Дженни Ниммо - Скелеты в шкафу

– Чего ради стараться? – усомнился Чарли. – Подумаешь, какая-то медаль.

– Победителя на весь год освобождают от наказаний – ну, конечно, если он не выкинет что-нибудь совсем уж запредельное. И еще ему дают дополнительный выходной и бесплатные инструменты или там кисточки с красками или грим. И вообще – победить-то приятно!

– А-а-а… – протянул Чарли. Ему стало не по себе. Ну и глупо, по руинам будут лазить человек сто, не меньше, успокаивал он себя. Как тут потеряешься? А ведь все-таки кто-то да исчезал. А кто-то может вообще превратиться в дикого зверя и отправиться на охоту…

– Чарли, прояснись! – потормошил его Фиделио. – Сегодня мы с тобой будем в зрителях. Займем место на галерее отделения живописи – она как раз на сад выходит. Зрелище будет что надо, вот увидишь!

После ужина все ученики театрального отделения стеклись в холл и разобрали фонарики. Галерея, выходившая на сад, постепенно заполнялась зрителями, а игроки в фиолетовых плащах один за другим потянулись в сад. Чарли с облегчением увидел, что на сей раз Оливия обулась во вполне разумного вида ботинки, – по крайней мере, если за ней кто погонится, она сможет в них бежать.

Цепочка фонариков ползла по сумрачному саду к руинам, точно светящаяся змея. Потом голова ее исчезла в темных развалинах стен, затем постепенно стало скрываться туловище – будто руины глотали игроков.

– А дальше что? – У Чарли перехватило дыхание.

– Будем ждать, – пожал плечами Фиделио.

Долго ждать не пришлось. Игроки помладше начали поспешно появляться из развалин совсем скоро: кто испугался темноты, кто заблудился. Манфред, руководивший Игрой, вычеркивал их фамилии из списка и забирал у малышей фонарики. После чего они с облегчением мчались через холл и разбегались по спальням.

Оливия выбралась из руин одной из последних, но все это время друзья ждали ее.

– Мне там категорически не понравилось, – пожаловалась она и вздрогнула. – По развалинам бродило какое-то существо… бр-р-р, мурашки по спине, как вспомню. То и дело возникала какая-то тень, а потом раз – и нету ее.

– Что за тень? – насторожился Фиделио.

– Зверь какой-то, – ответила Оливия, – вроде собаки… нет, не знаю. До центра я так и не добралась, но это вообще никому не удалось.

– Главное, что ты выбралась обратно! – обрадованно сказал Чарли, покосившись на ее теннисные туфли.

– Я все время старалась держаться поближе к Бинди, – призналась Оливия. – С ней как-то поспокойнее – она же из одаренных. А Манфред на меня так пакостно посмотрел, когда вручал фонарик, что я уж думала – не миновать беды.

– Все обошлось, – успокоил ее Чарли.

На следующий вечер настала очередь художников отправляться в руины. Оливия присоединилась к мальчикам, и все трое устроились на галерее. Как хорошо, что Эмме Толли не надо лезть в эти проклятущие развалины за несчастной медалью, подумал Чарли. Наверно, она еще дома у мисс Инглдью. Если дядя Патон взял дело в свои руки, то Эмма наверняка у нее. Оказывается, дядя Патон о-го-го какой могущественный! По-своему.

Второй заход игры обошелся без происшествий. Медаль найти никому не удалось, но все игроки возвратились в академию целыми и невредимыми.

Наступил вечер среды. По холлу, через который за фонариками протянулась длинная очередь синих плащей, летал ледяной сквозняк. На улице наверняка жуткая холодина, понял Чарли и порадовался, что плащ у него теплый. В этот раз на раздаче фонариков стоял лично доктор Блур. Он с угрюмым видом передал Чарли фонарик, и мальчика вдруг осенило: бояться надо вовсе не этого грузного мужчины! Доктор Блур сам опасается его, Чарли!

Дверь в сад распахнулась, и игроки по одному двинулись в сад. Ночь выдалась безлунная и беззвездная, и небо было совершенно черное. А вот трава под ногами чуточку мерцала, и, посветив себе фонариком, Чарли увидел, что это снег, который успел смерзнуться и превратиться в тонкий наст. Он потрескивал под ногами, и казалось, будто ступаешь по ломкому стеклу.

– Я за тобой, Чарли, – раздался за спиной шепот Фиделио, – шагай, шагай.

Чарли обернулся и увидел жизнерадостное лицо друга, освещенное огоньком фонарика.

– Удачи! – ответил Чарли. – Желаю тебе найти медаль.

– Тишина! – приказал знакомый строгий голос. – Разговоры запрещены! За шушуканье буду наказывать!

Это Манфред стоял у входа в руины. Он проставлял галочки в списке, отмечая тянувшихся мимо него игроков. На список падал свет фонаря побольше, висевшего в воздухе на шесте, а держала шест Зелда Добински, топтавшаяся за спиной у Манфреда. Когда Чарли шагнул под каменную арку, она бросила на него неприязненный взгляд.

Чарли очутился в мощеном дворике, со всех сторон обсаженном плотной и высокой живой изгородью. Перед ним зияло пять арок, разделенных четырьмя каменными сиденьями. Фиделио подтолкнул Чарли в бок и кивнул на среднюю из арок. Мальчики нырнули в нее и пустились в путь. Поначалу Чарли с Фиделио казалось, что этим маршрутом двинулись только они, но потом им навстречу стали попадаться группки других игроков, которые кто по двое, кто по трое бежали позади или впереди, а кое-кто вообще мчался в противоположном направлении.

– Слушай, ты уверен, что мы правильно идем? – прошептал Чарли.

– А кто его знает… – отозвался Фиделио.

Резкий поворот привел их в какой-то узкий коридор, такой тесный, что мальчики задевали локтями о стены. То и дело попадались площадки с фонтанчиками, бившими ледяной водой. Чарли прямо-таки застрял подле одного из них – ему очень понравилась каменная рыба, и Фиделио пришлось дернуть его за край плаща, чтобы оторвать от фонтана. Иной раз мальчики натыкались на потрескавшуюся статую или замшелую вазу, и чем глубже они забирались в лабиринт, тем тише делалось вокруг. Топот и шепот других игроков остался позади.

– А как мы узнаем, что дошли до центра? – поинтересовался Чарли.

– Там есть надгробие, – сообщил Фиделио. – Больше я ничего не знаю.

– Какое еще надгробие? Чье?

– Чарли! – вдруг воскликнул Фиделио в полный голос. – А ну замри! Что это с твоим плащом?!

– Что? – Чарли застыл как вкопанный и поспешно осмотрел свой плащ.

Плащ светился!

Синюю ткань пронизывали сверкающие бриллиантовые нити, так что она мерцала, будто яркое звездное небо.

– Это одна из моих теток сшила, – упавшим голосом сказал Чарли. – Но зачем ей понадобилось, чтобы он светился?

– Наверно, чтобы помочь кому-то выследить тебя в темноте, – озабоченно предположил Фиделио, – или поймать.

Чарли мгновенно сорвал плащ и швырнул наземь.

– Ну, так я им не дамся! – решительно заявил он. – Лучше замерзнуть насмерть, чем попасться!