Сын серой смерти (Рейн 8) - Валерия Веденеева

— Ты все еще хочешь изучать строительство големов? — спросил я Бинжи, когда мы вышли в коридор после последнего занятия.

Подросток было радостно встрепенулся, но тут же отрицательно помотал головой.

— Хочу, но не сейчас. Сейчас я тебя защищаю! — проговорил он решительно.

Я прикусил нижнюю губу, чтобы не рассмеяться и Бинжи не обидеть — к добровольно взятой на себя роли моего охранника тот относился очень серьезно.

— Можем изучать големоведение вместе, — предложил я. — Начнем с теории, скажем, с двух занятий в неделю, а дальше посмотрим, как будет со свободным временем и моими другими обязанностями.

— А тебе это… тоже интересно? — неуверенно уточнил Бинжи.

— Мне всякая магия интересна, — ответил я честно.

— Тогда… тогда давай!

— Вот только не помню, есть ли в самой Академии преподаватели по этому предмету или придется обращаться к магистру Августусу, — добавил я.

Мы шли по почти пустому сейчас коридору, когда впереди открылась одна из дверей и наружу вышел господин Гоал. Выглядел он… не очень. Весь какой-то серый, а вот глаза, напротив, оказались в красных прожилках.

— Добрый день, — поздоровался я и эти слова тут же повторил за мной Бинжи, но господин Гоал отвечать не спешил. Сперва он плотно закрыл за собой дверь и тут же оперся рукой о стену с таким видом, будто стоять без опоры ему было тяжело. Потом вздохнул и наконец проговорил ворчливым тоном:

— Для кого-то день может и добрый, но точно не для меня. Как понимаю, Рейн, сегодняшним ментальным допросом я обязан тебе?

— Обязаны мне допросом? — я нахмурился. Да, вчера у нас в разговоре с Теаганом шла речь о том, что всех профессоров нужно допросить под ментальным давлением, но мне казалось, что господин Гоал будет исключением — он ведь, по сути, профессором не являлся, а был старшим дознавателем, лишь приглашенным вести лекции. Возможно, конечно, что Теаган решил: раз этому человеку дадут власть над Академией, нужно его прежде тщательно проверить. — Прошу прощения, если так.

— Ладно, — старший дознаватель махнул рукой. — Ситуацию с ректором мне объяснили. Кроме того, с моей работой периодически случается попадать на допросы. Хотя копание в мозгах приятней от этого не становится… Если что, имей в виду, до начала занятий меня в Академии и вообще в столице не будет, — и на мой вопросительный взгляд пояснил: — У меня же и другая работа есть. Забыл?

Так. Занятия для всех должны были возобновиться через две недели, а это значило, что о его новой должности господину Гоалу еще не сообщили. И он, похоже, собирался уехать в самое ближайшее время, а значит, известием о новом назначении беднягу могли вернуть с середины дороги. Зря только потратит время.

— Вам стоит задержаться в столице, — проговорил я.

— Так… — Господин Гоал выпрямился. — Я уже физически ощущаю, как прямо сейчас моя жизнь становится слишком интересной. Что ты опять затеял, Рейн⁈

— Ну, не только я… В общем, на днях вы будете назначены на новое место.

Судя по лицу моего собеседника, он был морально готов услышать самые ужасные новости.

— Назначен куда?

— Сюда, в Академию. Вы станете временным ректором.

— Я⁈ — повторил господин Гоал изумленно. — Ты уверен? Откуда ты это вообще знаешь?

— Ну… Это, как бы, была моя идея. Светлейший Теаган согласился.

— Ага, — медленно повторил господин Гоал. — Конечно. Тебе, значит, взбрело в голову сделать меня ректором, а да-вир верховного иерарха просто взял и согласился. И часто он вот так с твоими идеями соглашается?

— Бывает порой.

— Та-ак. Рейн, а ты помнишь, что я, собственно, напрямую Церкви не подчиняюсь, а являюсь служащим Северной Канцелярии?

— Помню, конечно, — я посмотрел на господина Гоала с любопытством. — А что, вы думаете, глава Северной Канцелярии откажет да-виру верховного иерарха в просьбе временно передать вас под руководство Церкви?

Господин Гоал моргнул.

— Раз ты так ставишь вопрос… Нет, думаю, не откажет.

— Ну вот, — я пожал плечами. — А потом, если Церковь все устроит и если вы сами пожелаете, то ваше временное руководство Академией может стать постоянным. Ну а если нет — вернетесь на должность старшего дознавателя.

Господин Гоал моргнул снова.

— Рейн, — проговорил он неуверенно, — ты вообще в курсе, каким влиянием обладает ректор Академии Всех Стихий? И какими деньгами он распоряжается? Да за эту должность, даже временную, влиятельнейшие из данов перегрызут кому угодно глотку! А я, между прочим, к данам не отношусь, мать у меня из мелкой гильдии, а отец вообще выходец из селян! И ты вот так просто такую должность мне предлагаешь? Будто это… не знаю… обычное поручение съездить на пару дней на Границу…

— О вашем происхождении я не задумывался, — сказал я честно. — Но, учитывая, во-первых, ваш характер, а во-вторых, то, что за вами будет стоять Церковь, думаю, что проблем с влиятельными данами не возникнет.

Господин Гоал вздохнул, потом покачал головой.

— Вот что, Рейн, пойду-ка я к себе. У меня еще после допроса мозги на место не встали, а тут ты… с этим… О подобных вещах лучше думать на свежую голову.

* * *

На следующий день, сразу после обеда, Кастиан повел нас с Бинжи на самую большую площадь города — там, как ему подсказали, должно было быть интересней всего.

Зимний Фестиваль, как выяснилось, немного походил на фестиваль Лисьей Недели — с учетом разницы сезонов, конечно. А еще того факта, что сейчас я не ощущал пушистого облака довольства и радости жизни, которое будто висело над Броннином во время Лисьего праздника. Значит, сейчас Небесные Лисы на землю не спускались.

Жаль.

Впрочем, народ активно веселился и в их отсутствие. Люди всех возрастов с воплями и хохотом скатывались с ледяных горок, за одну ночь созданных из снега и залитых водой. Любовались ледяными скульптурами, с удивительной точностью изображающих как обычных зверей и птиц, так и странных существ, которых лично я никогда прежде не видел. Танцевали под песни уличных музыкантов. Покупали горячее пряное вино и закуски. Парни из горожан устраивали потешные схватки, призами за победу в которых был поцелуй от Королевы Фестиваля — самой красивой девушки