Артур Ярин - Откуда в небе лошади?

Се Йф облапил меня и по-отцовски прижал к себе, стыдливо чмокнув в щечку.

– Но как ты выросла! Ох, проказница! О твоих проделках до сих пор деканаты всех ученых заведений вспоминают с содроганием!

Неожиданно встрепенулась Ясна:

– Так она была…

– О, не то слово! Это была гроза не только МИСТЕРА ИСТУКАНА, но и всего Шрамбала! Однажды она…

Я не дала Се Йфу подробнее развить мысль «когда она…» и тактично перебила его:

– Знакомьтесь, это моя ученица, Ясна.

– У тебя уже своя ученица?! Как быстро летит время! Надо же, своя ученица… подожди, ведь ты ОЙО-ЙО-ЙЙЙ?!!

ОСТОРОЖНО, НАПРЯЖЕНИЕ!

Даже если признать возможным все остальное – чего, впрочем, делать не следует, то последнее невозможно ни при каких обстоятельствах.

Се Йф так спросил меня, что я аж заволновалась и судорожно стала припоминать, действительно ли я – Йо, не перепутала ли чего, как мои недавние знакомые Солей-Лукреций и Лукреций-Солей. Нет, интуиция подсказывала мне, что ничего я не напутала. Окончательно убедившись в этом, я нашла в себе силы признаться:

– Да, я Ойо-Йо-Ййй. А в чем, собственно, дело?

Чтобы не утомлять читателя пересказом длинного и нудного рассказа Се Йфа Сбум Гая, скажу вкратце. Меня вызвали в ШИШ из-за неудовлетворительного поведения Ловда. И то, что я сама приехала, – чистая случайность, но она оказалась очень кстати.

Через сорок минут я переспросила:

– Так, все-таки, что он натворил?

Главный администратор снова начал мямлить о педагогике, родителях, то и дело вытирая серым платочком пот со лба, рассказывал о современных методах обучения. Но во второй раз слушать эту галиматью я не имела ни сил, ни желания.

– Так я спрашиваю, ЧТО ОН НАТВОРИЛ?

– Ничего.

– НИЧЕГО?

– Ничего.

– Так зачем же меня вызывали в школу?

– Понимаешь, Йо, он ничего не натворил, но у всех преподавателей такое ощущение, что вот-вот и натворит.

– Есть какие-нибудь симптомы?

– В том-то и дело, что нет! Но уже несколько недель во всей школе стоит такое напряжение, что ты даже себе представить не можешь! Учимся, как на пороховой бочке. Вот поэтому мы и хотели вызвать тебя, чтобы во всем разобраться. Это же какая-то аномалия, ребенок тихо, спокойно учится, а вокруг ощущение, как перед большой войной.

– Понятно, – ответила я, пытаясь хоть что-нибудь понять.

– Йо, идем, я познакомлю тебя с его классным руководителем, тем более, он же и директор. Сейчас, сама понимаешь, педагогов мало, приходится совмещать в себе, как говорится, и отца, и отчима!

– Хорошо, – согласилась я. – Ничего со времен моей учебы не изменилось

Но Се Йф, по-видимому, не расслышал моей фразы и ответил:

– Да, Йо, все в этом мире со временем линяет.

ДВЕРЬ

– Благодарю вас, – проворковала она. – Вы сделали простую, обыкновенную дверь очень счастливой.

Мы вошли в здание ШИШа и стали подниматься на девятый этаж по воздуху. Пока мы летели, я спросила у Се Йфа:

– А почему вы не сделаете ступеньки, как во всех зданиях Шрамбала?

– Так решил новый директор. Студенты учатся по его программе обучения, так сказать, экспериментальный метод. Ступеньки раньше у нас были, но он приказал их удалить.

– Почему? – спросила Ясна.

– Чтобы студенты не забывали такой необходимый в жизни навык, как левитирование, чтобы практиковали его как можно чаще, добиваясь предельного совершенства.

– Умный, как я посмотрю, ваш новый директор. Как зовут этого гения педагогики?

– Стип ПрПррП.

Мы наконец-то достигли девятого этажа.

– Йо, я по твоей интонации понял, что тебе что-то не понравилось?

– Как тебе сказать, Се Йф, но каково первокурсникам, ведь они еще не умеют летать?

– А зачем им летать? Первокурсники занимаются на первом этаже.

– Ах, как мило со стороны ПрПррПа. Но если мне не изменяет память, то именно первокурсников чаще всего вызывают к директору. И как в таком случае ведет себя первокурсник, который еще боится директора, как директор налоговую инспекцию?

– Ты напрасно сердишься и иронизируешь. Стип ПрПррП и тут все предусмотрел. Первокурсник в таком случае просит какого-нибудь старшекурсника, пролетающего мимо, подкинуть его на девятый этаж.

– Просит?

– Да. Это служит укреплению дружбы между курсами. Новый директор ратует за то, чтобы ШИШ был как одна семья.

– Да уж, как говорится, семья не без директора! – лихо включилась в нашу беседу Ясна.

– Кстати, мы уже пришли, – сказал Се Йф и указал на дверь с табличкой:

ДИРЕКТОР СТИП ПРПРРП

Ниже шла еще череда нескольких табличек меньшего размера и меньшей помпезности:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬСЯ!

В ОЧЕРЕДИ НЕ КОЛДОВАТЬ!

У НАС НЕ ОБОРОТНИЧАЮТ!

Не успела я дочитать табличное творчество, как Ясна дернула меня за рукав, обращая внимание на детские, еще корявые подписи по всей поверхности двери.

Чьи-то шаловливые и непримиримые ручки аккуратно выводили:

ОСТОРОЖНО, В КАБИНЕТЕ ЗЛАЯ СЕКРЕТАРША!

ФИСКАЛАМ ВХОД СО ДВОРА!

ОСТАВЬ НАДЕЖДУ ВСЯК СЮДА ВЛЕТЕВШИЙ!

Се Йф, увидев, что мы ознакомились и с этими достопримелькательностями двери, покраснел:

– Хулиганы! Каждый день директор стирает надписи, но каждое утро они появляются снова. Просто кошмар! Чем они только их рисуют?!

– Своей кровью! – мрачно пошутила Ясна.

– Ох, а еще у студентов есть такой обычай, – грустно и почему-то шепотом сообщил Се Йф, – перед тем как войти к директору, они поворачиваются друг к другу, обнимаются и говорят: «Если не вернусь, считайте шаманом. Так и напишите маме, мол, погиб ваш сыночек на камланье геройским экстазом». После этого они три раза через левое плечо делают «ха-ха-ха» и только потом входят.

– Класс! – в восторге проговорила Ясна и, облапив меня, проделала все, что только что рассказал Сейф.

ОДНА РУКА ХОРОШО – 15-ТЬ МНОГО ЛУЧШЕ!

Не хочу быть игрушкой в чужих руках! Тем более – если руки эти мои!

Се Йф постучался, и мы вошли в кабинет, точнее, в приемную, где сразу напротив двери, за бронированным столом, обвешанным обоймой сберегательных талисманов и манускриптов с заклинаниями, грозно восседала секретарша, выглядевшая весьма необычно, если не сказать, что она была просто пятнадцатищупальцевым осьминогом.

– Ничего себе! – воскликнула Ясна от удивления.

Сконфуженный Се Йф Сбум Гай стал быстро лепетать:

– Это секретарша ПсПссП Спитла. Она с планеты Водбульхлюп. Ее взяли на эту должность за расторопность.