Патриция Бриггз - Призрак дракона

— Лорд Вардвик?..

Услышав донесшийся до меня из-за спины голос Аксиэля, я вздрогнул от неожиданности и повернул голову. Он стоял на коленях, почтительно склонив голову.

Его необычная поза насторожила меня. Я вскочил на ноги и жестом велел ему тоже подняться.

— Я ведь приказал вам оставаться на месте!

Аксиэль взглянул на меня с восторженным благоговением.

— Мы долго ждали вас. А когда все уже забеспокоились, я, как самый выносливый, отправился на разведку. Остальные не знали, что им делать. Возможно, скоро и они появятся здесь. — Он перевел дыхание. — Еще до въезда в деревню, милорд, я учуял запах зла, такой интенсивный, какого не ощущал на протяжении вот уже нескольких веков. Так пахнет кровавая магия… Потом я услышал вашу песнь, обращенную к Сиферну, и почувствовал, как бог справедливости явился на ваш зов, милорд, и как он очистил это место от чудовищного зла. Мой отец говорил, что мы должны искать спасение в Хуроге. Я понял смысл его слов только сейчас.

Я смотрел на Аксиэля в полной растерянности. Что вызвало в нем столько уважения ко мне, столько восторга? Орег или Бастилла смогли бы поджечь этот погребальный костер с большей легкостью. Слова Аксиэля повторно прозвучали в моей голове. Я покачал головой и вскрикнул:

— Ты сказал… Не сталкивался с кровавой магией вот уже несколько веков?

Аксиэль быстро поднялся на ноги. Выражение его лица резко изменилось. Восторженное благоговение исчезло, и он смущенно улыбнулся:

— Видите ли, Вард… Подданные моего отца живут несколько дольше обычных людей… Меня послали в Хурог пятьдесят лет назад. Я должен спасти свой народ.

Я не верил своим ушам.

— Но ты… Выглядишь вовсе не как гном…

— Я похож на маму, — пояснил Аксиэль. — Мой отец примерно такого роста. — Он приложил руку к своему плечу. — И вдвое полнее меня.

Я уставился на дымящийся пепел и вспомнил вдруг о тайне каменного дракона. И даже обрадовался: ведь занимаясь поиском ее разгадки, я мог не думать о потере Хурога.

— Ты помнишь, какого размера был каменный дракон?

Аксиэль на мгновение задумался.

— Немного больше, чем Нарцисс. Он выглядел как обыкновенная каменная глыба.

— Его здесь нет, — сообщил я. — Нет даже каких бы то ни было следов.

Аксиэль приблизился ко мне.

— Это весьма странно. Хотя… С того времени, когда я был в этом месте в прошлый раз, прошло очень много времени. Камень могли перенести отсюда.

— Я мало что знаю о магии, — задумчиво глядя в пустоту, произнес я. — Но тела людей, которые только что сгорели на костре, были обескровлены. По-видимому, их подвешивали за ноги и сливали куда-то кровь. Что это может означать?

Аксиэль передернулся и нахмурил брови.

— Я уже говорил, что, приблизившись к этой деревне, сразу почувствовал запах кровавой магии. Но такое огромное количество крови может потребить лишь очень могущественный маг. Ни один из колдунов короля не обладает даже силой Бастиллы. А применять заклинания, для которых потребовалось бы столько крови, под силу лишь такому волшебнику, как Орег.

Я так и думал, что Бастилла лишь прикидывается, что как колдунья не представляет собой ничего особенного. У меня в голове закрутились десятки вопросов, и я уже приоткрыл рот, намереваясь задать их Аксиэлю, но увидел, что Нарцисс метнулся в сторону, и повернул голову.

Оказалось, мой конь всего лишь обрадовался появлению всех остальных и поспешил им навстречу, чтобы поприветствовать.

Орег остановился у огромного кострища, но спрыгивать с жеребца не стал.

— Впечатляюще, — заметил он, обводя настороженным взглядом почерневшую от огня дорогу и полуразрушенные дома, вдыхая запах дыма и паленых костей. — Ты сам подготовил место для погребального костра, Вард?

Я покачал головой.

— Об этом позаботились другие!..

Я серьезно посмотрел в глаза столпившимся вокруг меня членам моей команды.

— Каменного дракона здесь нет. Из убитых жителей деревни вылили всю кровь. На их телах были какие-то знаки…

Наверное, мне не следовало торопиться предавать погибших пламени. Но в тот момент, когда я разжигал огонь, мною руководил не разум, а жгучая ярость.

Орег склонил голову набок. Его лицо приняло какое-то странное выражение — мечтательно-блаженное.

— Я чувствую запах дракона, — пробормотал он.

— Аксиэль считает, все, что здесь произошло, связано с кровавой магией, — сказал я.

— Я не вполне уверена, — заметила Бастилла. — Но это не исключено.

— Может ли маг или группа магов извлечь волшебную силу из какого-то колдовского предмета и пользоваться им? — спросил я, глядя то на Орега, то на Бастиллу.

— Может, — ответил Орег.

— Нет, — почти одновременно произнесла Бастилла.

Я вопросительно поднял брови.

Бастилла пожала плечами.

— На мой взгляд, волшебный камень навсегда должен оставаться волшебным камнем… Но я могу ошибаться.

— Только не этот камень! — произнес Орег все так же мечтательно. — Я чувствую запах дракона.

— Тот предмет, о котором идет речь, — сказал Аксиэль, — излучал особую магию. Магию драконов. Если предположить, что однажды кто-то превратил дракона в камень, то существует ли такое заклинание, которое оказало бы на него обратное воздействие? И доступно ли это заклинание ворсагцам?

У меня по спине побежали мурашки.

— Неужели Кариан уже может любоваться настоящим драконом? — спросил Тостен.

— Кто-то может, — спокойно и радостно ответил Орег.

Мое сердце забилось взволнованно и ликующе. Я всегда знал, что не все драконы исчезли.

Я знал это! Знал!

—  Куда мы направимся теперь? — спросила Бастилла.

Я заставил себя на время отвлечься от мыслей о драконах. Теперь мне требовалась определенная информация. Я чувствовал, что в состоянии совершить нечто крайне важное.

— Аксиэль, ты знаешь, каким путем мы можем добраться до Каллиса?

— Каллиса? — с удивлением переспросил Аксиэль. — Конечно, знаю. А почему ты решил ехать именно в Каллис?

— Если кто-нибудь и владеет достоверной информацией о том, как обстоят дела в этих краях, так это старый лис Хавернесс. Я слышал, он до сих пор правит Каллисом.

Люди Хавернесса наверняка знали, имелись ли в тех деревнях, которые подверглись нападению ворсагцев, какие-то волшебные вещи. Они же могли бы подсказать, где еще есть таковые.

Мой отец всегда говорил, что хитрец Хавернесс, разгуливающий при дворе с видом воплощенной верности и порядочности, знает о делах королевств лучше самого короля.