже ответили на это. Так почему же Вы не в таких же хороших отношениях и с королевой?

И как он должен был на это отвечать?

- Ну, как я уже сказал, последние годы превратили меня в этакого бездельника и повесу.

- Вы вовсе не похожи на повесу. И Лорд Алек уж точно не таков, — сказала она. И залилась румянцем.

- Боюсь, что я не слишком-то хорошо влияю на Алека. И, подозреваю, Ваша матушка и Ваши тётушки скажут Вам то же.

- Тётя Клиа говорит совсем иное. Она говорит, что если бы не Вы, союза с Ауренненом никогда бы не получилось. А ещё, что вы с Алеком спасли ей жизнь, когда она была отравлена.

- Она преувеличивает наши заслуги. Мы всего лишь немного помогли.

Принцесса поразила его своим необыкновенно проницательным взглядом.

- Ели она вам доверяет, стало быть, вы оба заслуживаете доверия. И я не забуду этого, когда стану королевой сама.

В этот момент к ним подошёл Рельтеус, который принёс с собой стул-треногу.

- Вы оба такие серьёзные за своей игрой, — сказал он, подсаживаясь к столу.

- Лорд Серегил обучает меня стратегии, — ответила Принцесса. — Однако Вы были правы относительно его фортуны.

Рельтеус хихикнул:

- Серегил, Вам следует не забывать о хороших манерах или рискуете снова очутиться в Башне.

- Я и забыла про это, — воскликнула Принцесса. — Однако бабушка, ведь, освободила Вас?

- Я всё же предпочёл бы не искушать судьбу, — подмигнул ей Серегил.

- Я не допущу, чтобы Вас отправили туда, по крайней мере не из-за того, что вы обыграли меня в кости. Рельтеус, сыграете со мной? Мне хочется попробовать всё, чему я научилась.

Серегил поднялся и отвесил поклон:

- Да сопутствует Вам Иллиор, Ваше Высочество.

Разыскивая Алека, который прилёг подремать под березой, он даже не сомневался, что завистники так и сверлят его глазами. Усевшись и опершись спиной о белый ствол, Серегил сделал вид, что тоже задремал, но сам из-под опущенных ресниц продолжал наблюдать за происходящим.

Элани поднялась из-за стола бакши, смеясь какой-то шутке Рельтеуса, и направилась к своим дамам, чтобы тоже вздремнуть в тенёчке. Рельтеус, задумавшись, оставался сидеть на месте, пока к нему не подошли Толин и Стенмир, после чего все трое удалились в лес. Серегил выждал, пока они скроются из виду, затем встал, потянулся и не спеша двинулся в противоположном направлении. Очутившись под покровом деревьев, он тотчас ринулся через поляну и уже скоро перед ним мелькнул красный камзол Рельтеуса. Трое благородных господ стояли на середине тропинки, и, склонившись друг к другу, были всецело поглощены какой-то беседой. Вот как раз на подобный случай Серегил и надел свой коричневый камзол. Пригнувшись, он тихонечко подкрался поближе и притаился за стволом упавшего дерева.

- Ну как можно было быть таким неосторожным? — шипел Толин.

Рельтеус ответил ему мрачным взглядом:

- Его перехватили прежде, чем гонец успел добраться до меня. Что я мог тут поделать?

- И как мы собираемся поступить? Вы уверены, что оно у Герцога?

- Да, — Рельтеус снова двинулся вдоль тропинки, забираясь поглубже в заросли деревьев.

Серегил последовал за ними, стараясь держаться как можно ближе, чтобы не упустить ни слова.

- Мы должны вернуть его, во что бы то ни стало! — прошипел Толин. — Если он отправится с этим к Принцессе, на плахе окажется не только Ваша голова! Кирину сказали?

- Конечно, сказал.

- А с севера никаких вестей, Рельтеус? — спросил Стенмир.

- Нет. И во Дворце всё тихо. Полагаю, если бы им удалось прикончить её, мы бы об этом уже услыхали.

Прикончить её?! Серегил был шокирован этими словами. И на ум приходил лишь единственный ответ, кто такая "она" Ю о которой идёт речь. Но если попытка и в самом деле была, как могло быть ничего не известно Теро?

Эти трое двинулись через поляну, и Серегил упустил нить разговора, так как ему пришлось двигаться в обход, чтобы оставаться незамеченным. Всё, что он мог теперь слышать, это обрывки спора между Толином и Рельтеусом. Стенмир помалкивал, больше слушая, чем говоря. Когда они снова остановились, Серегил услыхал, что Рельтеус произнёс нечто вроде «Кота». Сердце его пропустило удар: вряд ли тут стали бы обсуждать обычного мохнатого мышелова. Видимо, по возвращении в город не лишним будет заглянуть в Оленя и Выдру. Держась в тени, он проследовал за ними, пока те не возвратились к остальным, но их разговор уже снова зашёл о военных действиях и Фории.

- Конечно, я не желаю ей никакого зла, однако это существенно упростило бы многое, — заметил Толин, и, похоже, он по-прежнему говорил про королеву.

"Многое" — это что? И кому именно? — задумался Серегила. Первое, что приходило на ум, это — безвременный уход Фории освобождал бы дорогу к трону Элани, что вполне отвечало интересам Рельтеуса на случай женитьбы Даноса на принцессе. Если дело было в этом — а Серегил сильно подозревал, что так оно и было — то жизнь Фории была в такой же опасности, как и жизнь Клиа.

- Всё, довольно об этом. Мы уже слишком близко, — предостерег Рельтеус.

Затем произнёс громче:

- Толин, ну-ка расскажите мне про свою новую пустельгу. Вы должны захватить её на нашу следующую охоту.

Серегил затерялся среди деревьев и кинулся обратно, поспешив вернуться на прежнее место возле Алека до того, как Рельтеус и остальные выйдут с дальнего конца поляны.

Когда он плюхнулся рядом с Алеком, тот слегка приоткрыл один глаз и пробормотал:

- Как? Нашёл, что искал?

- Ну-у, — неопределенно протянул Серегил, успев просигналить ему «да, всё в порядке». — Мне было просто нужно немного размять ноги.

Когда дневная жара, наконец, спала, придворные поднялись и начались игры, потом снова немного постреляли из лука и отправились на пляж ловить креветок, собирать барвинки и чёрных мидий.

Алек выиграл несколько новых шатта и, чтобы избежать неприятностей, для виду проиграл несколько своих. Было и так ясно, что чем дольше они с Серегилом находятся возле Элани, тем большими и ничтожнейшими проходимцами их считают.

С наступлением ночи слуги разожгли на берегу большой костёр, где все собрались, чтобы полакомиться креветками, отваренными в вине со специями, и попеть песни под звёздным небом.

Серегил снова одолжил арфу и своим мелодичным тенором спел несколько любовных баллад, после чего велел остальным присоединяться и все спели сначала песню про павших воинов, а закончили балладами в честь военных побед королевы.