Маргарет Уэйс - Второе поколение

Тряхнув головой от стыда, Палин притянул посох поближе, лег щекой на его прохладное гладкое древко и уснул, расслабившись. Но ему показалось, что в последний момент, перед тем как перевалить за грань сновидений, он услышал голос гнома и увидел голову, просунувшуюся под навес.

— У меня тут колода карт, парни... Что ты говоришь? Здесь сегодня спят козыри?..

Глава четвертая

Остров Гаргата

Танин вполне был способен осуществить угрозу и захватить судно, хотя как заставить гномов-механиков подчиняться — совершенно другой вопрос.

В течение ночи гномы, настроенные продолжать путешествие, организовали проверку оружия. Поскольку все это оружие было изобретено ими же, велика была вероятность того, что оно нанесет такой же ущерб своему обладателю, как и предназначенной жертве, — или больший, и, таким образом, возможный результат битвы (два воина и маг против многочисленных гномов-механиков и гнома) оставался открытым вопросом.

К счастью, ответ на него получен не был.

Утром братьев разбудили оглушительный удар, треск разлетающегося в щепки дерева и несколько запоздалый крик:

— Земля!

Вскочив на ноги, братья кое-как вылезли из шалаша и с трудом пошли по палубе — корабль сильно накренился на правый борт.

— Что такое? Что случилось? Где мы? — потребовал Танин, протирая глаза.

— Мы прибыли! — объявил Дуган, удовлетворенно разглаживая бороду. — Смотрите! — Он сделал величественный жест, указав в сторону, куда — на этот раз — приходился нос корабля. — Остров Гаргата.

Братья смотрели. Вначале они увидели только валяющийся разорванный парус, болтающиеся канаты, сломанные бимсы и толпы размахивающих руками гномов-механиков, яростно спорящих и толкающих друг друга. Продвижение судна по воде прекратилось, без сомнений, из-за скалы, которая смяла ростральную фигуру, часть борта и разорвала пополам парус.

Танин с суровым выражением лица пробрался сквозь обломки, сопровождаемый Стурмом, Палином, несколькими спорящими механиками и гномом. Дойдя до носа, старший брат ухватился за борт и поглядел поверх скалы на остров. Солнце поднималось за спиной, освещая песчаный пляж, дугой уходящий к северу и теряющийся из виду в серой дымке. Пляж окружали странные деревья с тонкими гладкими стволами, на вершине которых буйно росли широкие листья. За широкой песчаной косой, возвышаясь над деревьями и утесом, на котором покоился сейчас корабль «Чудо», вздымалась гигантская гора, извергая дым, окутывающий пеленой пляж, воду и корабль.

— Остров Гаргата, — торжественно повторил Дуган.

— Гаргата? — Палин раскрыл рот. — Ты хочешь сказать...

— Да, парень. Этот лорд, как вы помните, сам преследовал Драгоценность, когда она обрела свободу. Он построил корабль и отправился в путь за артефактом, скрывшимся за горизонтом на западе, и больше о нем на Ансалоне ничего не слышали. Семья решила, что он свалился с края мира. Но несколько лет назад я случайно выпил с компанией минотавров. Одно за другим — скоро решили в картишки сыграть, вот я и выиграл у них эту карту. — Дуган запустил руку в карман своего красного камзола, уже совсем потрепанного из-за воздействия воды и соли, вытащил кусок пергамента и передал его Танину.

— Действительно, карта минотавров, — произнес старший брат и положил ее на накренившийся рельс, стараясь одновременно разгладить пергамент и сохранить равновесие.

Над ним навис Стурм. Подошел, опираясь на посох Магиуса, Палин. Хотя текст был написан на примитивном языке, сама карта оказалась вычерченной с великолепным искусством минотавров, которое вынуждены были признать остальные народы Кринна. Нельзя было не узнать континент Ансалон и намного западнее крошечный остров с надписью «Гаргат» рядом.

— Что это значит? — спросил Стурм, показывая на зловещего вида символ, нанесенный рядом с островом. — Похоже на бычью голову, проткнутую мечом?

— Это? — переспросил Дуган, беспечно пожав плечами. Выхватив у Танина карту, он торопливо ее свернул. — Какая-то мазня минотавров, без сомнения...

— «Мазня минотавров», означающая опасность,— мрачно сказал Палин. — Не так ли?

Гном покраснел, засовывая карту обратно в карман.

— Ну, вообще-то, парень, может, вы кого и встретите, хотя я не придаю большого значения тому, что там нарисовано. Мало ли что взбредет в голову диким существам...

— Эти «дикие существа» отметили остров своим самым серьезным предупреждением! — перебил юный маг. — Ни одно судно минотавров не пристанет к берегу там, где стоит такой знак, — добавил он, обращаясь к братьям.

— А минотавры мало чего боятся — в этой жизни или в последующих, — произнес старший, темнея лицом и оглядывая остров.

— Какие еще нужны доказательства? — тихо спросил Дуган, проследив взгляд Танина; темные глаза гнома алчно пылали. — Серая Драгоценность здесь! Это ее силы боятся минотавры!

— Что ты думаешь, Палин? — обратился Танин к брату.— Ты у нас маг и наверняка можешь ее ощутить.

Снова младший ощутил радость, заметив, что старшие братья, два человека на свете, на которых он больше всего хотел быть похожим, не считая отца, — а может, даже больше, чем на отца, — с уважением смотрят на него, ожидая его мнения. Сжав посох Магиуса, Палин закрыл глаза, попытался сосредоточиться и почувствовал, как ледяные пальцы сжали его сердце и страх холодом начал растекаться по телу. Юноша вздрогнул, открыл глаза и обнаружил, что Танин и Стурм взволнованно смотрят на него.

— Палин... твое лицо! Ты бледный как смерть. Что произошло?

— Не знаю... — едва выговорил юный маг пересохшими губами. — Я что-то почувствовал, но не пойму что. Это не столько опасность, сколько ощущение пустоты, чувство беспомощности. Все вокруг вырвалось из моей власти, а я ничего не могу с этим поделать...

— Сила Драгоценности, — подтвердил Дуган. — Ты почувствовал ее, паренек! И теперь знаешь, почему ее надо заполучить и вернуть на хранение Богам. Она уже ускользала от опеки человека — и снова ускользнет. Лишь Богам известно,— добавил гном скорбно,— сколько вреда она причинила жителям этого несчастного острова.

Тряхнув бородой, Дуган протянул Танину дрожащую руку.

— Вы ведь поможете мне, правда, парни? — спросил он тоном, таким жалобным и столь отличным от обычного, хвастливого, что застал Танина врасплох — и гнев юноши растаял. — Если скажете «нет», — продолжил гном, повесив голову, — я пойму. Хоть я все-таки выиграл спор, считаю, что поступил неправильно, заполучив вас пьяными и связав, когда вы были слабы и беззащитны.

Танин пожевал губу — ему явно не нравилось вспоминать об этом.

— И клянусь бородой, — серьезно произнес Дуган, поглаживая бороду, — скажите одно слово — и я прикажу механикам доставить вас назад, на Ансалон. Как только они починят корабль.