Людмила Астахова - Теория Заговора

– Вот как, - непонятно отозвался Эрин. - И что же у нас дальше?

– А дальше у нас все чудесней и удивительней, - я прикурила новую сигарету и попыталась собрать мысли в кучку. - Во-первых, Маахов, точнее, его тело. Брюс сводил нас в морг. Шесть ножевых у него, представляешь? Причем одно - снизу в затылок. В большое затылочное отверстие, я запомнила, как анатом это назвал. Характерный такой удар, согласен?

– Угу.

– Эрин, к сожалению, это не только я заметила. И Брюсу, и даже нашему дивному Варно было совершенно очевидно, что такой удар нанес профессионал. Скорее всего, некто, имеющий отношение к определенного рода войскам. Спецназ. Или разведка. Верно?

– Ага.

– Я слишком много и беспорядочно говорю, - я покаянно вздохнула. - Извини. Это все нервы. Я постараюсь почетче и покороче.

– Да ничего, все нормально. Продолжай.

– Ладно, - я неровно выдохнула и потерла лоб той самой рукой, которая так и норовила ухватить возлюбленного хотя бы за рукав. - Продолжаю. Сами раны. Уилкин поначалу предположил, что били чем-то вроде штык-ножа. Или боевого ножа, такого, как "рингил". Но потом мы посмотрели внимательно, картинки он еще показывал… Эрин, Маахова убили "англахелом". Слишком уж узнаваемый след. Помнишь, как потерялся твой именной "англахел"?

– Скоро найдется, - саркастически хмыкнул он.

– Наверняка, - я снова вздохнула и, от греха, сцепила пальцы в замок. - Любопытная картинка, правда? Продажный писака-иномирянин заколот весьма специфическим образом. Эльфийским боевым ножом. Именным. А в чемоданчике у того иномирянина - совершенно секретное досье на владельца того самого ножа. Мы там, помнится, автограф кровью хотели?

– Угу. Нестыковка, Нол. Почему этот "я" не забрал чемоданчик?

– А откуда ты знаешь, может, он у Маахова был не с собой, а в номере хранился? - я хмыкнула. - Хотя у тебя есть алиби. Мы же в тот день раков ловили.

– Но они об это не знают, - хмуро заметил Эрин.

– Почему? - я вздернула брови. - Знают. Я сказала.

– Зачем?

– Затем, чтоб оградить тебя от дурацких подозрений, - я ухмыльнулась. - И не надо так смотреть. Совершенно не понимаю, что предосудительного в том, чтоб выехать с сослуживцами на природу и половить там раков.

– И они поверили?

– А почему нет? - я удивленно дернула плечом в ответ на скептический тон. Некая неведомая сила заставила меня расправить плечи и гордо выдвинуть вперед подбородок. - Какие еще доказательства нужны, кроме слова леди Анарилотиони? Даже ап-Айкалнар не посмел подвергнуть мое свидетельство сомнению… Что ты так смотришь? Хотя Уилкин - гоблин, ему это чуждо… Но, в конце концов, тебя видела не только я. Водитель автобуса, кассирша, кондуктор. Если понадобится, их найдут. И чемоданчик с досье. Тут твой неведомый доброжелатель совершил прокол…

– Или наоборот, сделал умный и грамотный ход, - возразил Эрин.

– Возможно, - я в очередной раз вздохнула. - В любом случае, дело забрала собственная безопасность, и мы теперь вряд ли узнаем что-то новое. Ваниар наш расстроился, знаешь? Его же тоже не пустят в расследование, так что теперь парень из почти всесильного столичного проверяющего превратился в бесправного наблюдателя. Такая вот рокировочка. Он весьма разочарован.

– Угу, - сумрачно и немного невпопад отозвался мой капитан. - Поздно уже. Иди спать.

– Да, сейчас, - я кивнула и затушила сигарету. - В общем, я выложила все, что знала. Завтра подумаем, ага?

– Да, - все так же хмуро ответил возлюбленный. - Я подумаю.

Что-то не слишком это "я подумаю" походило на обещание подумать вместе. Ну да ладно. Он устал, я устала, да еще и эти шакалы под окнами… Запирая дверь, я с сожалением вспомнила, что так и не решилась хотя бы взять его за руку. Зря. Зря не решилась. А, может…

Я не стала додумывать эту мысль. Просто пошла спать.

Среди ночи за окном взвыло нечто, спросонья принятое мною за баньши, однако это оказались всего лишь дерущиеся кошки.

Целомудренно чмокнув на прощание Нолвэндэ в кончик носа, Эрин отправился к себе. Им обоим было не до нежностей. Слишком много событий произошло за три последних дня.

Но вместо здорового крепкого сна капитан ап-Телемнар достал из заначки полбутылки коньяка и оприходовал благородный напиток под сигареты пополам с невеселыми размышлениями. А чему радоваться, когда все признаки того, что твою жизнь хотят окончательно сломать, уже налицо? И тут разговор идет уже не о подозрениях. Все и так ясно. Отчет по операции "Браголлах" в папке у жмурика-иномирянина - не просто мелкая утечка информации. Это предательство и заговор. Взять отчет по "Браголлаху" мог только высокопоставленный офицер СИБ, чином не ниже полковника, и по личному распоряжению одного из заместителей Главного. А так как выносить документ из хранилища запрещено, то копия была сделана прямо на месте. Кто-то рисковал погонами и изрядным куском жизни ради того, чтобы расширить кругозор господина Маахова? Не смешите кисточки на моих острых ушах, господа-товарищи! Журналист, беря в руки папочку с отчетом по секретной операции, сам себе подписывал смертный приговор, только он этого не знал, естественно. Его в известность никто не ставил. А зачем? Мнением пешек никто не интересуется.

Отсюда делаем довольно утешительный вывод: свет клином на опальном капитане ап-Телемнаре не сошелся, он тоже всего лишь разменная фигурка в Большой Игре.

Паранойя, уязвленное самолюбие и эльфийское упрямство пустились в пляс, обнявшись и повизгивая. Наконец-то! Наш Господин и Повелитель соизволил вернуться к любимому занятию - подозревать. Всех и каждого.

Неприятное это чувство - когда почва внезапно уходит из под ног, и под тобой разверзается пылающая бездна, как в прямом, так и в переносном смысле. История повторяется, только не средь пиндостанских каменных джунглей, а в сердце горячо любимой Родины. И грязное предательство кого-то из самой верхушки СИБа - это тебе не пуля 50 калибра, разнесшая в клочья башку гоблину Стал Керу, ихнему отрядному боевому магу, и поставившая акцию на грань провала. Тогда в наихудшем случае ап-Телемнар мог всего лишь сгнить в Ново-Амстердамском концлагере, а война продлилась бы еще полгода. А теперь… Если сверхсекретный доклад отдали попадальцу, то почему бы не толкнуть коды доступа во дворец Владычицы пиндостанскому резиденту?

Все одно к одному. Ытхан Нахырович, пусть и не без борьбы, но своего подчиненного намерен сдать с потрохами. Во имя более важных задач и целей, разумеется. Журналисты только и ждут, когда им дадут отмашку начать новую травлю. Прогрессивная общественность готова реабилитировать преступников, мздоимцев и предателей. Государственными секретами уже торгуют вразнос, оптом и в розницу.