Майкл Салливан - Восход империи

Дорога исчезла, и они помчались по диким, поросшим высокой травой полям в сторону далекого холма, на котором в бледном свете луны вырисовывались очертания каких-то построек. Потом сквозь узкий лаз в зарослях снова въехали в лес. Гравер позволил лошади идти медленно. Тут не было ветра, и стояла мертвая тишина. Вокруг мерцали светлячки. Ариста прислушалась к стуку копыт по камню.

«Это дорога? Где мы?»

Выехав наконец из леса, они оказались у подножия каменистого холма, на котором Ариста увидела руины некогда существовавшего здесь города. В скудной траве валялись огромные булыжники, куски старых дверных косяков и каменных колонн. Они вздымались к небу под странными углами, словно голые кости в могильнике, остатки позабытых воспоминаний.

— Что это за место? — спросила Ариста.

Она услышала лошадиное ржание и заметила на склоне холма костер. Гравер молча пришпорил лошадь. Ариста успокаивала себя тем, что ее испытания подходят к концу.

Среди развалин ближе к вершине холма сидели двое. Едва мерцающий костер защищали от ветра груды камней. Один из мужчин был закутан в плащ с капюшоном, другой сидел с непокрытой головой, и в первое мгновение Ариста приняла их за Ройса с Адрианом.

«Неужели им удалось нас опередить?»

Однако приблизившись, Ариста поняла, что ошиблась. Они выглядели моложе и оба были такими же высокими, как Адриан, если не выше. Увидев лошадь, они поднялись с земли, и Ариста сумела различить темные рубахи, кожаные туники и палаши, висевшие на широких поясах.

— Запаздываете, — сказал человек в капюшоне. — Я уж думал, вы и вовсе не появитесь.

— Вы патриоты? — спросила Ариста.

Они помолчали.

— Конечно, — ответил второй.

Они подошли ближе, и человек в капюшоне помог принцессе спешиться. У него были огромные, мощные руки, он снял ее с лошади точно пушинку. Лицо его покрывала двухдневная щетина, и от него неприятно пахло скисшим молоком.

— Один из вас Деган Гонт?

— Нет, — ответил человек в капюшоне. — Он послал нас вперед, чтобы убедиться, что вы та, за кого себя выдаете. Вы принцесса Ариста Эссендон из Меленгара?

Она переводила взгляд с одного на другого. Они выглядели недобро. Теперь и Гравер сердито уставился на нее.

— Так вы это или нет? — требовательно спросил человек в капюшоне, подходя еще ближе.

— Конечно, это она! — выпалил Гравер. — Давайте платите! Мне еще обратно ехать. Да не вздумайте надуть!

— Платить? — в растерянности спросила Ариста.

Гравер снова не обратил на нее никакого внимания.

— Не думаю, что мы можем заплатить тебе, пока не будем уверены, что это действительно она. Уж тебе-то на слово мы верить не собираемся. Вдруг это какая-нибудь шлюха из трущоб Колноры, которую ты отмыл и приодел? Да к тому же сделал это из рук вон плохо.

— Она притворяется простолюдинкой, а перепачкалась по пути сюда.

Человек в капюшоне подошел вплотную к Аристе, пристально разглядывая ее. Принцесса инстинктивно отпрянула, но он успел грубо схватить ее за подбородок и повертел ее голову из стороны в сторону.

Не помня себя от ярости, Ариста с силой пнула его башмаком по ноге.

Его глаза сверкнули от гнева.

— Ах ты, чертова сучка! — зарычал он и наотмашь ударил ее по лицу.

На мгновение Аристу ослепила боль. Она упала на колени и схватилась руками за пучки травы. Мир вокруг завертелся. Щека горела огнем, из глаз полились слезы.

Все трое расхохотались.

Принцесса не могла вынести такого унижения.

— Да как ты посмел ударить меня, негодяй! — закричала она.

— Вот видите? — сказал Гравер, указывая на нее.

Человек в капюшоне кивнул.

— Ладно, мы тебе заплатим. Дэнни, отсчитай ему двадцать золотых.

— Двадцать? Куратор обещал пятьдесят! — запротестовал Гравер.

— Закрой пасть, а не то вообще получишь десять!

Ариста тяжело дышала, лежа на земле. Нужно перестать паниковать, нужно успокоиться и подумать. Сквозь пелену слез она видела лошадь Гравера. Хорошо бы вскочить на нее и умчаться… Но ноги Гравера были уже в стременах, она никак не сможет стащить его с лошади.

— Гаю не понравится, что вы прикарманили тридцать золотых монет из тех, что он передал для меня.

Они рассмеялись.

— Кому, по-твоему, он поверит, тебе или нам?

Ариста посмотрела на костер. Может, попробовать выхватить из него какую-нибудь горящую палку? Но костер далеко, она не успеет до него добежать… Даже если и получится, что такое палка против мечей? Бандиты только поднимут ее на смех.

— Бери двадцать золотых и держи язык за зубами, а не то вообще уедешь ни с чем.

Аристе пришла в голову мысль о побеге. «Под гору, и темно, я могла бы… Нет, не так уж быстро я бегаю, а на холме все видно как на ладони». Прежде чем она добежит до леса, где можно спрятаться, Гравер на лошади догонит ее и притащит обратно. Ее изобьют и свяжут, и тогда всякая надежда будет потеряна.

— Даже не думай спорить, гаденыш, — сказал Граверу человек в капюшоне.

Гравер гневно прошипел:

— Давайте двадцать.

Человек в капюшоне бросил ему кошелек. Гравер поймал его и наградил человека в капюшоне злобным взглядом.

Ариста снова заплакала. Время было на исходе. Она чувствовала себя совершенно беспомощной и не знала что делать. Положение особы королевской крови не могло защитить ее, какой в нем прок? Знание магического искусства тоже не поможет. Ну заставит она их чихнуть, разве ее это спасет?

«Где же Ройс и Адриан? О, где же Хилфред? Как я могла быть такой безрассудной идиоткой? Неужели никто мне не поможет?»

Гравер уехал, так ничего ей и не сказав. Ее это не удивило.

— Так вот как выглядит принцесса, — сказал человек в капюшоне. — Ничего особенного, не так ли? Такая же грязная, как и любая девка, с которой я имел дело.

— Ну не скажи, — возразил второй. — Получше многих будет. Дай-ка мне веревку. Хочу немного с ней поразвлечься… с удовольствием, но кто ее знает, вдруг она меня исцарапает.

У Аристы кровь застыла в жилах. Она задрожала, услышав, как другой пошел за веревкой.

Ни один мужчина никогда раньше не прикасался к ней. Никто даже думать об этом не смел. В Меленгаре это означало верную смерть. У нее не было ночных свиданий, мелких интрижек и романов в замке. Ни один юноша даже не целовал ее, а теперь… Мужчина со щетиной на лице подошел к ней, держа в руке бечевку.

«Если бы я только умела делать что-нибудь более полезное, чем вызывать зуд в носу или кипятить воду, я могла бы…»

Ариста вдруг перестала плакать. Она перестала даже дышать.