Алексей Ворон - По запаху крови

Морейн отшатнулась к входной двери. Она успела отвыкнуть от неприветливости и ворчания Веды. Они не виделись столько лет, а старуха не сказала ей даже ласкового слова. Но Веда, видя, что уже довела девушку до слез, подобрела.

— Садись за стол, принцесса Морейн, для тебя накрыто.

Морейн села, с удовольствием отметив, что старухина стряпня похожа на эринирскую. Принцесса успела проголодаться и попробовала все блюда. Старуха внимательно наблюдала за ней, подсовывая ей все новые лакомства и нахваливая свою стряпню.

Несмотря на грубость хозяйки, принцесса искренне радовалась встрече с лесной жрицей. За оконцем шелестела ночь. Приглушенно ухал филин. Пряный запах еды, уютный треск огня в очаге — неожиданная передышка в ее личной войне.

— Похоже, ты ждала меня, Веда. Откуда ты узнала, что я приду?

— Ветер нашептал мне, что по лесу бегает дочка Эохайда, преследуемая охотниками-людьми, чьей добычей она стала по собственной трусости. — Казалось, старуха была действительно расстроена поступком Морейн.

— Ты же сама все знаешь, Веда. Зачем упрекаешь меня? Мне нужно было больше смелости, чтобы остаться живой, чем чтобы умереть. Если бы не приказ моей матери, я бы совершила то же, что все остальные женщины.

— Нет, этого я не знала. Зачем же твоя мать так жестоко поступила с тобой? — Старуха покачала головой, пожевала пустым ртом. — Хотя нетрудно догадаться, она решила сделать из тебя жертвенное животное. Ты, как трусливая лань, не годишься ни на что другое.

Морейн поежилась, ей и самой приходили в голову такие мысли, но она гнала их от себя прочь.

— Позволь мне остаться у тебя, хотя бы на время, — Морейн была уверена, что в лесу она не пропадет.

— А зачем ты мне здесь? По дому я справляюсь сама, помощники мне не нужны, только лишний рот.

— Ах, так! Лишний рот! — возмущенно вскричала принцесса. — Быстро ты позабыла, как мои родители кормили и поили тебя и давали тебе приют. — Увидев, что старуха хитро улыбается, принцесса спросила: — Зачем же ты впустила меня, да еще кормишь даром? Вон рыщут по лесу охотники, выдай меня им, может, они тебя и отблагодарят.

— Знаю я их благодарность, — презрительно сморщилась Веда.

— А ведь ты сама заманила меня сюда, — догадалась Морейн, вспомнив белую косулю, и, вцепившись в руку старухи, умоляюще проговорила: — Помоги мне, дорогая Веда.

— А-а-а, — обрадовалась старуха, — вот я и дорогой стала. Может, ты и на коленях меня попросишь? Небось твои коленки уже успели загрубеть и привыкнуть.

Морейн молчала, соображал, как ей надо себя вести с колдуньей, чтобы та помогла ей.

— Думай, думай, девочка, — угадала старуха ее мысли, — может, и помогу тебе, только помощь бывает разная. Вопрос в том, чего ты хочешь: просто выжить или у тебя имеются какие-то другие пожелания?

— Погадай мне, как в прошлый раз, — Морейн вспомнила о своих видениях, — я хочу знать, что меня ждет.

Веда расхохоталась:

— Ишь ты, какая хитрая. Да и что ты хочешь увидеть, а? Есть ли вообще у тебя будущее? Я гадать тебе не буду, но, если хочешь, можешь сделать это сама. Ты училась у хороши магов, неужели ты была настолько ленива, что ничего не запомнила? Выбери сама себе веточки для огня и бросай их в очаг, да будь внимательна, сосредоточься, — ворчливо добавила Веда, как в старые времена.

Морейн прошлась вдоль висевших веточек и принюхалась. Все еще обостренное чувство помогло ей найти по запаху нужные связки. Старуха погрустнела, задумалась, перебирая подол своего передника, что-то зашептала себе под нос. Морейн присела перед очагом на колени, аккуратно положила сладко пахнущие, засушенные связки можжевельника и полыни в огонь, плеснула жидкость из поданного Ведой кувшина. Жидкость полыхнула ярким пламенем, принцессе на мгновение показалось, что оно приняло форму двух быков, упершихся друг в друга рогами.

— Что это значит? — воскликнула Морейн.

— Смотри, не отвлекайся, потом поговорим, — буркнула старуха, неотрывно глядя в пламя. Морейн, как зачарованная, смотрела на пламя, которое взвилось, заполнив собой весь очаг, и расступилось, открыв для принцессы какое-то подобие стола, на котором, весь залитый кровью, лежал Бренн с закрытыми глазами. Морейн почувствовала ком в горле и уже сквозь слезы увидела, как пламя вновь воссоединилось и сколько она ни всматривалась в огонь, видений в нем больше не было. Она повернула заплаканное лицо к старухе.

— Опять ревешь, — усмехнулась та, — ну что из тебя за боец? Видно, и вправду придется тебе помочь бежать.

— Нет! — воскликнула Морейн. — Я передумала. я остаюсь. — Она посмотрела в смеющиеся глаза старухи и сказала: — дай мне приворотное средство!

Старуха потеряла на мгновение дар речи, а потом захохотала:

— Да ты, видно, совсем ослепла! Не знаешь, как он проявляет свою любовь? — Старуха усмехнулась. — Разве что дать тебе отвар для короля, а? Чтобы ты лучше выполнила поручение матери, послушное дитя. Небось дерущиеся быки в огне — это братья? Точно, тихоня? Такая невзрачненькая, а сумела поссорить двух лучших женихов в этих диких горах. — Веда противно захихикала. — Возьмешь средство для короля?

— Возьму, — мгновенно согласилась принцесса.

— Маленькая лгунья, — зло прошипела старуха, — я вижу тебя насквозь. Если ты намерена провести остаток жизни в объятиях этого кровавого чудовища, убившего твою семью, я ничем не смогу тебе помочь. Поняла?

— В пламени я видела его мертвым, что это значит? — спросила Морейн, стараясь делать равнодушный вид и не реагировать на оскорбления Веды.

— Не знаю, — покачала головой старуха, — не каждый лежащий в крови человек мертв. Но лучше бы это было так.

Морейн направилась к двери.

— Куда это ты? — спросила старуха, хватая Морейн за рукав.

— Ему нужна помощь, — ответила Морейн.

Веда покачала головой:

— Помощь нужна не ему, а тебе. Подумай хорошенько, Эринирская принцесса, чего ты хочешь. Отбрось шелуху, выбери из всех своих желаний одно — самое важное, самое значительное. Посоветуйся не только со своим маленьким, глупым сердечком, но и со своей головой. Спроси свою душу, какое предназначение начертано для нее Великой Богиней. Вспомни своего отца, своего брата, вспомни то, что говорила тебе перед смертью Эринирская королева. Подумай и скажи мне, чего ты хочешь, и я помогу тебе.

Морейн остановилась у двери в замешательстве, вспомнила, как уходил в последний бой Серасаф в помятых, облупившихся доспехах, как Белин изумленно вынул меч из тела Эринирской королевы, как стекали струи крови по волосам Бренна в недавнем видении. Изумруд во лбу Веды тускло мерцал, напоминая девушке о короне, которую носил ее отец, король Эохайд.