Эд Гринвуд - Судьба дракона

Наместник заскулил от отчаяния, а затем бросился с мечом на Краера. Делнбон уклонился влево, и меч царапнул по стене, высекая искры. Квартирмейстер нырнул вправо — клинок снова клацнул по камню, — а затем ударил наместника ногой, целясь повыше.

Спрятанные в носках сапог лезвия царапнули по кирасе, но Рарандар отшатнулся. Это ему не помогло: через мгновение Хоукрил поймал его врасплох.

Меч латника проник между пластинами роскошных доспехов наместника, прорезав лишь тунику под кирасой, но Рарандар снова попятился, и Краер, пригнувшись, подсек ему лодыжку и нырнул в сторону. Правитель Сторнбриджа рухнул, как подрубленное дерево, ударился о плиты и выронил меч. Хоукрил от души поддал меч ногой, пустив его по направлению к Краеру, затем пнул еще раз. Наместник подполз к двум валявшимся на плитах мечам и с ликующим воплем схватил их. Он издал победный клич и набросился на Высочайших Князей. Хоукрил отбил один удар и нырнул под руку наместника так, что бешеный удар вторым мечом рассек лишь воздух.

Хоукрил оказался за спиной у наместника, так что тот был вынужден обернуться, подставив спину Краеру. Квартирмейстер не преминул воспользоваться этим и тут же прыгнул наместнику на спину. Усевшись у него на плечах, он закрыл Рарандару глаза руками. Взбешенный наместник принялся пятиться, чтобы раздавить вора о камни стены, тогда Краер ловко соскочил, приземлился и прыгнул снова, как можно сильнее ударив обеими ногами по запястью противника. Послышался хруст костей, пальцы Рарандара разжались, меч выпал из руки. Хоукрил шагнул вперед, но Краер весело сказал:

— Э, нет! Ты разделался с Фельданом и Риетрелом, но этого оставь мне!

Вторым прыжком он приземлился на другое запястье наместника — вернее, на пальцы, и тот дернулся, снова завопил и откатился в сторону, а потом ухитрился встать и кинуться в бегство. Краер вздохнул и пустился вдогонку. Когда он еще раз прыгнул на спину наместника, тот потерял равновесие и споткнулся, а Краер протянул руку и изо всех сил въехал Рарандару в нос.

Зарычав, наместник стряхнул с себя Краера, выхватил кинжал и попытался нанести удар. Квартирмейстер хмыкнул, отклонившись так, чтобы кинжал его не достал, затем присел и ударил ногой вверх, распоров руку наместника одним из сапожных клинков.

Рарандар взвыл, пошатнулся и яростно стал бить кинжалом вниз, снова и снова, стараясь растерзать мерзкого человечишку. Краер вертелся, уклонялся, пригибался, уворачиваясь от кинжала. Наконец наместник потерял равновесие и, попятившись, уперся в стену. Задыхаясь, он злобно смотрел на низкорослого, но такого ловкого Высочайшего Князя, собираясь с силами, а затем снова бросился в атаку. Краер нырнул в сторону, к амбразуре, и наместник с ревом повернулся к нему, сделав выпад кинжалом.

Сильные руки перехватили его запястье и резко повернули. И, всхлипнув от внезапного ужаса и неверия, лорд Рарандар понял, что собственной рукой вонзает кинжал себе под мышку. Застонав от боли, он привалился к стене с зубцами, чувствуя, как кинжал выскальзывает из пальцев.

— Довольно бегать, — спокойно сказал ему Делнбон. — Ты прожил слишком долго для человека, причинившего боль моей Тшамарре, Рарандар. Да, забыл, ведь ты еще и Аглирту предал. А теперь умри и покорми своей тушей рыбок. Хоть на что-то сгодишься.

Лоб Рарандара словно огнем опалило, ремни его доспехов были ловко перерезаны. Слабо отбиваясь кулаками, наместник отогнал своего противника, услышал болезненный стон, но также звяканье падающей кирасы.

Снова взмах ножа — и наместник ощутил холодный воздух на своей вспотевшей груди. Неужто этот гаденыш…

И тут его грудь одновременно пронзили лед и пламя, и он больше не мог дышать, не мог двигаться, а только погружался в обжигающий холод.

Краер подцепил ногой колено наместника и, пользуясь рукоятью кинжала, словно ручкой, приподнял его — и на стене замка Сторнбриджа стало одним наместником меньше. Откуда-то у лорда Рарандара взялись силы и дыхание на последний предсмертный вопль, и холодные воды рва приняли его.

Краер с удовлетворением услышал всплеск и выпрямился, обменявшись взглядом с Хоукрилом. Тут их внимание привлек внезапно метнувшийся в небо язык пламени с соседнего холма. На глазах у них он стал закручиваться в спираль, превращаясь в злобную огненную змею, вставшую на хвосте и стреляющую языком в незримых врагов.

— Славьте Великую Змею! — послышался шепот совсем рядом.

Оба обернулись и увидели змеиного жреца, которого прежде свалил Краер. Он лежал на боку, и дьявольское пламя плясало в его глазах. Он сглотнул, попытался заговорить, но изо рта его хлынула кровь, и он сумел выдавить лишь одно слово:

— Аункраутадор!

Высочайшие Князья в тревоге мрачно переглянулись и тут же ощутили присутствие магии, а затем тяжелый холод злобного взгляда. Какой-то змеепоклонник издалека следил за ними. Может, с того самого холма, поскольку теперь они еще и слышали заклинание — змеиное заклинание. Казалось, будто его принес слабый порыв ветра, дувшего со стороны холма.

Во дворе внизу послышались вопли. Хоукрил и Краер посмотрели туда и увидели, как стражники и обитатели замка набросились друг на друга.

Краер быстро подошел к умирающему в двух шагах от него жрецу, похлопал его по щекам и спросил:

— Что это? Почему такое смертоубийство? Эй!

Глаза жреца тускло блеснули, окровавленные губы дрогнули в подобии усмешки, и жрец глумливо прошептал:

— Кровавый Мор. Кровавый Мор пришел наконец!

12

БЕЗУМИЕ

ОГОНЬ ВЗМЕТНУЛСЯ в ночи. Флаерос Делкампер изумленно взглянул в ту сторону и тут же увидел вдалеке другой язык пламени, рванувшийся к звездам. Наверное, в другой деревне. Бард нахмурился.

— Вроде сейчас не праздник. Что творится?

На барже было только трое пассажиров. Один спал, двое других, разинув рот, смотрели на пламя, как и Флаерос.

— Что происходит? — снова спросил он, но один из них, силптарский купец с аккуратно подстриженной бородкой, одетый в зеленую тунику, лишь покачал головой в молчаливом изумлении.

Команда баржи уверенно гребла против течения реки, держась рядом с самыми безопасными отмелями, но и моряки тоже заметили ночные огни и, не дожидаясь приказа, налегли на весла.

Несколько мгновений баржа просто дергалась, затем пошла в новом, более быстром темпе. Ветер тоже усилился и впервые донес до них далекие крики.

Флаерос подошел к капитану, устроившемуся высоко на мостике, всматриваясь в ночь. Силптарские наемники загородили ему дорогу, но капитан спокойно бросил им какое-то слово, и они пропустили барда.