Олеся Осинская - Обратная сторона маски

Я снова кивнула, а Сорби вздохнул:

— И без присмотра больше не оставлю.

— Давай не будем про барона, — попросила я. — До вечера имею право о нем не вспоминать. Забери меня лучше к себе наверх. Там так красиво.

Спустя мгновение я уже улыбалась, лежа на широкой кровати и рассматривая мелкие белые облака у себя над головой.

Впрочем, расслабиться Джек мне не дал, позволив поваляться всего десять минут. Затем напомнил о том, что мы, оказывается, умеем общаться телепатически. Причем самому Сорби хватило того единственного раза в ресторане, чтобы зафиксировать и запомнить нужное состояние. Пару раз потренировался, и вот пожалуйста, уже все получается. Я только зубами поскрипела от зависти. А спустя пару часов начали скрипеть и мозги, потому что у меня выходило редко, чаще случайно, уловить и понять суть процесса мне пока не удавалось, зато Джек решил меня добить окончательно.

— Для твоей же пользы. Я буду где-нибудь неподалеку. Если что — о помощи попросишь, — совершенно спокойно реагировал он на мои жалобы. — Поэтому будешь заниматься до тех пор, пока не получится.

Ничего общего с чтением мыслей эта особенность нашего Дара не имела. Пожалуй, это скорее передача мыслей, чем чтение. Поэтому ничего лишнего, не обращенного ко мне, я в принципе не могла услышать. А Сорби… боюсь, ему я могла сказать и того меньше, пока не освою эту науку. Между делом похвасталась, что у меня тоже теперь есть Дар Мага, причем именно ментальной школы. Только вот хоть и должна мне менталистика теперь легче даваться, но пока не помогают мне мои новые таланты.

— Кстати, мне гадалка сказала, что скоро умрет кто-то из моих близких — родственник или друг, — вспомнила я вдруг, затем пересказала наш с ней разговор и сразу погрустнела.

В глазах Сорби мелькнуло какое-то странное выражение, но, прежде чем я успела его разглядеть, сменилось насмешливым.

— И ты поверила? Сама должна знать, гадалки гораздо чаще ошибаются, чем реально что-то предсказывают — слишком много внешних факторов. Поэтому предсказание — это лишь один из вариантов возможного будущего. И то если речь идет о хороших провидицах, а такие встречаются на рынках крайне редко. Поэтому не расстраивайся раньше времени. — Джек с улыбкой посмотрел в мои глаза, и мне сразу полегчало. Действительно, ничего ж пока не случилось. — Зато новости о скорой помолвке мне понравились.

Джек многозначительно подмигнул, а я, не удержавшись, бросила в него подушку:

— Кажется, я еще не согласилась замуж выйти!

— Ага, — фыркнул Джек и, копируя мой голос, добавил: — Кажется, я тоже больше не предлагал!

Ближе к вечеру я спустилась вниз. Винс и Сирана к тому времени вернулись. Я попросила их вечером быть на месте. Мало ли. В любом случае мы с бароном говорить будем о сундуке. Вдруг он зайдет, и мне придется снова продемонстрировать его милости возможности нашего «артефакта». Затем переоделась, еще раз обдумала предстоящий разговор и мысленно помолилась своему богу Ари, покровителю, среди прочего, мелких мошенников.

Раздался стук в дверь. Горничная поспешила впустить гостя, а я собралась — предстоял очень важный вечер.

Глава 9

По дороге мы в основном молчали. Поглощенная мыслями, я отрешенно уставилась в окно кареты и, признаться, практически не смотрела, куда в этот раз меня завезет его милость. Очнулась уже в ресторанчике, когда мне в руки сунули меню. Есть особо не хотелось, тем более в подобной компании, поэтому в ответ на вопросительный взгляд барона лишь вежливо пробурчала: «На ваше усмотрение». Люцин очередной раз списал мою рассеянность и подавленность на сегодняшние события и решил, видимо, повременить с важными разговорами до конца ужина.

Где-то поблизости был и Джек. Я его не видела, однако хорошо ощущала. Шестое чувство подсказало, что над нашим с бароном столиком появился следящий глазок. Машинально повернулась туда и сразу же услышала в голове голос Джека:

«Не вертись. Это я за вами наблюдаю».

Я согласно моргнула, не решившись кивнуть, и села прямо. Барон держал в руках бокал с вином и со странной полуулыбкой рассматривал меня. От этой ухмылки почему-то стало не по себе. Я вздохнула, заставляя себя расслабиться и улыбнуться в ответ. И в этот момент в голове словно что-то переключилось. «Я на работе», — твердо сказала сама себе, мгновенно входя в роль Сираны. Снова вздохнула, смяла пальцами край белоснежной салфетки и подняла на барона глубокие, полные грусти глаза.

— Вы даже представить себе не можете, как много вы сегодня для меня сделали, — выдохнула я, слегка наклоняясь в сторону мужчины и проникновенно глядя на него.

Послала сложный эмпатический импульс — отголосок пережитого страха, облегчение от спасения, благодарность. Подумав, добавила к смеси легкую эротическую нотку желания. Получилось неплохо — Люцин мгновенно приосанился, расправил плечи, приподнял подбородок — эдакий герой, принц на белом коне, мечта любой девушки. Облагодетельствовал меня понимающим, подбадривающим взглядом, затем покровительственно похлопал по руке, скользнув, будто ненароком, пальцами по запястью.

— Знаете, — торопливо, захлебываясь словами, словно желая выговориться, продолжила я. — Сегодня днем я зашла к гадалке. Она наговорила мне ужасных вещей… Никогда бы не поверила… — На мгновение я закрыла лицо руками. — А потом вышла из ее палатки… сначала улетела шляпа… а я только хотела ее догнать… и никак не получалось… а потом… там… эти… — Голос снова сорвался, я умолкла, глядя в пустой бокал и покачивая головой.

Барон отвел мою руку и долил вина.

— Все хорошо, дорогая, — полушепотом ответил он, — я с вами. Выпейте еще.

Я с чувством отхлебнула из бокала, закашлявшись.

— Как вы думаете… — подняла наконец я глаза, — это из-за него?.. Из-за сундука?

Мужчина сделал вид, что задумался. Затем медленно, словно нехотя, кивнул.

— Не хочу вас расстраивать, но похоже на то. — Он на секунду умолк. Опустил руку в карман, достал несколько фантомных фото и смятый листок. — Это надписи с вашего сундука. Мне их перевели. Вот смотрите.

Я взяла протянутую бумажку и пробежала ее глазами. Потом подумала, что Джеку, наверное, тоже интересно, поэтому зачитала вслух:

— Сила большая скрыта до времени. И кара падет на разбудившего. Проклятие настигнет и будет гнать до смерти. Лишь отказ от владения остановит судьбу.

«Что за бред?» — подумала и услышала в голове еще одно мнение:

«Ага. Мы писали явно не это. И вообще, — в тоне Сорби послышались смешинки, — твой барон мог бы как-то более поэтично выразиться». Я тоже мысленно хмыкнула.