Александра Руда - Столица

Мы с Отто снова переглянулись. «Сама обо всем расскажет, а мне и не интересно вовсе!» — «Да, да, считай, что я поверил!»

За столом Лидия подсела ко мне. За ней тенью следовала дуэнья — хотя какая она дуэнья! Магичка с кошачьей походкой опытного воина, с мускулами, которые не скрыть платьем.

— Ольгерда Ляха, — протянула я ей руку. — Мастер Артефактов.

— Рианна Торри, магистр практической магии.

И Рианна, и Лидия говорили, слегка растягивая гласные, характерным говором жителей Сумеречных предгорий. Кто-то бы назвал их речь певучей, однако мои нервы она царапала, будто нож по стеклу.

Лидия оказалась обладательницей веселого и легкого нрава, к тому же болтушкой, каких мало. Во время завтрака она, конечно, чинно ела — я откровенно копировала ее манеры, но пока мы шли к тронному залу, успела прожужжать мне все уши, как же ей холодно, и что Рианна вызвала огненного демона, чтобы подопечная умылась, и что это жестоко — так мучить девушек. Особое внимание она уделила голубым глазам нового некроманта. На экзамен я входила в боевом и злобном настроении.

В тронном зале нас уже ждали столы с бумагой, экзаменационные задания и ручки. Задания были вполне предсказуемыми — написать речь на эльфийском о важности дружбы между нашими государствами, составить простейший торговый диалог на гномьем и орочьем.

Отто, увидев задания, обиделся бы, что гномьему уделялось так мало внимания, и обвинил бы столичных снобов в расизме. Вчера, во всяком случае, он именно так ответил на мой вопрос, почему глава ремесленных гильдий — человек, а не гном.

Я справилась с заданиями одной из первых. Эльфийский я знала хорошо, а Клакерсилэль меня еще и подтянул в практике, гномий у меня от зубов отскакивал, а орочий давался со скрипом, но за два месяца, от нечего делать, я в нем тоже продвинулась. Ирги, который заглядывал бы через плечо и задавал идиотские вопросы, почему я учу именно орочий, рядом не было, а Живко только рад был помочь.

Поэтому я смело двинулась к столам, за которыми сидели экзаменаторы.

— Пусть утро всегда рассветает теплыми лучами в вашем окне, — поздоровалась я по-эльфийски с надменным остроухим, пальцем указавшим мне на стул перед собой.

— Не «рассветает», а «расцветает»! — скривился он. — И кто тебя эльфийскому учил?

— Профессор Ломиториэль. — Он что, вздумал меня запугать каменным выражением лица? Вот еще, далеко ему до моего профессора, который ввергает в ужас всех студентов одним только взглядом.

Эльф прочитал мою речь.

— Пять ошибок! Пять! — Он отбросил листок с работой так, будто испачкался. — И ты утверждаешь, что тебя учил сам профессор Ломиториэль? Ему будет стыдно за такую ученицу. Я ставлю тебе незачет!

— Ну знаете! Кто вы, чтобы судить меня и профессора? Неужели тень священного клена удостоила вас падением своего листа? Все мы смертные и ходим под этим небом, чтобы воздавать хвалу Владычице, а не для того, чтобы хулить создания других богов! — выпалила я на одном дыхании. — Мне простительно не знать тонкостей дипломатической речи, ведь в послы готовят достойнейших и учат их сто лет, а я, недостойная, живу меньше!

— Мастер Артефактов? — заинтересовался вдруг эльф и снова поднял мою работу. — Ольгерда… Хм…

— Да, я Мастер Артефактов из мастерской «О и О».

— А… — сказал экзаменатор.

— А! — вдруг дошло до меня, и я взглянула на его шею повнимательнее.

Наш артефакт, да, наше фирменное плетение цепочки! Зуб даю — поднимающий, из последней серии. Надо же, вот она, слава! Скажу Отто, что наши товары уже столичные вельможи покупают, и поедем домой. Лучше уж войти в историю создателями лучшего поднимающего артефакта, чем бесславно заработать остеохондроз или ангину.

— Да, — сказал эльф с несколько кривоватой улыбкой. — Вне всякого сомнения, вы правы. Кто я такой, чтобы судить? Конечно, я поставлю вам высший балл на сегодняшнем экзамене. Потому что Мастер Артефактов, который профессионал в своем деле, достоин этого.

«Профессионал в своем деле зря болтать не будет», — послышалось мне.

— Как профессионал в своем деле, скажу, что индивидуальный артефакт всегда лучше массового. И, конечно, как профессионал, могу уверить, что можно улучшить не только мое знание эльфийского.

— Высший балл, — сказал экзаменатор громко. — Без сомнения, самый высший балл!

Пани ня Монтер, стоявшая у дверей как сторожевая собака, кивнула.

Потом я пересела к гному. Он был роскошно одет, а в бороде блестели камнями заколки. Гном явно тяготился своей ролью и разве что не зевал откровенно.

— Что ж, девица, — скучным тоном сказал он, — давайте посмотрим… О, да вы знаете гномий!

— Знаю, — кивнула я, потому что составила не просто требуемый диалог «Сколько это стоит? — Пять золотых. — Давайте поторгуемся», а перенесла на бумагу экспрессивный спор Отто с мастером Клаусом о цене на серебро для спасителей гильдии артефактников в Чистяково. Я при этом споре присутствовала в качестве собственно спасительницы, внушительно надувая щеки в нужных местах.

— Немногие знают сейчас гномий, — пожаловался экзаменатор. — Юные девицы предпочитают учить романтичный эльфийский. Кому сейчас нужны гномы?

— Тем, у кого партнер — гном, например, — сказала я.

— О! — окончательно проснулся гном. — Расскажите!

— Я и мой партнер Отто дер Шварт — Мастера Артефактов мастерской «О и О», из Чистяково.

— Отлично, отлично! Здесь, в столице, к гномам относятся с предубеждением. Позвольте пригласить вас с партнером на торжественный вечер в это воскресенье, чтобы все убедились, насколько прочным может быть союз гнома и человека. Мой сын официально встал на ноги, это будет ему лучшим подарком, если не возражаете.

Встал на ноги — это значит, что бизнес его работает как часы, деньги лежат в нескольких банках, есть дом, в котором припрятано несколько кубышек, и этот гном официально объявляет, что готов к созданию семьи. Отто до этого еще далеко.

— Конечно, мы с удовольствием посетим это мероприятие. — Да Отто меня съест, если откажусь!

— Замечательно! — обрадовался гном. — Я — Дитмар дер Кауфман.

— Ольгерда Ляха, — официально представилась я. Говорила же Отто — давай сделаем визитки, давай сделаем визитки! Сейчас бы раздала по штучке и эльфу, и пану Дитмару. Зачем, спрашивается, мы сюда приехали?

— Только, — Дитмар погрустнел, — ваш партнер, наверное, не сможет явиться. Он же сейчас там, на севере, поддерживает ваш бизнес…

Признаться, что мы бросили бизнес и оба в столице, было бы кощунственно. Поэтому я дипломатично ответила: