Лучшее в Королевствах. Книга II - Эд Гринвуд

– Быстрее! – зашипел Трон, когда в воздухе внезапно возникло волнение, а закрытая и зарешеченная каменная дверь, через которую она вошла, начала светиться и выпучиваться. – Те, кто охотится за мной, здесь! Иди, Малыш, и в грядущие годы, когда ты будешь стоять во главе Красного Братства, вспомни этот день и прародителей Рундарваса Тааэля и придумай, как отомстить за меня!

Огромная сила ударила в каменную дверь с мощью, достаточной для того, чтобы пол под ними просел и зашатался, камни вокруг зазвенели и загрохотали, а пыльные обломки обрушились вниз потоками.

– Поспеши! – закричал на нее Трон, его пальцы уменьшились в нечто более близкое к его собственным, и придавали воздуху форму замысловатыми жестами и позами заклинания. Он начал нараспев произносить фразы магии, которую Тейс никогда прежде не слышала, и которая окрасила пыль вокруг него в багровый цвет и понесла ее к нему в виде дымящихся стремительных стрелок.

Еще одно заклинание ударило в дверь, на мгновение озарив ее ослепительным сиянием и посылая в воздух крошечные молнии, которые исчезали, не успев ни во что ударить.

Маэларх Трон завершил свое заклинание последним победным словом и раскинул руки. Из них наружу хлынуло белое сияние, образовав молочную стену, пересекающую комнату от стены до стены, по одну сторону которой находились Тейс и проход, а по другую – Трон и треснувшая, выпуклая дверь.

– Иди, Малыш, – крикнул он, – и будь в безопасности в этот день, когда...

И тут мир загрохотал, оглушительно и ослепительно ярко, и эта молочная стена стала твердой и черной.

Черное забвение, абсолютная тишина, нежное ощущение падения...

Ей показалось, что кричат сами уши, ошеломленно подумала Тейс. Она поняла, что плечами впечаталась в стену позади себя, затем пролетела вдоль нее и врезалась в угол, по которому теперь скользила вниз.

И потолок, в ужасе увидела она, когда движение над головой заставило ее посмотреть вверх, падал вслед за ней...

В ужасе Тейс бросилась к проходу, не замечая, что Ваэдрен каким-то образом оказался на ее запястье и затянулся там, словно был создан специально для нее.

Сильный грохот подхватил ее и швырнул вниз по темному проходу, расстилавшемуся перед ней, словно бескостный шар, и она так и не узнала, что яркое свечение ее браслета – это Ваэдрен, вновь и вновь собирающий ее разбитый череп и мелкие кости, пока она врезалась в каменные стены, за углы и вниз по невидимым лестницам, отскакивая от колонн, резьбы и окровавленных, покрытых костями останков тех, кому не посчастливилось носить Ваэдрен, пока...

Весь Железный Ветер, Делхумид, сам великий Тэй и всеохватное небо Фаэруна послушно исчезли...

Она лежала в темноте, окруженная слабым сиянием Ваэдрена на запястье. Вокруг нее раздвигались двери, открывались потайные ходы, а свечение за ними гасло. Это означало одно: Хозяин Башни Железного Ветра мертв.

И даже если Рауксун и остальные тоже были убиты, их истребители сейчас преследуют эти залы. Или, если они все погибли, сражаясь с Маэлархом Троном и его ловушками и проститутками, кто-то придет грабить и убивать. И этим кем-то будет Красный маг или несколько таких магов, которые, если повезет, без раздумий расправятся с одинокой рабыней.

Ей нужно было выбираться.

Она должна была уйти подальше от Тэя, должна была добраться до заклинательной комнаты, где находились порталы! Да! Даже если они вели прямо в башню другого волшебника, они были ее единственным выходом из этой башни, и всех стервятников и прочей нечисти, чьи глаза, должно быть, уже обращены к ней. Она должна была добраться до заклинательной комнаты Мастера.

Пока кто-то или что-то не добралось до нее.

– Ну? – Голос Рауксуна был холоден и уверен в себе, как всегда.

– Я знаю, что мы разрушили все шпионские чары Тааэля и наложили защиту, которая продержится против его заклинаний не меньше суток. Думаю, мы нашли и убили всех, кого он послал. – Этот голос принадлежал Варлбиту, и звучал он скорее измученно, чем ликующе.

– Отлично. Спасибо, верный Варл, – мягко и с издевкой сказал Рауксун. На запястье Тэйс вспыхнул Ваэдрен, а затем раздался всхлип, который, возможно, был ее собственным, и она поняла, что Варлбита Дауротана больше нет.

Это "мы" означало, что он, вероятно, вел послушников Мастера против учеников Тааэля, и теперь они тоже мертвы.

Она была бы следующей, если бы не действовала так тихо, как умела. С бесконечной осторожностью Тейс поднялась, повернулась и отступила от арки, к которой кралась.

– Стой, кто бы ты ни был! – Голос Рауксуна был резок. – Магия, которую ты несешь, начнет поглощать тебя, очень скоро, если я не наложу на нее нужное заклинание, чтобы сделать ее безопасной! Стой, где стоишь, и жди меня.

Тейс нырнула в следующий проход. Он шел вдоль задней стенки заклинательной камеры и теперь был завален обломками по пояс в нескольких местах, где стена заклинательной камеры была взорвана.

У Рауксуна должен быть какой-то способ обнаружить Ваэдрена, не зная, что это такое и кто его носит. А это означало, что спрятаться от него она могла, только бросив его или оказавшись на дальней стороне или в самом центре мощного, активного заклинания.

А поскольку Мастер мертв, единственными такими магическими объектами поблизости были порталы в заклинательной камере, куда она и направлялась. Если их не было, она была... обречена.

Что-то большое и громкое скрежетнуло и торжествующе заревело в заклинательной комнате, и она услышала испуганное проклятие Рауксуна.

Затем он произнес стремительное заклинание, и повсюду засверкали молнии. Тейс бросилась вниз между двумя опрокинутыми каменными глыбами: болты шипели и пускали дикие дуги, а то, что торжествующе ревело, корчилось от боли.

Тейс рискнула бросить быстрый взгляд через пролом в стене.

Что-то похожее на ящерицу, но размером не меньше одного из мерцающих портальных ртов, беспорядочно умирало на полу в клубке чешуйчатых лап, линялых хвостов и скрученных клочьев, которые, вероятно, были крыльями. Очевидно, оно вышло из одного из трех порталов, все еще мерцавших и пульсировавших в заклинательной комнате, и Рауксун настороженно стоял перед этими порталами с металлическим стержнем замысловатой формы в руках, заклинательные огни мягко играли на его многочисленных колючках, шипах и фланцах.

Она быстро пригнулась, но не раньше, чем он увидел ее, и только благодаря тому, что она уперлась ногой в один из блоков и бросилась вверх, в сторону и вбок, она не растворилась в небытии вместе с