Дмитрий Щербинин - Обьект

Мэрианна спросила шёпотом:

— Как думаешь: может — это один из настоящих пилотов "Объекта"?

На что Эван ответил:

— Помню, на Водном мире в глубинах тамошнего океанчика обитали осьминоги. Так этот, замороженный, весьма похож на них, только размеров да окрасом отличается. Но всё равно — видно, что разум у него, как у моллюска — крошечный…

Мэрианна повернулась в другую сторону, сощурилась, и проговорила:

— Вон, гляди — с другой стороны коридора тоже такая клетка, и в ней кто-то находится. Надо подлететь, посмотреть…

Эван приподнял аэроцикл, и сначала осторожно, краешком, выглянул из укрытия. На всей видимой протяжности коридора никого не было заметно. Тогда аэроцикл метнулся к противоположной стене, остановился в метре от решётки.

В центре ледяного куба находился гуманоид в яркой, словно праздничной одежде. Не кожа, а чешуя покрывала гуманоида, а сзади воинственно изгибался остроконечный, трёхметровый хвост.

Некоторое время Эван глядел в очень широкие глаза гуманоида, потом спросил:

— Знаешь, о чём я сейчас подумал?

— О том, сколько здесь таких вот клеток? — выдохнула Мэрианна.

— Да. Я думаю их здесь миллионы или даже миллиарды. Я представляю себе коридоры, которые тянутся на многие километры, и не только прямо, но и вверх и вниз. И везде в стенах такие вот клетки, а в клетках — замороженные обитатели миров, возле которых побывал "Объект"…

— И где-то в клетках должны быть и остальные аэроциклы с их экипажами…

— Да. Мы должны их найти и разморозить… — глаза Эвана заблестели, и он заговорил вдохновённо. — Вот я сейчас понял, почему на каждом из миров, где побывал «Объект», остаются непонятные гости. Ведь это существа: разумные и неразумные с других миров. «Объект» летит уже миллионы лет, собирает и собирает, но, наверное, создатели его не рассчитывали, что путешествие его будет настолько длительным. И вот места для новых экспонатов не осталось, и тех, кого собрали прежде, выбрасывают на поверхность…

Мэрианна ответила возбуждённо:

— Ты знаешь: мне точно такая же мысль только что в голову пришла. Наверное, так и есть. Но всё равно — прежде всего мы должны найти остальные аэроциклы…

Эван снова приподнял «Мысль-5», и осторожно выглянул в коридор. Вроде бы, никогда не было видно, датчики тоже не показывали движения. Со скоростью двести километров в час он полетел вперёд, и вскоре достиг разветвления коридора.

Как и ожидалось, коридоры уходили не только в стороны, но и вверх, и вниз. Это был настоящий лабиринт, в котором легко можно было заблудиться. Но Мэрианна включила соответствующий прибор, и теперь их путь записывался в блок компьютерный памяти, так что обратно можно было бы пролететь даже на автопилоте.

Оказалось, что клетки с замороженными обитателями далёких миров находились не только в стенах коридора, но и в его потолке и в полу. Просто многие из этих клеток были скрыты наслоениями бурого вещества.

Эван сделал очередной поворот — вылетел в прямой, тянущийся на километры коридор, когда стены неожиданно и сильно содрогнулись. «Мысль-5» швырнуло на одну из этих стен. Эван среагировал мгновенно: вывернул ручки управления. Это помогло, но не полностью. Всё же столкновения невозможно было избежать. Вот они и врезались в одну из стен. В кабине раздался треск, предупреждающе запищал компьютер, замигали красные лампочки: "Авария! Авария! Авария!". Мэрианна ударилась об спинку кресла Эвана, самого же Эвана швырнуло на панель управления, и он расшиб лоб, на несколько секунд даже потерял сознание.

Но уже теребила его Мэрианна, спрашивала:

— Ну как ты? Живой?..

Эван поднял лицо, на котором появился свежий, кровоточащий шрам, и ответил:

— Вроде бы ничего, не развалился, живой.

Тут клеть с вмороженным в неё радужным слонёнком поползла в сторону, и вскоре скрылась за наслоением мшистого вещества, которое не соприкасалось с клетками и только слегка вздрагивало. На место уехавшей клети появилась другая. В неё был вморожен трёхглавый, крылатый дракон, размерами схожий с "Мыслей-5".

Мэрианна произнесла:

— Клетки двигаются — значит «Объект» забирает новые экспонаты.

— Совершенно верно. Именно из-за того, что «Объект», поглотив очередной мир, остановился, и произошёл этот рывок. Новые экспонаты подобраны, заморожены, но клеток для них не хватает. Поэтому клетки сдвигаются, освобождаются.

— И нам надо проследить, с какой стороны происходит движение клеток. Именно там, вначале лабиринта, и находятся «свежие» экспонаты, среди них мы найдём аэроциклы и их экипажи, — заявила Мэрианна.

— Да. Надо полагать, что мы влетели в той части лабиринта, где производится выгрузка. Стало быть, остальных участников экспедиции надо искать в противоположной стороне… Хотя, где эта "противоположная сторона", так просто и не поймёшь. Ведь «Объект» то круглый, — задумался Эван.

— В общем, надо проследить, откуда происходит смещение клеток, — рассудила Мэрианна.

— Сейчас, вылетаем отсюда…, - начал было Эван, да тут и остановился.

Аэроцикл содрогнулся, и, если бы Эван не вцепился в кресло, то снова ударился бы об пульт. Он быстро погасил скорость и произнёс:

— Мы застряли…

— Неужели поломка?! — ужаснулась Мэрианна.

— Нет. Насколько я понял, мы просто за что-то зацепились. Надо выйти и посмотреть…

Они оставили рубку управления, надели защитные костюмы, остановились перед дверью, переглянулись…

Всё же они впервые выходили туда, внутрь «Объекта». Вот Мэрианна одобрительно кивнула, и Эван нажал кнопку.

Дверь перед ними тут же распахнулась, они сделали шаг, и… поплыли…

Мэрианна проговорила повелительно:

— А ну-ка — не двигайся.

Эван перестал двигаться. Мэрианна проговорила:

— А теперь осторожно возьмись за ручку "Мысли-5".

Эван подчинился.

Мэрианна продолжала:

— Нас предупреждали, что внутри «Объекта» возможно такое состояние, оно называется невесомостью.

— Ну, для меня это не новость. Помнишь, я рассказывал тебе о своём первом путешествии?.. Вот тогда, оставшись между мирами без аэроцикла, я впервые испытал это чувство невесомости. Так что для меня это не новость… А вот это — новость!

И Эван указал на клеть с драконом, которая остановилась напротив них. Оказывается, их аэроцикл зацепился за панель, закреплённую в нижней части этой клети. Расположенные там, порядком уже проржавшие кнопки, были теперь напрочь снесены, из-под них лениво выбивались искры. Ну а в верхней части клетки мирно и беззвучно пульсировал синий цвет. Прежде наполнявший клетку ледяная, прозрачная жидкость теперь таяла, собиралась в пузыри, которые только начинали свой полёт в невесомости, как попадали под воздействие наносов, которые утягивали их через небольшие, но многочисленные отверстия в стенах…