Malice Crash - Мэлис Крэш и философствующие камни

— Чего-то я не понимаю, — наконец сориентировалась я в ситуации. — Это где он писал? В «Книге Молнии» про это ни слова нет, я самую полную копию давно еще читала, ты меня не спутаешь!

— Не в той книге, которую уничтожили при Райе, — сделала нетерпеливый жест Фини. — Когда папуля в очередной раз уехал без предупреждения, он мне после возвращения вот это подарил, — Финве полез в один из ящиков стола и после непродолжительного копания извлек оттуда старый потрепанный блокнот. — Предсказания самого Лайтина, то, что он так и не успел опубликовать. Копия, конечно, но приличная. Вот, читай!

Я с некоторой брезгливостью взяла в руки приличную копию, уже открытую на том месте, где содержалась сенсационная информация, и прочла:

— «Признаки того, что возвращение первых не за горами: пройдут слухи о заговорах, зашевелятся истинные, объявятся принадлежавшие первым вещи, — этот абзац был перечеркнут, что снизило в моих глазах его ценность. — Первая и главная примета — новое зло уйдет в Хаос, старое же вернется и скроется. Вторая — случится подряд два события, прежде никогда не происходивших. Ждать возвращения первых до рождения Второй Силы». Ну, и что эта чушь обозначает? — ко мне вернулся здравый смысл. Особенно поспособствовало этому воспоминание, принадлежавшее Лайтину, о пережитых им нехороших вещах. С моей точки зрения, после такого сохранить то, что некоторые называют мозгами, в относительном порядке крайне сложно.

— Знаешь, переубеждать не буду, — надулся Фини. — Только вот одно время все про пророчества самих первых тоже говорили, что типа ерунда собачья, а потом эта ерунда как начала сбываться… Тут все и заткнулись.

— Знаешь, — я скопировала интонацию Финве, — есть разница. Первые — признанные авторитеты, а Лайтин по общему мнению обеими ногами в маразме. Только спорят, когда он туда вторую ногу поставил. И вообще, — я глянула на часы, — сейчас опоздаю на вампирский вечер для полного счастья. Книгу Аккарти мне отдашь или будешь от своей сестрички ховать?

— Да бери, — Фини мысленно грубо выругался, — не жалко.

Я вытащила книгу из-под шкафа и спрятала в карманное измерение. После чего со словами: «Передай привет маме» испарилась.

Оказалась я, как и планировалось с самого начала, под окнами своего многострадального интерната. Приглашение из своей комнаты я забрать, как обычно, забыла. Пришлось телепортировать. Местное солнце неторопливо закатывалось за пацанский корпус. С той же скоростью собирались родные мне по крови личности. Я сообразила, что мой джинсовый костюмчик здесь не катит, и быстренько сварганила себе униформу под Дракулу, как у всех остальных. Я примерно представляла себе планируемые развлечения, а также то, что если будет скучно, меня здесь ни одна сила не удержит. Но произошло нечто непредвиденное даже мной, не говоря уже о устроителях вампирского вечера. Как только лунные прожекторы осветили того, кто должен был сегодня отвечать за развлекаловку, рядом с ним появилась та самая злющая Перли, которую у нас боялись все без исключения. Даже в хорошем настроении Перли могла привести в ужас препода по иллюзиям. А вот в данный момент она была в сильном раздражении.

— Все отменяется, — гаркнула она. По толпе вампиров энной степени прошелся недовольный шелест. — С сегодняшнего дня все мероприятия, проходящие за пределами корпусов, разрешено проводить только в присутствии взрослых демонов в пропорции один к пятнадцати.

— А что случилось? — вякнул кто-то рядом со мной.

— Исчезла одна из учениц, — неохотно ответила Перли. — Мелинда Кэтрин Джонс, учащаяся четвертого курса. Уже второй случай.

Тут мне резко захорошело. Неужели неугомонная парочка взялась за старое? Может, стоило их сдать, и без разницы, что там будет с моим участием в соревнованиях? Некстати пробудившийся альтруизм я мысленно придушила и заставила себе спокойно слушать.

— Так что все по комнатам, выходить из здания только в чьем-нибудь сопровождении и сообщать, когда вернетесь. Опоздание на двадцать секунд — и вас тоже объявят в розыск. Счастливого Дня Феникс вам!

С этими словами Перли испарилась, избавив нас от необходимости видеть и слышать ее Невеликолепие. К слову, это была одна из самых мягких ее заглазных кличек. Народ поворчал, но довольно оперативно расползся по комнатам. То же самое сделала и я.

В нашей комнате все было по-старому. За исключением того, что Сулмор — я пару раз протерла глаза — читала «Тень колец». Причем запоем.

— Что случилось? — с порога, только успев закрыть дверь, спросила я.

— Слышала? — вопросом на вопрос ответила Сулмор. — У Мелинды, между прочим, тоже родители из непредельщиков. Ты права была насчет того, что будут шерстить всех подряд.

— Я не про похищение, — я махнула рукой. — Ежу было ясно, что они долго не вытерпят. Наверняка скоро вернут, как убедятся, что она не МК. Что у тебя случилось, что ты взялась за такое чтение?

— Ничего, решила нервы потренировать, увидев, какие они у тебя, — Ангмарская отложила книгу в сторону. — А что такое значит МК, кроме той аббревиатуры, которой тебя пятикурсники дразнят? Второй раз уже от тебя слышу.

Я вспомнила, что из моих друзей только Сулмор заслуживает полной откровенности, и решила рассказать:

— Модель Конечная, то самое произведение непредельщиков, которое сейчас ищут, — дальше я в двух словах рассказала то, что удалось узнать из чужой памяти и при помощи собственных догадок. — Но это еще ничего особенного. Представляешь, вот эти камушки, оказывается, в свое время принадлежали Аккарти, — я продемонстрировала свои сережки. — Ничего себе, правда?

Сулмор ничем не показала тех усилий, которых от нее потребовал процесс удержания челюсти в исходном положении. Я всегда завидовала ее сдержанности.

— А это точно? — только и сказала она.

— Точнее некуда, не сомневайся, — заверила ее я.

Тут раздался стук в дверь. Похоже, даже мой автопортрет не мог сдержать инициативный пассив в лице неугомонной Морвен. Тут даже Сулмор не собиралась препираться и не открывая двери проорала:

— Морвен, иди к Контеру и его доставай своими предложениями!

— Это не Морвен, — послышался из-за двери знакомый мне голос. Я вскочила со стула и бросилась открывать. В комнату проскочила Эйнаровна. Да уж, безымянная понимала, что у нас особо не смотрят на добровольцев-воспитателей.

— Что произошло? — на автомате спросила я, захлопывая дверь и восстанавливая разрушенную звукозащиту.

— Алекс пропал, — с ходу выдала похоже, самую большую свою проблему Эйнаровна.

В этот момент проснулась снова углубившаяся в изучение книги Сулмор.