Денис Жмыхов - Дэнилидиса - непутёвый герой

  Дальше - больше, в скором времени был опубликован очередной "научный шедевр" о "необходимом и достаточном количестве представителей мужского пола для постепенного улучшения жизнедеятельности и повышения функциональности цивилизованного общества". Это был приговор мужскому полу, это была отмашка к активным действиям профеминистских военизированных организаций. И в этот момент сквозь туман охватившего мир безумия стали всё яснее проступать черты таинственных инвесторов, руководящих денежными потоками, питавшими всю эту истерию. Никто не замечал до определенного момента, что в ряде "цивилизованных" стран уже многие годы подряд у власти (явной либо теневой) оставались представители одних и тех же кланов и группировок, госаппарат взял на себя роль альфа-самца и таким образом избавлялся от потенциальных конкурентов.

  Мужчин организованными эшелонами под конвоем вывозили в труднодоступные районы с неблагоприятным климатом, решая, таким образом, сразу несколько задач: сокращение количества мужского населения, освоение "сложных" территорий с минимальными затратами, так как на оснащение, охрану труда и здоровья мужчин-работников, а вернее - рабов, никто особо не тратился.

  Как бы дико это ни звучало, но в большинстве своём мужчины особо не возражали против такого положения вещей, институты по промывке мозгов работали исправно, даже с переработкой.

  Однако, нашлись и несогласные, мало того, что не весь мир принял такую дикую точку зрения на взаимоотношения полов, узаконивающую андроцид (геноцид мужского населения), но и там, где это явление вовсю практиковалось, начались массовые акции протеста, переросшие в вооруженные стычки, полилась кровь.

  Организовывались стихийные отряды сопротивления, также не все женщины приняли бредовую идею о делении людей на сорта по половому признаку, их сразу же записали в "предательницы собственного рода" и при поимке посылали на принудительное промывание мозгов, после которого мало кто оставался в трезвом уме и твёрдой памяти.

  В будущем выхолощенная и извращенная история сохранила для памяти эти времена, как времена неравной борьбы самоотверженных женщин с жестокими и кровожадными ублюдками - мужчинами. Множество имён женщин-воительниц и полководш... или полководок...было донесено до будущих поколений, как символ, как знамя самоотверженности, чести, чистоты цели и помыслов, как наиблагороднейшее благородство. Но на самом деле, как и всегда, с обеих сторон в основном воевали и гибли мужчины, воинственные феминистки занимали политруководящие командные посты, те, которые помягче и подальше от "неудобств" войны. Была, конечно, в самом начале, попытка задействовать на передовой чисто женские части и подразделения, но ничего путного из этого не вышло, во-первых, ни одного сражения они не выиграли, а во-вторых, что немаловажно, содержание этих частей обходилось на несколько порядков дороже, чем содержание воинских частей, состоящих из мужчин. В итоге все эти женские дивизии, полки и батальоны в короткий срок были почти уничтожены, выведены в глубокий тыл, а их позорные поражения скоропостижно забыты, чтобы не пятнать страницы светлой истории становления "благородного и цивилизованного общества всеобщего равенства". В будущем данные части, пополненные и восстановленные, исполняли карательные функции, упражняясь и набираясь опыта убивать мирное мужское население.

  Для мирового сообщества, конечно же, всё преподносили немного в ином свете: небольшая напряженность в областях, захваченных сепаратисткими мужскими группировками, поставивших себе цель вернуть цивилизованное общество в каменный век, когда мужчина был полноправным жестоким хозяином и поработителем. И мужчины продолжали убивать друг друга во славу победы феминизма.

  Через четыре года "активного напряжения в некоторых областях" активное военное сопротивление "зарвавшихся самцов" было сломлено, новое "прогрессивное" правительство "цивилизованных" стран прибегло к оружию массового уничтожения и "области напряжения" были подавлены огнём такой интенсивности, что по прошествии нескольких десятков и даже сотен лет земля, смешанная с расплавленным камнем, ничего не могла родить.

  "Прогресс" и "равноправие" победили, мужское население сократилось вдвое, те, кто остался уже не помышляли о сопротивлении и даже не потому, что боялись или не было сил, а потому, что уже с самого появления на свет мужчинам вдалбливалась новая идеология с чувством собственной ущербности. Почти все руководящие и командные посты были заняты верными и последовательными адептами феминизма, теневые в прошлом инвесторы попали в собственную ловушку, они уже не контролировали новый мир и были практически уничтожены, уничтожены собственным порождением.

  Тем мужчинам, которые были верными воцарившемуся порядку, была отведена роль покорной военной и производственной силы, те, кто не мог выполнять функции солдата либо шахтера, стали прислужниками, мелкими клерками, самыми младшими научными сотрудниками, либо дворниками и ассенизаторами.

  Однако оставались ещё другие, "нецивилизованные" страны, где люди были настолько тупы, что не хотели воспринимать "правильную" идеологию нового времени! Данные страны делились на два типа: отсталые в научно-техническом отношении, отсталые в "прогрессивном" мировоззрении, но и те, и другие были чужды новому миру, а в некоторых странах до сих пор было общепринятым делом прилюдно унижать женщин, как то: открывать перед ними двери, уступать места, говорить комплименты, делать подарки, и остальные, порочащие честь женщины, действия. Технически отсталые были аннексированы довольно быстро, им хватило пары тройки бомбардировок, сложнее обстоял вопрос с идеологически отсталыми странами. Те были оснащены и вооружены ничуть не хуже, а порой даже и получше "цивилизованных" хозяев мира, в итоге силой ничего решить не удалось, феминизированные государства получили по рогам и отступили, а в будущем решили действовать тоньше, расшатывая непокорных изнутри, однако и на этом поприще особых успехов достигнуто не было. Так до сих пор и расколота колыбель цивилизации на два лагеря: "прогрессивных" и "невежественных"...

  Конечно, Скотти рассказывал всё не так откровенно и эмоционально, и многое читалось между строк, но к концу повествования лоб его покрылся капельками пота, а в бесцветных глазах появился отсвет недоброго огонька... Видать, не до конца он был согласен со сложившимся положением вещей, тлело в этом тщедушном человечке недовольство собственным статусом, на который он был обречен лишь потому, что не имел вагины.