Дмитрий Щербинин - Обьект

Эван проговорил:

— Скоро этот десятиметровый дракоша проснётся.

— Ещё раньше пробудятся охранники, — сказала Мэрианна. — Думаю, сигнал о том, что здесь не всё в порядке уже поступает к ним…

Дальше, не сговариваясь, они подлетели к той ненужному, декоративному выступу в нижней части аэроцикла, который и зацепилась зацепился за панель на клетке.

Уперлись ногами в пол, руками же потянули. Если бы не состояние невесомости, то у них бы ничего не получилось. Но и так слишком прочно зацепился аэроцикл — несмотря на все старания, успехи были совсем незначительными…

Мэрианна проговорила:

— Ладно — я сейчас слетаю внуть. Там, в кладовке должен быть плазменный резак. Вот с его помощью мы и срежем этот идиотский выступ…

На что Эван ответил:

— Похоже, что скоро здесь появится не один, а сразу три резака, — и кивнул на дракона.

Весь лёд, который ещё недавно окружал его, теперь растаял, а жидкость всосалась в отверстия. Дракон плыл в невесомости, посреди клетки. Глаза его, хоть и раскрытые, ещё не обрели какого-либо осмысленного выражения, но из трёх глоток, которые также были приоткрыты, уже валил весьма густой дым.

Эван проговорил:

— Дракон-то, огнедышащий.

И тут во всех шести глазах дракона вспыхнуло яркое, яростное пламя; из глоток раздалось гулкое, мощное рычание, а вместе с ним — вырвались языки огня. Чувствовалось, что дракон ещё не дышит в полную силу, ещё не вполне очнулся, но всё же и от этих не долетевших до путешественников ярких языков, повеяло таким жаром, что они, несмотря на защитные костюмы, отпрянули, спрятались за стеной аэроцикла.

Мэрианна говорила:

— Надо всё-таки разрезать этот распроклятый выступ. Я сейчас быстренько за резаком…

— Нет! Уже поздно, — воскликнул Эван.

Голос юноши потонул в оглушительном рёве, вырвавшемся из клетки. Вот теперь дракон окончательно проснулся.

Конечно, дракон не помнил своего долгого заключения в клетке. Последнее, что он помнил, это как с неба спустилась труба, как он пытался эту трубу сжечь, и она даже начала плавиться от потоков его пламени, но тут же всосала его внутрь.

И вот теперь он очнулся в этой клетке, даже и не подозревая, что пробыл в ней многие столетия.

Дракон видел странные, непривычные ему сооружения, и он думал, что это — его враги. Он жаждал испускать пламя, уничтожать, но ещё не знал, куда направить свою агрессию.

А потом дракон услышал голоса. И хотя Эван с Мэрианной переговаривались совсем негромко — и этого было достаточно. Всё же дракон был зверем, и обладал звериным, почти идеальным слухом.

Вот где, стало быть, спрятались его враги. Теперь скорее надо было уничтожить их, в пепел обратить. И вот сразу из трёх глоток вырвались потоки густого, бурлящего пламени.

Только стена аэроцикла спасла Эвана и Мэрианну. Но и сверху и сбоку от них потекли огненные потоки.

Но нет — эти потоки не просто текли, они ещё и изворачивались в воздухе, пытались до них дотянуться. Причиной такого поведения огня была невесомость…

От страшного жара Мэрианна громко вскрикнула, а Эван заскрежетал зубами. Вместе они рванулись к полу, но не упали, а просто приблизились к нему. Если бы не защитные костюмы, то они бы уже сгорели, но и защитные костюмы не были рассчитаны на такую температуру и уже начали тлеть.

— Скорее! Внутрь! — стонала Мэрианна.

Вместе вплыли они внутрь аэроцикла, закрыли за собой дверь. Тут же появилось тяготение, и они упали на пол. Затем — бросились в кабину управления.

Аэроцикл дрожал, тревожно мерцали красные лампы, из-под двери в комнату Мэрианны уже валил дверь.

Мэрианна вскрикнула:

— Я пожар потушу! А ты — улетай!

И вот Эван плюхнулся на своё кресло, ухватился за ручки управления, рванул их в сторону.

Дракон подлетел к решётке, просунул через неё шею, и усиленно выдыхал потоки огня на аэроцикл, а также и на панель, за которую он зацепился.

Но первым не выдержал выступ на днище аэроцикла — он попросту расправился.

Трясущаяся, повреждённая «Мысль-5» рванулась вперёд; Эвану пришлось применить всё своё мастерство, чтобы снова не врезаться стену.

Эван вылетел в центр большого коридора, и тут датчик движения начал тикать. Эван крикнул:

— Эй, Мэрианна!

Сзади раздавался грохот, оттуда вырывались клубы едкого дыма. Эван включил вытяжку, но это мало помогало — он всё равно кашлял. Если бы не фильтр в защитном костюме, он вообще задохнулся бы от ядовитых испарений.

— Мэрианна!! — из всех сил закричал он.

Девушка, лицо которой тоже было скрыто защитной маской, выглянула из дыма. Спросила:

— Что?..

— Видишь — приближается что-то. А я не могу понять, с какой стороны…

Мэрианна быстро взглянула на прибор, и ответила:

— Приближаются сразу со всех сторон.

— Что же делать? — растерянно спросил Эван.

— Ведь пилот ты, а не я, так что и придумывай, что делать. А я должна потушить пожар!..

Последние её слова Эван едва расслышал, потому что Мэрианна бросилась обратно, в клубы наползающего дыма.

Только благодаря вытяжке, которая работала в полную силу, Эван мог видеть часть коридора.

А, повернув голову, он обнаружил, что дракон не терял времени: он усиленно, раз за разом, выдыхал клубы пламени на решётку, и решётка плавилась. Расплавленный металл нехотя стекался в ярко сияющие шары. Насосы в стенах «Объекта» пытались поглотить и эти шары, но только засорялись…

И уже несколько вытянутых синих ламп мерно и беззвучно пульсировали поблизости от драконьей клетки: "Тревога! Тревога! Тревога!"

Заходясь яростным рёвом, дракон бросился на раскалённую решётку. Толстая чешуя защитила дракона, а вот решётка не выдержала, погнулась.

Ясное дело, что при следующем ударе дракон должен был высвободиться из клетки.

Эван направил аэроцикл вперёд по коридору, и тут увидел охранного робота-паука.

Хотя это был не тот робот, которого он уже видел с Мэрианной. Та же модель: паучьи лапы, поддерживающие вытянутое, пузатое туловище, тоже древний, но только поломки у него были другими: аж три лапы не функционировали, волочились по полу, а единственный рабочий глаз сиял посреди округлого, изъеденного ржавчиной лба.

И всё же этот древний страж двигался с большой скоростью, и его оставшиеся рабочими лапы перегораживали весь коридор…

Эван развернул аэроцикл, и увидел, что с другой стороны тоже несётся страж-паук — у того почти все лапы оставались исправными, а глаза сияли уже привычным зелёноватым светом…

Эван выбрал, как ему показалось, меньшее из зол — то есть паука с тремя сломанными лапами. Снова развернул аэроцикл, понёсся навстречу пауку.