Светлана Борисова - Колыбельная для вампиров

— Отключи боевой режим.

— Не успела я сообразить, как беспрекословно подчинилась приказу. Чёрт! Сказывается военная муштра в Академии. Решив, что терять больше нечего заодно я отключила ночное зрение. Нужно же проявить инициативу, нефиг мной командовать.

— Ментальный щит тоже можешь убрать, — насмешливо посоветовали мне. — Поверь, детка, мы — не кукловоды.

«Ну, уж дудки! Нашли дуру», — обиженно подумала я, воспротивившись больше из духа противоречия, чем по причине здравого смысла.

— Какая недоверчивая девочка! Учись, Клод. Она в любую секунду готова дать отпор, хотя в отличие от тебя не задаётся и заблуждается относительно своих возможностей.

Я резко открыла глаза. Рядом стояли освобождённый от пут Раум, с физиономией мрачной как туча и рыжая девица, раздававшая нам направления. Для экзекуции надо мной она успела переодеться в чёрный бархатистый комбинезон.

«Интересно, к чему весь балаган?» — сердито подумала я, исподлобья разглядывая недавних противников.

— Гадаешь, что нам нужно? Успокойся, детка. Это обычная рутина. Небольшая проверка боевых качеств перед приёмом на работу. В Академии ты числилась одной из лучших. Вот и нам стало любопытно, чего ты стоишь на деле, — немедленно отозвалась догадливая рыжуля.

«Ё-моё! Что за глупости!» В уме промелькнула забавная картинка. Вопя как ниндзя в кинофильмах, вооруженная шариковой ручкой и книгой по математическому анализу я с боем прорываюсь на своё рабочее место в институт прикладной математики. Я опрометчиво дернулась и еле удержала стон. «Господи! Это было бы смешно, когда бы ни было так больно!»

— Что за дела? Какого чёрта вам нужно?

Кажется, этого вопроса ждали.

— Всё предельно просто! У нас есть предложение, от которого ты при всём желании не сможешь отказаться, — хихикнув, ответила рыжая.

«Вот ведь смешливая поганка!» — подумала я с досадой, глядя на её веселое лицо. Оно по-прежнему было испачкано остатками паутины из-под стола, к которой добавились подозрительные тёмные полосы. «Все ясно, ребятки — коммандос». Никогда не понимала зафигом спецназовцам грязевые разводы на физиономии. Честное слово, как дети! Как будто дурацкая мазня каким-то образом маскирует их от противника.

— Я вас внимательно слушаю.

— Неа. Это мы сейчас тебя развяжем, и отведём в одно чудное местечко, где устроим допрос с пристрастием, и ты нам всё расскажешь! — состроив зверскую гримасу, сказала рыжая и принялась освобождать меня от пут. — Нет! Нужно обязательно устроить экзекуцию. Будем её пытать по полной программе, с вырыванием когтей и битьём по мягкому месту. Правда, Клод? Может, тогда у неё прыти слегка поубавится.

Я возмущённо закатила глаза. «Ну-ну, попробуйте!» А она тем временем продолжала:

— Не хочешь поучаствовать, Клод, хотя бы в отместку? Ведь малявка ловко изловила тебя, несмотря на спецназовскую подготовку. Ну вот, все готово! Ты свободна.

Веселая садистка, умильно глядя на меня, отошла к Клоду, который не произнёс ни слова с момента нападения. Я с трудом поднялась на ноги. С отключением боевого режима исчез адреналин в крови и многочисленные царапины ощутимо заныли. Ещё бы! Регенерация была практически на нуле. Я посмотрела на свои руки. Н-да. Сплошное кровавое тату, но есть ранки и посерьезней. «Чёрт! Уделали меня, как бог черепаху!»

Инвентаризацию телесных убытков прервала всё та же неугомонная рыжуля, скомандовав напарнику:

— Клод, отведи девушку.

— Всё равно не понимаю, зачем она нам, — резко проговорил Клод, впервые открыв рот с момента нападения.

— Не твоё дело, — жёстко сказала рыжуля и, спохватившись, мягко добавила: — Иди. Пусть Томас сам побеседует с ней и решит, нужна ему эта красотка или нет.

— Эй, ты! Следуй за мной, — буркнул Раум, смерив меня мрачным взглядом, и стремительно двинулся к выходу.

Все вместе мы вышли в коридор. Здесь рыжая девушка, которую звали Эльзой, как выяснилось по ходу дела, попрощалась с нами, а я поплелась следом за Раумом. Добравшись до лифта, мы спустились и опять куда-то понеслись по бесконечным коридорам. Я так устала, что временами полностью отключалась. Во всяком случае, когда я очнулась в очередной раз, то осознала что нахожусь в незнакомой комнате.

Сфокусировав туманный взгляд, я разглядела, что напротив меня сидит очень хмурый блондин. От него шло такое мощное давление на психику, что сразу чувствовалось, сей господин — неординарная личность. Если судить по нашей профессуре в Академии и моему отцу, то у него ментал одного из Старейшин. Более того, мне показалось, что по мощности поля он уступает только Мику. Несмотря на это, я выпрямилась, вызывающе глядя на мужчину, но пристальный взгляд серых глаз оказался невыносимо тяжел. Не выдержав, я опустила глаза.

— Так-то лучше, — буркнул он после томительной паузы, и повернулся к Рауму, стоящему навытяжку.

— Вы что, дорогие сотруднички, совсем без тормозов? — рявкнул он, и я еле удержалась от порыва вскочить на ноги и тоже вытянуться во фронт. «Н-да! Узнаю высокое начальство по изящным словесам!»

— Никак нет, сэр!

— Решили сделать подарок, и преподнести хладное тело вместо стажёра? К вашему сведению, я не страдаю некрофилией, — ядовитым тоном произнес хозяин кабинета. — Какого чёрта вы так отделали девчонку?

— Извините, сэр. По ходу дела проверка получилась жёсткой, — отрапортовал Раум.

Теперь блондин жутким гипнотизирующим взглядом уставился на своего бедного подчинённого и тот замер, не мигая. Когда затянувшаяся пауза стала совсем невыносимой, начальство сменило гнев на милость. Прервав тяжелое молчание, блондин сухо произнес:

— Раум, надеюсь, ты сделаешь надлежащие выводы.

— Так точно, сэр!

Хозяин кабинета потянулся за сигаретами и закурил. Как только он отвел свой взгляд, наш провожатый облегченно выдохнул и слегка расслабился. «Бедняга!» — посочувствовала я Рауму и поморщилась, терпеть не могу табачного дыма. — Интересно, почему только он получает выговор, а как же рыжуля? Как будто один Клод надо мной измывался! Между прочим, от этой паршивки я пострадала значительно больше…» Словно прочитав мои мысли, блондин небрежно бросил нашему провожатому:

— Свободен. Передай Эльзе пусть зайдёт в мой кабинет.

— Слушаюсь, сэр, — ответил Раум и, откозыряв, скользнул к двери.

По чувству огромного облегчения, промелькнувшему на лице нашего провожатого было ясно, что он счастлив скрыться с глаз долой грозного начальства. Я его понимала. Лично мне хватило мимолетного обмена взглядами с блондином, чтобы понять — проще самому застрелиться, чем попасть к нему на разбор полетов. С завистью посмотрев вслед Рауму, я мстительно подумала: «Ну, вот теперь кое-кому и по адресу перепадет на орехи. Не все же бедному Клоду отдуваться!»