Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга - Анна (Нюша) Порохня

и начала «выкорчевывать» ее, краснея от натуги. Мы поменялись, потом еще раз, но проклятый тайник не поддавался.

Я уже была вся мокрая от пота, когда мой взгляд упал на один из кирпичей прямо над дверцей. Штукатурка вокруг него немного отличалась. Чтобы проверить свои подозрения, я поддела его лезвием топора.

- Да ладно… - прошептала Варежкина, наматывая круги вокруг лестницы, на которой я стояла. – Неужели…

Немного волнуясь, я засунула руку в образовавшуюся нишу и нащупала прохладный металл. Ключ!

Лида подтащила еще одну лестницу, забралась на нее, чтобы ничего не пропустить, но вдруг схватила меня за руку.

- А что, если там труп?

- Какой еще труп? – я насмешливо покосилась на нее.

- Ну-у-у… бывший хозяин острова замуровал здесь кого-нибудь… - шепотом предположила Варежкина. – Посмотри, какая старая кладка. Вероятно, что это часть старого сооружения. Возможно, маяк построили из замковой башни.

- Ниша слишком маленькая. Здесь не поместится человек, - успокоила ее, вставляя ключ в замочную скважину. – И вообще, это странно – замуровывать человека в стене и делать в ней дверцу. Не находишь?

- Ну да, наверное… - проворчала она, а потом замолчала, затаив дыхание. С тихим скрипом дверца отворилась, обнажая кромешную темноту. Из неё потянуло ледяным холодом.

Чувствуя, как дрожат мои руки, я поднесла свечу ближе. Ее пламя затрепетало, а вместе с ним и паутина, похожая на серебристое кружево.

- Ну, что там?! – нетерпеливо спросила Лидуня, пытаясь заглянуть внутрь.

- Еще не знаю, но точно что-то есть, - я увидела какой-то свиток у дальней стены и достала его. – Посмотри-ка. Похоже на холст.

Варежкина аккуратно развернула его, после чего я услышала ее удивленный возглас.

- Но этого не может быть! Мама дорогая!

- Что там?

Она повернула ко мне холст. С него на нас смотрел… Карлос де ла Серда.

- Но как? Как портрет гранда оказался здесь?!

- Посмотри, на нем старинная одежда, - отметила Лида. – Сейчас мужчины одеты совсем по-другому.

Действительно, мужчина на портрете был одет в бархатный камзол, из-под которого виднелся кружевной воротник с изумрудной брошью. Его ноги обтягивали бархатные бриджи и начищенные ботфорты.

- Невероятно… Одно лицо! – прошептала Варежкина, вглядываясь в портрет. – Как будто с гранда писали!

- У мужчины на портрете такой же перстень, как и у Карлоса! – воскликнула я, заметив на безымянном пальце двойника гранда рубин, оплетенный клубком змей. – Ничего себе совпадение!

- Здесь что-то написано, – Лида поднесла картину ближе к глазам. – В самом углу. Подсвети.

Но как она ни старалась разобрать надпись, у нее ничего не получилось.

- Нужна лупа. Мы прочтем, что там написано позже, - я заглянула в тайник. – А сейчас давай посмотрим, что там еще есть интересного.

В тайнике мы обнаружили пару книг: «Об испарении волшебной воды, которая укрепляет ртуть» и «Исследования об инструментах и печах», стопку писем, пыльную колбу, астрономические таблицы и темный тяжелый брусок. Что это было, оставалось только догадываться.

- Нужно все это забрать с собой, а стену замазать глиной, - предложила я. – Как думаешь?

- Так и сделаем, – Варежкина спустилась с лестницы. – И повесим на это место картину.

- Я не собираюсь просыпаться каждое утро и видеть чьи-то… чьи-то… сандалии! – предупредила я, спускаясь следом.

- Тогда птицу.

- Нет.

Глава 43

Глава 43

Внимательно изучив найденные вещи, мы пришли к выводу, что они принадлежали алхимику, который жил на острове в далеком прошлом.

- Тогда логично предположить, что на портрете изображен сам Лютер Гилмор, - сделала я вывод. – А сходство с грандом объясняется тем, что они родственники.

- Погоди. Лютер – наш родственник! – усомнилась в моих словах Варежкина. – Получается: Карлос тоже? Ерунда какая-то!

- Твои версии? – я уже видела по лицу Лидуни, что она готовится выдать нечто совершенно безумное.

- Гранд бессмертный, - заявила она, вытаращив глаза. – Вот так вот. Вампир.

- Ты серьезно? – я начала смеяться. – Прекращай! Ну, это совсем сказки!

- Сказки не сказки, а факт на лицо! – не унималась Варежкина. – Правда, он спокойно в светлое время суток передвигается и ест… и пьет… Не сходится…

- Он наш родственник. Несомненно. Вот только непонятно, каким образом Карлос оказался изуанским грандом? – от всех этих загадок у меня разболелась голова. – Давай спать. Завтра разберемся.

Мы улеглись и уставились в потолок, на который луна отбрасывала серебристый свет. Я догадывалась, что Лида продолжает размышлять обо всем происходящем, ведь меня саму не покидали тревожные мысли. Нет, нужно попытаться уснуть. Все потом… потом…

Утром мы принесли глины из небольшого оврага у леса, набрали песка и приготовили раствор, добавив в него поваренной соли для прочности. После того, как стена приобрела свой первоначальный вид, а следы нашего расследования исчезли, я развела известь. Для лучшего эффекта мы прошлись по стенам несколько раз и, растопив камин, оставили все это дело высыхать.

Я видела, что Варежкиной не терпится пойти в грот, но она держала себя в руках, чтобы ни у кого не возникло подозрений. Во время завтрака сэр Брумс поинтересовался, когда мы устроим ему экскурсию по кладбищу. Со всеми заботами и тайнами я совершенно забыла, что нами была обещана прогулка.

- Давайте после обеда. Нам нужно навестить одного человека, - сказала я. – Это очень важно.

- Хорошо, я не спешу, - кивнул ученый. – Пока вас не будет, мы с Александром почитаем о джунглях и их обитателях.

- Отлично! – Лида швырнула салфетку на стол. – Тогда нам не стоит тянуть время. Чем быстрее пойдем, тем быстрее вернемся.

Мы предупредили Марису, что идем к тетушке Белладонне, оделись потеплее и вышли на улицу. У колодца взяли спрятанные еще утром фонари, обошли маяк с другой стороны, чтобы нас не было видно из окон кухни, а потом спустились вниз, к морю.

Мороз стал крепче, от его студеного дыхания щипало щеки. Но Варежкина, переполненная надеждой найти сокровища, упрямо шла вперед.

Когда мы, наконец, достигли грота, она обернулась и сказала:

- Вот чувствую я, что нас ждут невероятные открытия!

- Иди уже… - в том, что нас ждет много чего, я не сомневалась, но вот к чему эти открытия приведут, оставалось самым главным вопросом.

В этот раз помогать нам было