Александра Руда - Столица

— Что вы! Ради такого случая Отто прибудет в столицу телепортами. — Придется ему обратно волосы в черный цвет перекрашивать.

— Отлично! — потер руки гном и крикнул: «Высший балл!»

Эльф, уже беседующий с очередной конкурсанткой, вздрогнул и бросил взгляд на шею дер Кауфмана. Однако из-за густой бороды так и не смог понять, двигала ли почтенным гномом та же причина, что и им.

Я пересела к орку. Это был уже пожилой мужчина, полностью седые волосы собраны в высокий хвост, тонкая батистовая рубашка не скрывала крепких мышц, а безрукавка, вышитая драконьими бусинами, подчеркивала стройный торс. На левом ухе орка висели пять сережек-клыков, тоже из драконьей кости. Я мысленно прикинула стоимость его наряда и сглотнула слюну. Можно было наш домик, которым мы с Отто так гордились, купить, и не один. Орк был красив той сдержанной мужской зрелой красотой, которая действует сногсшибательно на женскую особь любого возраста. Увидели бы его мои тетушки, да и мама тоже, вот уж где бы щеки алели и сердца быстрее бились! Да и я, почти инстинктивно, поправила прическу и улыбнулась, удержавшись от облизывания губ только силой воли.

Орк взглянул на мою экзаменационную работу, где было коряво нацарапано несколько строчек — детские сказки на орочьем я уже читала, но не более того, — и вдруг напрягся, как хищник перед прыжком. У меня сердце замерло, но вовсе не от любовного томления, а от ужаса кролика перед удавом.

— Ольгерда Ляха! — прошипел он.

Я вжалась в свой стул. Чего это он? Может, тоже купил мой артефакт и ему не помогло? Но не убьет же он меня тут, на глазах у всех? А потом я спрячусь.

— Что? — пролепетала я.

— Наконец-то я вижу ту дрянь, которая околдовала моего сына!

— Ка… какого сына?

— Живко Гопко, вот какого!

Да ну что же это такое! Огромная страна, а куда ни плюнь — или мой артефакт, или еще один свекор! Или девица моего блудного мужа! Небесные Силы, за что?

Гопко-старший буравил меня взглядом, а его мужская аура, так похожая на ауру сына, просто сбивала с ног. Ну уж нет, одному свекру удалось меня запугать, второму это не удастся, и так с Живко постоянно бодаюсь за свои границы.

Я прокашлялась, собираясь с силами. Где эта, к демонам, дуэнья, когда так нужна? Ни визиток от нее, ни помощи.

— Я вашего сына не заколдовывала! — сказала я, смело глядя орку в глаза. — Он первый начал.

— Тогда почему он тебя до сих пор еще не тр… Почему он до сих пор сидит в Чистяково, когда может сделать тут себе состояние?

— У него псы хорошо продаются в Чистяково, и недавно Окко ощенилась.

Очень интересно! Живко что, докладывает отцу о своих постельных успехах и неудачах? Вот вернусь я в Чистяково! Одним эльфийским маслом он от меня не отделается.

— О, лучшая сука, — заинтересовался Гопко. — И сколько?

— Пятеро.

— Скажи ему, чтобы никого у вас не продавал! Я тут подготовил почву, щенков оторвут с руками за тройную цену. Гм… — Орк опять вернулся в роль злобного свекра. — Если он тебя допустил к своим псам, то почему не женился до сих пор?

— А почему вы меня допрашиваете? — возмутилась я. — Со своим сыном разговаривайте!

Гопко на миг смутился. Ага, видимо, папочка приставал с расспросами, а Живко, обозленный и неудовлетворенный, ответил совсем не то, на что родитель рассчитывал.

Честно признаться, ход с щенками был беспроигрышным. Они были настолько умилительными, что все постельно-запланированное у Живко получилось бы, если б не пришли покупатели и старейшина, бдительно стоящий на страже морали, не вызвал орка во двор. Это дало мне возможность собраться с мыслями и сбежать, то есть вежливо отступить. Выйдя за ворота, я припустила бегом и остановилась только за пределами эльфийского квартала, растерла лицо снегом и опять побежала под защиту родных стен.

— А я и тебя допрошу, если захочу! Знай свое место!

Я с трудом удержалась, чтобы малодушно не вскочить со стула, поэтому выдохнула и уселась поудобнее, закинув ногу за ногу и всем видом давая понять, что мне абсолютно наплевать на орка.

— Мое место? А кто вы такой, чтобы мне его указывать? Где чье место — этот вопрос решается исключительно между мной и Живко!

Орк сузил глаза и бросил на меня угрожающий взгляд. Я не осталась в долгу — далеко вам, уважаемый, до моего первого свекра, у того зомби в могилы от одного взгляда укладывались и сами закапывались.

— Ты хочешь замуж за короля? — неожиданно спросил орк, понизив голос. Видимо, понял, что нашла коса на камень, и под суровыми взглядами я не теряюсь.

— Нет, я тут по делу, — шепотом призналась я.

— Хорошо, посмотрим, как ты выкрутишься! — Он повысил голос. — Ольгерда Ляха. Высший балл!

Дама ня Монтер удивленно подняла брови, но ничего не сказала и кивнула секретарю.

Гордой походкой победительницы я прошествовала под завистливыми взглядами к двери, вышла, прошла по коридору до туалетной и только внутри сползла по стеночке вниз, потому что ноги совсем не держали.

В дверь постучали, и я услышала голос Рианны:

— Ольгерда? Вам плохо? Вы были такой бледной! Откройте, пожалуйста!

Я дотянулась рукой до защелки, магичка вошла в комнату и заперла за собой дверь. А потом присела передо мной, миг — и к моей шее был прижат кинжал, который воительница достала из потайного кармана. Почему-то я даже не удивилась.

— Что? — спросила я устало. — Вашего сына я тоже соблазнила?

— Нет. — Глаза магички были серьезными. — Кто ты такая и почему с тобой под видом дуэньи — мужчина?

— Я — Ольгерда Ляха, Мастер Артефактов из Чистяково. А со мной — мой партнер по бизнесу, Отто дер Шварт. — Прости, Отто, но сохранять тайну, когда тебе угрожают, несколько затруднительно. — Нет у меня дуэньи. И сюда мы приехали, чтобы бесплатно пожить и поучиться новому. Я вам клянусь, что ничего плохого не задумали! Ну вот, я заблокировала защитный артефакт, можете накладывать заклятие правды.

Рианна убрала кинжал и кивнула:

— Хорошо. Заклятие я накладывать не буду, и так вижу, что не врешь.

Потом поднялась и поправила прическу у зеркала.

— И что? — не сдержалась я. — Вы… ты мне даже не поможешь? Ведь я действительно плохо себя чувствую.

— Зачем? — удивилась Рианна. — Ты просто перенервничала, вот и все. К тому же не ты моя нанимательница. У тебя есть своя… дуэнья, ха!

Магичка вышла, а я посидела еще немного, пока не замерзла, умылась и решила, что такой знаменательный день нужно отметить.

Поэтому направилась в парк на пробежку, чтобы размяться и прогнать остатки страха физическими упражнениями. Королевский парк был прекрасен, и я бросила свое занятие — сосредоточиться на дыхании и ритме, одновременно глазея по сторонам, было решительно невозможно. Плавная прогулка между голых еще клумб с пробивающимися листочками, по аккуратным дорожкам, действовала умиротворяюще.