Звёздный анклав (ЛП) - Сальваторе Роберт Энтони

Теперь я ещё свободнее, поскольку получил своё откровение.

И теперь я ещё более убеждён в своём агностицизме, поскольку ко мне присоединился Киммуриэль, дроу с огромным интеллектом и неизмеримыми познаниями.

– Дзирт До’Урден

Глава 15

Эвендроу

- Эта пещера называется Каскатта, - пояснила Кэтти-бри и остальным Илина, когда они пересекли возвышенность и вошли в большое помещение, почти целиком покрытое льдом, но открытое небу, благодаря чему внутрь проникало достаточно слабого света, чтобы можно было оценить размер и величие Каскатты.

Пещера была многоярусной, со множеством синевато-белых ледяных образований, самыми примечательными среди которых были застывшие водопады, некоторые – широкие, с ледяными струями, другие узкие и цепляющиеся к каменным стенам. Кэтти-бри казалось, что пещера растаяла весной, и застывшая вода бьёт из камней, замерев во времени, как будто сцена была изображена художником на картине.

Здесь было холоднее, чем в предыдущей области, где горячий источник был сильнее и ближе, но не настолько холодно, как снаружи. Стало теплее, когда хозяева провели их на более широкое место, где был участок вовсе не ледяной и холодный, а с бегущей водой и покрытыми растительностью берегами – цветы, по большей части. От тёплой воды поднимались клочья тумана, создавая размытость, резко контрастировавшую с чёткостью зрелища, открывавшегося сверху. Посмотрев за ледяные наросты, за сверкающие колонны застывшей воды, за сталагмиты тёмного камня и синего льда, за струи водопадов, Кэтти-бри заметила другие огни – огни домов, и даже одно-два здания.

- Просто несколько живущих здесь семей, - объяснила Илина, и как только она закончила фразу, раздался собачий лай. Эхо доносилось до них со всех сторон. А может быть, это были другие псы, которые ответили на лай – Кэтти-бри не могла сказать. Вся пещера казалась живой от криков, от музыки.

Отряд обошёл череду сталагмитов у левой стены пещеры. Та резко открывалась справа, и четверо товарищей из южных земель увидели ещё один странный вид, поразительный и шокирующий. Под крышей из струй водопада располагался небольшой дом из дерева и камня. У дома был двор, ограждённый деревянной оградой, который ближе к зданию был каменным, но затем становился земляным, а ближе всего к ним – длинным и узким садом.

- Надо было взять с собой Пайкела, - пробормотал Джарлакс, и Кэтти-бри чуть не хихикнула, подумав, что да, дварфу-друиду понравилось бы это зрелище, особенно то, как расположен был сад, чтобы улавливать свет, отражающийся от различных сверкающих ледяных поверхностей.

Она хотела сказать об этом Джарлаксу, когда подняла взгляд и ещё лучше осознала, почему бродяга вспомнил про необычного дварфа. Потому что на небольшом крыльце дома перед ними стояла ещё более необычная семья дварфов – если это вообще были дварфы! Поначалу она приняла их всех за детей, поскольку они были крошечными, даже ниже, чем Реджис, и только у одного была борода, хотя и небольшая, вместе со вьющимися усами.

- Дварфы? – охнув, сказала она скорее вопросительно, чем утверждающе.

- Инугаакаликурит, - ответила Илина.

- Что? – переспросил Закнафейн.

- Можно просто курит, если от полного имени у вас язык заплетается.

- Значит, дварфы.

Белее, чем поле свежего снега, с острыми лицами и вьющимися белыми волосами, этот народец обладал мускулами и толстыми конечностями дельзунских дварфов, но с такими короткими фигурами они казались поперёк себя шире. И несмотря на всю эту странность, на лице каждого из пяти, стоявших перед ними, выделялись большие голубые глаза – ярко-голубые, почти сияющие.

- Да.

- Тогда почему бы не называть их так?

- Так они зовут себя, - сказала Илина.

- А как зовёте их вы? – спросил Зак.

- Этого я зову Канак, - со смехом ответила женщина-дроу. – Потому что таково его имя.

- А’аха’иле, Илина, - сказал дварф с бородой и вьющимися усами. – Нашла новых заблудших, кда, что не, а?

Кэтти-бри посмотрела на Джарлакса, но тот лишь пожал плечами, такой же растерянный и изумлённый, как и она.

- Это они нас нашли.

- Новые эвендроу? – Канак казался по-настоящему изумлённым – как и другие дварфы на крыльце.

- Похоже на то, амико, - ответил Эмилиан.

- Что не, а, - сказал Канак, качая головой. Длинные и вьющиеся белые волосы мотались по его широким плечам.

- Амико? – прошептал тихонько Зак.

- Аббил, - ответил Джарлакс словом «друг» на языке дроу.

Затем пришли новые представители крохотного народца, дварфы инугаакаликурит – около дюжины, а с ними стая крупных собак с широкой грудью и золотистой шерстью. Собаки скакали и лаяли, бросившись на группу нарушителей. Кэтти-бри пригнулась в оборонительной стойке, решив, что на них сейчас нападут, но у псов не было таких намерений. Их лай стал игривыми визгами, и мотая хвостами, они наградили гостей дроу не укусами и царапинами, а прыжками и попытками облизать.

Кэтти-бри смотрела, как Илина сунула руку в сумку, достала пригоршню угощений и бросила его в воздух. Псы бросились в воздух, пытаясь поймать угощение, а затем принялись радостно вынюхивать на земле то, которое пропустили.

- Нам нужна палата, - сказал Канаку Эмилиан. Дварф кивнул и отправил одного из малышей – его детей, похоже – бегом в небольшой домик. Мгновением позже тот вернулся с огромным кольцом для ключей, на котором висел единственный крупный ключ.

- Это плохо звучит, - прошептал Энтрери Джарлаксу, но Кэтти-бри услышала его.

- Просто доверяй им, - прошептал в ответ Джарлакс.

- Как будто у нас есть выбор, - мрачно добавил Закнафейн.

В воздух полетела ещё пригоршня угощений, собаки умчались прочь за падающим кормом, а эвендроу и инугаакаликурит обменялись прощаниями, когда дварфийский ребёнок подошёл и передал кольцо с ключом Эмилиану.

Товарищей провели через пещеру туда, где в высокой стене из камня и льда виднелось несколько проходов в тоннели. Ещё в стене было вырублено небольшое здание, состоящее почти целиком из камня и обладавшее тяжёлой деревянной дверью. Эмилиан отпер замок и отворил дверь, открывая тёмное помещение за ней.

- Сначала ты, - сказала Илина Кэтти-бри, взяла её под локоть и провела за дверь. Эмилиан оставил дверь открытой, впуская достаточно света, чтобы Кэтти-бри увидела небольшую боковую комнату и рядом с ней большой гардероб с мягкой белой одеждой и толстыми белыми плащами с подбитыми мехом рукавами и воротниками. На полке внизу стояли пары простой и мягкой обуви.

- Возьми один набор одежды и подбери себе обувь, - проинструктировала Илина. – Потом сними свою одежду – всю. И все свои украшения.

- Только не это, умоляю, - ответила Кэтти-бри, показывая фигурку единорога из костей форели, которую носила на цепочке на шее. – И это, - добавила она, показывая обруч, почти целиком скрытый её густыми волосами, серо-зелёную полоску кожи с двумя самоцветами, похожими на кошачьи глаза, которые и дали волшебному предмету название. – Первое – символ моей богини, а второе позволяет мне видеть в темноте.

Едва она договорила, дверь закрылась, окутав их практически непроницаемым мраком и напомнив Кэтти-бри, что её обруч кошачьего глаза всё равно не работает.

Она услышала шорох, и Илина подняла зажжённую свечу.

- Всё, - повторила она. – Прости меня, сестра-жрица, но мы знаем достаточно о мире за пределами нашей родины, чтобы понимать, что даже простейшие и самые безобидные из вещей могут привести к катастрофе, если внутри них содержится достаточно сильная магия. Небольшая эмблема может стать оружием, обруч – гранатой алхимика. В период Сумеречной Осени я не могу обследовать их магические свойства. Снимай их и всё остальное.

- Мне их вернут?

Илина не ответила.