Джон Марко - Великий план

– Конечно, нет! – возмущенно воскликнул Ричиус. – Но я бы не отказался от поддержки, Люсилер.

– Я дал тебе поддержку! – вознегодовал Люсилер. – С тех пор, как ты приехал сюда с Дьяной. А ты только и знаешь, что жаловаться. Ты дуешься, словно ребенок, потому что тебе кажется, будто ты не на месте.

– Так ты теперь читаешь чужие мысли, Люсилер?

– А мне это не нужно. То, что ты думаешь, ясно видно. Но я в этом не виноват, и Дьяна тоже, и ты не должен.g, нас в этом винить.

– А я и не виню, – ответил Ричиус.

– Винишь. Я вижу это по твоим глазам. А теперь этот Симон Даркис… Что мне с ним делать? Он твоя забота, Ричиус. И меня возмущает, что ты попытался переложить ее на меня.

– Извини, я был не прав, – сказал Ричиус. – Но я не знал, что мне делать.

Люсилер пожал плечами:

– Ты сломал ему нос. Возможно, этого было достаточно.

Она оба рассмеялись, Ричиус взял стул и уселся рядом с другом. Теперь им очень редко случалось смеяться вместе, и Ричиусу хотелось растянуть удовольствие. В эти дни политики и власти добиться от Люсилера смеха было все равно что получить золотую монету.

– Что случилось, Люсилер? – спросил Ричиус. – Что-то не так. Я это чувствую.

– Как твоя поездка? – уклончиво спросил Люсилер. – Ты нашел для себя ответы?

– Нет, – вздохнул Ричиус. – Я все равно собирался возвращаться, когда наткнулся на Симона. Право, не знаю даже, зачем я уезжал. Наверное, чтобы подумать.

– И что ты надумал?

– Люсилер, почему ты задаешь мне все эти вопросы? Со мной все в порядке.

– Нет, – возразил Люсилер. – Не надо мне лгать, Ричиус. Ты не знаешь покоя, и это очевидно. Но я не думаю, что смогу тебе помочь. То, что тебе нужно, может прийти только от тебя самого.

Ричиус улыбнулся. Это было похоже на мистическую чушь Карл аза.

– Ты уклонился от ответа, – весело заметил он. – Скажи мне, что случилось с Ишьей.

– Ах это! – скривился Люсилер. Господин Фалиндара откинулся на спинку стула и устремил взор к потолку. – Он говорит, что Пракстин-Тар собирает войска к западу от Кеса. Около двухсот воинов, возможно – больше.

– Ишья видит призраков совсем как я! – пошутил Ричиус. – И он постоянно оскорбляет Пракстин-Тара. Ты ему веришь?

– Верю? Вынужден. Теперь я повелитель Таттерака. – Люсилер закрыл глаза. – Он хочет, чтобы я поехал и поговорил с Пракстин-Таром, помог заключить между ними новый мир. Он думает, что, увидев меня и флаг Фалиндара, Пракстин-Тар поймет, что не сможет вторгнуться в Кес. По крайней мере без боя.

– И ты поедешь?

– Да, – ответил Люсилер. – У меня нет выбора. – Он открыл глаза и печально посмотрел на Ричиуса. – Я слишком много сил потратил на восстановление мира, чтобы позволить его нарушить. И я устал, мой друг. Порой мне все это становится не по силам.

Ричиус кивнул:

– Я понимаю, Люсилер.

– Правда? Не уверен. Ты хочешь, чтобы я воспользовался своей армией, чтобы вернуть тебе Арамур, но я не могу. Ты хочешь, чтобы я помогал лиссцам сражаться с Наром, но я и этого не могу. Что ты действительно обо мне думаешь, Ричиус? Тебе противно, каким я стал?

– Да ты что! – возмутился Ричиус. – Не смей никогда так говорить! Ты мне как брат, Люсилер. Я всегда буду тебя поддерживать. А насчет всего прочего… ты не должен оправдываться. То, чего я хочу, не поможет Люсел-Лору, а он для тебя должен быть на первом месте. Я понимаю.

Люсилер слабо улыбнулся:

– Тебе трудно жить среди нас. Жаль. Мне не хотелось, чтобы ты был здесь несчастлив.

– Прекрати! – решительно сказал Ричиус. – Я здесь не несчастлив.

– Ну, теперь у тебя появилась новая забота, – сказал Люсилер. – Я не шутил, когда сказал, что этот нарец в твоих руках, Ричиус. Ты сам должен решить, что с ним делать.

– Но я не знаю, что с ним делать, – признался Ричиус. – Наверное, мне не следовало привозить его сюда. Но мне казалось, что у меня нет выбора. Если он тот, за кого себя выдает, то ему нужна наша помощь. Мне трудно это объяснить, Люсилер, но я действительно был рад его увидеть. – Ричиус поморщился. – Наверное, я схожу с ума.

– А если он не тот, за кого себя выдает? Если он действительно один из убийц Бьяджио?

На этот вопрос ответа дать было нельзя. Ричиус сдвинул кончики пальцев, обдумывая такой поворот событий.

– Тогда я покойник скорее всего. Но разве я тогда уже не был бы мертв? Я хочу сказать – слова Симона действительно звучат разумно, правда? Если бы он хотел, то мог бы уже сто раз меня убить. А в его истории вроде бы все сходится… По крайней мере она кажется достаточно достоверной.

Люсилер нахмурился.

– Но разве легионеры дезертируют?

– Может быть, – ответил Ричиус. – А короли?

– Итак? Что ты решаешь? Ты его отпустишь?

– Я этого не говорил, – возразил Ричиус. – Я не знаю.

– Ладно, – сказал Люсилер, не сумев скрыть разочарования. – Тогда, возможно, когда я вернусь, Симон Даркис по-прежнему будет здесь. А может, и не будет.

– Может быть.

– Гадкое это дело – решения. Я не хочу ехать в Кес. Но я не хочу, чтобы в Люсел-Лоре снова была война. И я должен сделать то, что нужно. – Люсилер отвел взгляд. – Как и ты.

– А что, если я не знаю, что нужно? – спросил Ричиус. – Что тогда?

– Тогда ты принимаешь такое решение, на которое способен, – и живешь с его последствиями. – Люсилер улыбнулся. – Ричиус, позволь мне сказать тебе одну вещь. Как другу. Можно?

– Говори.

– У тебя здесь, в Люсел-Лоре, есть своя жизнь. Но ты этого не видишь, потому что все время оглядываешься через плечо. Когда-нибудь тебе придется перестать оглядываться назад и снова начать смотреть вперед. И надо это сделать, пока ты еще не сгрыз себя окончательно.

Ричиус ничего не ответил. После довольно долгой паузы он спросил:

– Когда ты едешь в Кес?

– Послезавтра. Ишье нужно, чтобы я приехал как можно скорее. Я обещал ему, что приеду. Ричиус мрачно кивнул.

– Мне надо идти, – сказал он. – Мне надо кое-что сделать.

– Ты идешь говорить с Симоном? Ричиус был уже почти у двери.

– Вроде как, – бросил он через плечо и ушел.

Он быстро направился туда, куда поместили Симона. Эта комната находилась в восточном крыле замка, мрачном месте, откуда давно были вынесены все ценности – они пошли на оплату войны с Наром. Коридоры здесь были уже и темнее, чем в остальном замке. Прежде здесь жили слуги дэгога, бывшего правителя Люсел-Лора, который называл Фалиндар своим домом. Ричиус легко отыскал комнату Симона – это было единственное помещение, дверь которого охранялась. Воин на страже явно скучал, но при виде Ричиуса сразу же оживился.

– Приветствую тебя, Кэлак, – сказал он по-трийски. – Ты хочешь говорить с нарцем?

– Да, – ответил Ричиус. – Я хочу кое-куда его сводить. Это ничего?