Руслан Тихонов - Убить бога

— Возможно. Но не сейчас. Мне, наверное, пора…

— Постой. Извини, если обидела тебя своими словами. Давай закончим этот день в более хорошем настроении. Тут, кстати, будет десерт? — и снова передо мной улыбчивая и милая девушка, с материнской заботой, встречающая всех в холле гильдии.

В итоге дальше разговор стал протекать в более напряженной обстановке с темами «о погоде и птичках». Наскоро покончив с едой, мы, по обоюдному согласию, решили пройтись по городу и просто насладиться видами. У фонтана мы заметили неожиданную слежку. Правда, она была настолько скрытой и тайной, что даже прохожие постоянно оборачивались на гурт волшебников, пытавшихся спрятаться за тонким деревцем. Плач же Эльфмана по поводу выросшей сестры отпугивал и бывалых опытных граждан Магнолии — такого они еще не видели в своей богатой событиями жизни рядом с Феями. Толпа шла за нами до самого парка, где я предложил Мире устроить небольшой маскарад. Девушка с удовольствием мне подыграла и изменила внешность. Я же воспользовался ветрами для того, чтобы пустить пыль и листья и вот — на дорожке среди деревьев стоит Эльза с видом «кто посмел забрать у меня из-под носа мой тортик» и выискивает взглядом некую шумную компашку. Я, скрываясь среди крон, наблюдал зрелище сглотнувшей компании. Макао заметно побледнел и чуть ли не поседел. Эльфман умудрился ужаться, а Вакаба — слиться с корой и листьями. Идеальная мимикрия. Вот «Эльза» еще раз окинула взглядом парк и пошла дальше. Волшебники отчетливо шумно выдохнули и растеклись по траве.

— Не, Эльфи, ты как хочешь, но мне нужно снять стресс парой кружечек.

— Подожди, Макао, я с тобой.

— Парни, а как же Мира?

— Эльфман, будь уже мужиком. Она вполне взрослая и может о себе позаботиться. Да и новичок неплохо проявил себя. Шкурой рисковал ради наших. Хороший парень. Давай лучше с нами? — в итоге вся троица направилась заливать свою прогулку в гильдию.

Я же, тем временем, отыскал свою спутницу. Она обреталась так же неподалеку и похихикивала в кулачок, поглядывая на бредущих магов уже в своем настоящем облике.

— Продолжим? — я постарался в улыбке расслабить мышцы, чтобы она казалась как можно более естественной.

— А ты приготовил еще что-то интересное?

— Есть кое-что. Прошу… — я предложил ей руку, которую Мира обхватила без всякого стеснения. Хм, прогресс, однако.

Время уже подходило к вечеру и закат, хоть и не приобрел красных оттенков, но к нужному моменту уже вступит в силу. Так и получилось. Стоило нам подняться над городом, как глаза девушки в восхищении расширились от открывшейся картины. Низкие здания лавок и домов, оживляющиеся башней магистрата, гильдии и еще несколькими величественными постройками на холме, принадлежащими кому-то из аристократии Фиора. Казалось, что шпили царапают твердые темные облака, плывущие среди красной реки небосвода, а звезды, пока невидимые в вышине, мерцают внизу — под нами. Это, конечно же, были фонари и магические светильники, но это знание не могло испортить сказочности завораживающей картины заката над Магнолией.

Я подошел к девушке сзади и обнял ее за плечи. Позволил себе слегка дать воли чувствам и страстям. Ее запах… такой свежий и острый, при этом только будоражащий нервы и воображение. Ощущения от гладкой и нежной кожи рук, что обняли мои в ответ. Она откинула голову мне на грудь, позволив зарыться носом в прическу и стать еще ближе.

— Извини за те мои слова. Я не хотел, но… я пока не могу. — Говорить приходилось против воли и желания, но это и к лучшему. Мира интерпретирует этот момент так, как мне и нужно.

— Ничего. Я понимаю. Я дождусь, когда ты будешь готов. У меня только одна просьба — не замыкайся. Я не могу смотреть, как страдает один из нас. Как страдаешь ты, — она повернулась в кольце моих объятий и посмотрела мне в глаза. Этот момент. Я его не упущу.

Резко сблизив наши лица, я ощутил мякоть ее губ. Думаю, она вначале просто удивилась от неожиданности, но не отстранилась. Не зря выбран этот момент и проведена предварительная подготовка. Будь она опытной сердцеедкой, вряд ли бы все получилось так просто, но эта невинная девочка… Но ее ответные действия заставили опешить уже меня. А затем что-то изнутри просто сорвало ограничители. Мягкий и нежный поцелуй стал жадным и требовательным. Я стремился впитать ее всю в себя. Забыл обо всем, кроме этих сладких ощущений. Очнуться меня заставил только острый укус и ощущение солоноватой влаги на языке. Резко разорвав объятия и отринув друг от друга, мы переглянулись. Судя по ее глазам, в которых отражались и мои, такого не ожидал ни один из нас. Дыша, как загнанные, мы приходили в себя.

— Я-а-а… мне… мне надо срочно идти. Братик, наверное, волнуется. Пока! — и Мира побежала в сторону города, цокая каблучками. Но я успел заметить ее покрасневшие щеки. И вряд ли это от холода или ярости — в ее чувствах сумбур, но совсем другого рода.

Я ощутил стекающую с губ к подбородку влагу и слизнул. Вкус собственной крови заставил меня хищно усмехнуться вслед девушке. Не так уж и глубоко спрятана ее истинная сущность. Последние моменты и этот укус — это все принадлежало совсем другой личности — своевольной, жгучей и страстной. Демоница. Хах. Начало положено. Но пока стоит притормозить, иначе излишняя настойчивость испортит все впечатление и образ. Да и с собой разобраться — эти внезапные прорывы эмоций стали меня беспокоить. Раз — случайность, два — совпадение, но вот потом… Чувства давно мной не руководили. Не хотелось бы такого же допускать и впредь — это может стать моей слабостью. Развернувшись, я последовал к снимаемому мной зданию в Магнолии рядом с гильдией.

Неожиданно, но мастер вернулся на день раньше. Видимо, прослышал о наших чудачествах. Я был вызван к нему в кабинет вместе с Нацу и Греем. Ну да — Эльза и Люси были уже там. Вслед мне смотрели только большие синие глаза. Мы с утра не разговаривали о произошедшем, но в бросаемых взглядах и легкой красноте щек Миры можно было догадаться о витающих в этой прекрасной белокурой головке мыслях.

Кабинет Макарова встретил нас тихим голосом валькирии.

— …и дальше я не помню. Очнулась уже под утро. Все тело болело и ощущалась дикая усталость. Рядом в себя приходили Грей и Люси, а Феб лежал без сознания. Только Нацу стоял рядом с нами и тот старик-призрак, от них я и узнала все.

— Да, я тоже. Правда, помню все еще хуже. Я половину рассказа не запомнила, так как голова болела, только концовку. Бедный Феб… Ему тогда сильно досталось. Нацу сказал, что это он спас нас всех в том городе, — а Драгнил довольно скромный малый — умолчал о своих заслугах.