Артур Ярин - Откуда в небе лошади?

– Сыщиков вызывали?

– Пока нет. Мы не хотим шумихи, тем более скандальной, от этого может пострадать репутация ШИШа.

– Вас заботит собственная репутация, а не студенты!

– Не надо так говорить. Оскорбления тут не помогут.

– А что поможет?

– Я слышал, в Верхних Пенках вы уже выполняли такую работу – нашли мальчика по имени Янат, кстати, он брат Ловда.

– Ну и что?

– А то, что искать надо, а не оскорблять меня. Я чист, как стерильный шприц. И вы в этом убедитесь, когда отыщется Ловд.

– Посмотрим.

– Ладно, давайте займемся делом.

– Хорошо, – ответила я, заметив, что за время нашего разговора Ясна куда-то исчезла.

Я выглянула за дверь, где в ожидании сидели Се Йф и секретарша.

– Куда пошла Ясна? – спросила я.

Но Се Йф Сбум Гай растерянно сообщил:

– Йо, Ясна не выходила…

КОНЕЦ, КОТОРЫЙ ЕЩЕ НЕ ФИНАЛ

Что прикажете делать дальше: тихо ржаветь в углу или скончаться прямо на месте?

Я остолбенела. Даже секретарша растерянно озиралась по сторонам. Ко мне подошел Стип:

– Вот видите, то же самое произошло и с Ловдом. Для меня это такая же загадка, как и для вас. Так что давайте будем решать ее вместе.

Я не нашла нужных слов ответить директору. Случившееся так меня поразило и парализовало, что я не могла пошевелить ни единой извилиной. Ясна и Ловд пропали неизвестно куда, неизвестно как.

Невероятным усилием воли я скрутила свою подавленность и лихорадочно вошла в состояние работоспособности.

Мы все вчетвером неоднократно поэкспериментировали с дверью, входя и выходя в нее по очереди и все вместе, но результатов это не принесло.

– Наверно, нужно взглянуть на проблему с другой точки зрения, – предложил ПрПрррП.

– Пожалуй, – ответила я. – Давно эта дверь у вас?

– Давно. Она еще при предыдущем директоре была.

– И раньше ничего подобного не происходило?

– Нет. По крайней мере, я о таком не слышал, хотя слух у меня отменный.

– А ты, Се Йф, ты работаешь тут дольше всех, ты не слышал о таких происшествиях?

– Нет, ни разу. ШИШ всегда был по части ОХов самым благополучным заведением.

– Странно.

– Что странно? Странно, что благополучным?

– Нет, вообще странно.

– А-а, понятно.

В минутном молчании, когда мы все обдумывали последнюю мысль директора, раздался звонок с уроков, и весь ШИШ наполнился выдохом облегчения студентов, плавно переходящим в крик счастья.

Секретарша снова превратилась в стройную девушку, а Се Йф вторым рукавом сюртука вытер со лба пот.

Спитла встала из-за стола и, подойдя к нам, сообщила:

– Рабочий день закончился. Пора домой.

– Как домой?! – возмутилась я. – А как же мои ученики?

– Госпожа Йо, время уже позднее, и, согласно административным законам, мы должны покинуть помещение, чтобы привидения-уборщики могли приготовить здание к завтрашнему дню.

– В каком смысле приготовить?

– Ну-у, развеять неудачные образцы колдовства, навести порядок в алхимических лабораториях, упорядочить локальное время, залатать пространственные дыры…

Моя мысль судорожно заработала, зацепившись за слова директора, который все еще продолжал развивать свою мысль:

– … то, знаете ли, студенты насоздают всяких там тяни-растяниев, говорящих цветов и попугаев, избушек в лаптях-скороходах и тому подобное. А потом ходишь и полмесяца вылавливаешь их по углам ШИШа. Недавно в кладовке, где хранятся учебные волшебные палочки, отловили колонию маленьких восьмикопытных лошадок. А в седьмую пятницу на этой неделе, кстати, в МИСТЕРЕ ИСТУКАНЕ, один умник сотворил вселенную из десяти заповедей. Так аннигиляторы до сих пор не могут ее в чувство привести, процесс энтропии прямо пропорционален развитию интеллекта тамошних обитателей. Причем все контакты аннигиляторов с местными вселенцами заканчивались взаимными недоразумениями. Не в силах полностью выговорить слово «аннигилятор», тамошние вселенцы запомнили только их первые начальные буквы – ангелы, и теперь как увидят наших техработников в спецодежде, так тут же падают на колени, млея от счастья, что к ним снизошло откровение или благодать Божья.

– Вы серьезно?

– Вполне.

– А «умнику» что за это было?

– Ему дали самую высокую премию за оригинальность и находчивость (он собрал вселенную из того, что под руками было) и посадили на две недели под домашний арест за неудовлетворительное поведение. Такими вещами нельзя заниматься, не проконсультировавшись предварительно со своим научным рукойводителем.

– Пора домой, – напомнила секретарша.

– Да, – согласилась я. В голове у меня созрел план.

– Простите, – обратилась я к Се Йфу, – можно, я переночую в комнате Ловда? Хочу посмотреть, как и чем он жил все это время.

– Вы думаете, это поможет?

– А вдруг? Как говорится: «Стучите и вы достукаетесь!»

ОРИЕНТАЦИЯ НА МЕСТНОСТИ

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, – нежданно заявила надпись. Но спустя минуту добавила: ОЙ ЛИ?

Если о самих учебных заведениях Шрамбала ходят легенды, то представьте себе, какими героическими слухами полнится мир о таком месте, как СОНЯВ, – Совместное общежитие начинающих ясновидцев и пророков. Представляете? Вот и ладно, надеюсь, фантазия у вас буйная и яркая, иначе вы себе и сотую долю не представили.

Комната Ловда находилась на девяносто девятом этаже пятого локального подпространства.

На двери Ловд аккуратно и откровенно написал:

Я ТЕБЯ ЗВАЛ?

Признаться, даже я задумалась над этим вопросом, но потом все-таки вошла в комнату. Включила магический кристалл, напоминающий грушу, чтобы он освещал помещение, и стала рассматривать хитрое убранство комнаты.

Комната Ловда выглядела весьма колоритно: над столом висело несколько плакатов с надписями.

МИР НЕ ПЕРЕДЕЛАТЬ, ТАК ЧТО УСПОКОЙСЯ

КСТАТИ, ЛЮДЕЙ НЕ ПЕРЕДЕЛАТЬ ТОЖЕ, ТАК ЧТО БУДЬ СПОКОЕН

ЭЙ! ТЫ ПОЧЕМУ ТАК СПОКОЕН? СЕБЯ ПЕРЕДЕЛАТЬ МОЖНО!

Затем с внутренней стороны двери я прочла другие душераздирающие афоризмы:

УДАРЯТ ПО ЛЕВОЙ ЩЕКЕ – ДАЙ СДАЧИ ПО ОБЕИМ!

P. S. ПРЕДВАРИТЕЛЬНО УБЕДИСЬ, ЧТО ЭТИ ЩЕКИ НЕ ТВОИ.

ЛЮБИШЬ КАТАТЬСЯ – ЛЮБИ И ПОКАТАТЬ.

Над кроватью Ловда красовался прекрасный диптих кисти известного художника Самвралслова «Грачи налетели» и «Грачи долетались». Под ними также размещались несколько подписей:

ЖАДНЫЙ ПЛАЧЕТ ВНЕ ОЧЕРЕДИ

СЧАСТЬЕ НЕ ШЛЮХА – ОТДАЕТСЯ НЕ ВСЕМ!

ПЕШИЙ КОННОМУ НЕ ПОЧЕШЕТ!