В Бирюк - Парикмахерия

Тогда же были довольно детально прописаны типовые решения: город на тысячу семей, отвод и межевание земли, количество и суточный дебет источников. Отдельно - качество воды. При устроении новых станиц кубанских казаков уже в двадцатых годах 19 века по этому, водному, поводу большой скандал был.

Судорожно перетряхивая память, вспоминая наставления какого-то византийского императора о строительстве городов, из которого в голове зацепилась только одна фраза: строить надо "так, чтобы дым и сажа из очагов нижнестоящих домов в городе не летели в окна домов вышестоящих", я уже возвращался к своим копачам, когда услышал громкие голоса. Ну вот, ну что за команда балбесов подобралась, ни на минуту оставить нельзя!

Однако это не "мои" ссорились между собой - это "мои" ссорились с "моими". Лингвистически несколько замысловато, а по сути просто - возвратились косари. И теперь мои смерды потешаются над моими слугами и моими холопами. И тему для шуток нашли ну очень подходящую: бритость голов. Весёлый у нас на Руси народ - палец покажи - все смеются. А уж темечко углядят - в покат и животики надорвут.

Косари были с бабами и старшими детьми. Похоже, на покосе уже пошло копнение и стогование. Народу много и все старательно проявляют остроумие. В стихотворной форме. Сплошные "Пушкины" пополам с "Лермонтовыми". Пердуновские.

"Я такого не встречала

Не видала прежде я

Где допрежь была головушка

Лишь головка от х..я"

Власть стереотипов вплоть до потери инстинкта самосохранения. Умение махать железками у моих "ближних" от изменения причёски никуда не делось. Сейчас они как вдарят... Из насмешников только ошмётки полетят. Хохотуны мелкорубленные.

"Что за чудо на пригорке -

Люди удивляются

То ли ж...па, то ль лицо -

Совсем не отличаются".

К моему удивлению, и Чимахай, который заводился по куда меньшему поводу, и Ивашка, которому, как княжьему гридню, насмешки каких-то там смердов вообще терпеть не можно, только переглядывались. Офигеть! Так смена стрижки и на них подействовала?! И социальный статус, и личный гонор, гордость, самооценка. "Ум, честь и совесть...". Всё это - от обволосения? Это поэтому кавказцы такие наглые? А если ощипать, то станут "беленькими и пушистенькими"? У моих, явно, вся их гордость как-то... "выпала и покатилось".

А ведь задолбают простые смерды моих оружных драчунов. "Стая удачно пущенных дятлов может задолбить до смерти слона средних размеров". Своим остроумием. Не фига себе! То были сплошь орлы, а теперь - мокрые курицы, глаза друг от друга прячут. Скоро, пожалуй, и в штаны от страха писаться начнут. А местные "петросянят" без остановки. Крутят свой "юмор" дальше.

"То не баба, не мужик

Из горлА торчит кадык.

Не мужик то, и не баба

Голомордый будто жаба"

И - ржачка в два десятка глоток. Звяга вон шапку на уши натягивает так, что скоро порвёт. Вот это убоище, ныне смущённо пальцем берёзу ковыряющее, недавно мне так смело говорило: "не умный ты, боярич"? Интересное дело, надо запомнить. Берём нехорошего человечка, бреем его наголо, и выпускаем в народ. В наш очень простой, исконно-посконный народ, который очень любит над кем-нибудь очень хором позабавиться. Такое радостное чувство единения возникает.

" - Давай дружить!

-- Давай! А против кого?"

"Лысый! Лысый! Встань, пописай!"

Это детишки селянские голосок подают - берут пример со старших. Народовольцы. Выражают народную волю - посмеяться вволюшку. Над "вятшими", над начальными, над опасными. Над чужими и пришлыми. Над "не такими". Инстинктивная ксенофобия, инстинктивная социализация. Так я же об этом уже погрустил! А они опять... Но если одни мои люди не будут бояться других моих людей, то... то и меня они бояться перестанут. И дело не будет делаться. Потому что я сам везде не поспею. А над слугами моими "благонравные святорусские жители" будут матерно хором издеваться. И этот, необходимый для получения требуемого результата организованной человеческой деятельности, страх придётся вбивать заново. Кровью. Их - точно. Но, может статься, и моей собственной. Жалко. И чего делать?

Плюнуть в глаза. "Плюнь в глаза тому, кто скажет, что может объять необъятное". "Объять" - невозможно. Но к этому надо стремиться. Под "необъятным" я понимаю здесь наш исконно-посконный фольклор. Поскольку ответ на последнюю дразнилку я помню ещё из второй половины двадцатого века. Что-то не встречалось прежде попадистов-фольклористов. Никогда не слыхал, чтобы социальные конфликты в среднем средневековье решались с помощью домашних заготовок в области детских дразнилок конца второго тысячелетия. Ну и что, что не слышал? Надо же кому-то быть первым. Ну, с новым прогрессированием тебя, Ивашка-попадашка!

-- Слышь, лохматый! Сядь - покакай!

-- Ась?

Общество повернулось в мою сторону. Смешки и весёлый гомон детворы постепенно стих. Вот сейчас и проверим - насколько вид бритых подбородков и затылков моих слуг изменил мнение пейзан обо мне самом.

Продолжительность наполненной народным молчанием паузы сама по себе давала количественную оценку расцвета торжества демократии и взлёта духа независимости в данном конкретном коллективе. Филька потянулся, было, снять шапку под моим взглядом, но тут на глаза ему попалось безбородое лицо высунувшегося из-за спин сотоварищей Николая. На Филькином лице автоматически появилась радостно-наглая ухмылка и он, сменив, буквально - полу-движением, позу на более уверенную, из вполне раболепной на вполне свободомыслящую, не убрав весёлого выражения с лица, повернулся ко мне. С шапкой на голове и твёрдой уверенностью в своей правоте.

-- Тута, эта, кастраты. Ну. Дык ты глянь - морды-то, эта, вроде знакомые. Но - без волосей. Гы-гы... Бородей-то... гля, нетути! Как эти... ну... которые без мудей. Вроде, ну, мужики были. А ноне что?

-- Головёнка - гладенька, а в портках-то - гаденько. Гы-гы (Это - "глас народа" из толпы сельчан).

Древние греки в качестве высшей меры наказания использовали остракизм. В ряде древнегреческих полисов, в том числе в Древних Афинах, остракизм означал изгнание гражданина из государства по результатам всенародного голосования. У нас тоже общество голосует. Правда, не черепками, как в Афинах. И избирает человека не на изгнание, а на осмеяние. Афиняне посылали далеко и надолго, путём всенародно выраженного и демократически оформленного волеизъявления. Даже Аристотеля послали. Но по их закону - наказание сроком не более 10 лет и с отбыванием только на чужбине. У нас голосуют круче - в дерьмо и пожизненно.

Ну нужна в каждом коллективе хомосапиенсов "плевательница"! Этакий эталон. "Вот так жить нельзя". Чтобы сравнить себя, возвысится и возрадоваться. И возблагодарить Господа: "я - не такой. Меня - ценят. Уважают". Кто ценит? Кто уважает? Такие же тайно неуверенные в себе люди, ходячие сундуки комплексов, маний и фобий? "Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты" - народная мудрость. "Скажи мне - над кем ты смеёшься...". До такой мудрости народы - не дорастают.