Питтакус Лор - Падение Пятого

Я стою у отца за спиной и наблюдаю, как он сканирует могадорские документы на компьютер Сандора. Отсканировав последний лист, он открывает несколько программ-переводчиков и еще какую-то хакерскую прогу, которая вроде как предназначена для взлома фаерволов и прочей подобной ерунды.

— Думаешь, тебе удастся это перевести? — спрашиваю я.

— Для начала нужно выяснить, какую программу использовать.

— Ну и как, нашел? — Я замечаю у отца в панели задач свернутое окошко iTunes. Стучу пальцем по экрану. — Ты хотел послушать музыку?

— Эм… вообще-то, до плена такой программки не было. Вот я и подумал… — отец сокрушенно пожимает плечами. — Признаюсь, мне пришлось действовать методом тыка.

— И как же тогда быть?

— Я пробую разные подходы. Все языки — даже инопланетные — имеют некоторое сходство. Нужно лишь выделить его и применить для дешифровки основного текста. — Он оглядывается на меня через плечо. — Это довольно скучное занятие, Сэм. Так что тебе вовсе необязательно оставаться тут со мной.

— Да не, мне интересно, — заверяю я. — С удовольствием посижу с тобой.

— Правда? — оглядывая меня, говорит он. — А мне показалось, у тебя были другие планы.

Отец, как всегда, наблюдателен. Я оделся в лучшее из того, что у меня есть, учитывая, что мой гардероб состоит всего из трех вещей: унылый серый свитер и порядком заношенная пара джинс. Я настроился на разговор с Шестой о своих чувствах, решив последовать совету Джона ловить момент и все такое. Но в решающий миг появились эти документы и стали прекрасным предлогом отложить этот разговор (хотя это подразумевает всего лишь канцелярскую работу).

— Они подождут, — сбивчиво отвечаю я, наигранно изучая прокручивающиеся на мониторе различные примеры языков.

— Хм… — Папа ласково улыбается и возвращается к изучению перевода. — Ты же помнишь: завтра они отчаливают во Флориду. А потом, несомненно, будут другие миссии. И как знать, какую информацию мы почерпнем из этих документов. Мало ли что еще может случиться.

— К чему ты ведешь?

— Неизвестно, когда еще выдастся такая тихая ночь, — поясняет он. — Живи сегодняшним днем, Сэм!

Я нахожу Шестую на крыше пентхауса — это место стало для Гвардейцев чем-то вроде места уединения. Кругом темень, ветер сильнее обычного — наверняка виной тому проделки Шестой. Ее руки воздеты над головой, и она водит ими взад-вперед, а небеса ей отвечают. Подобным образом мы смешивали вместе разные краски на уроках рисования. Шестая делает то же самое с облаками. Если метеорологи сейчас наблюдают за небесами, то наверняка офигевают.

Не желая прерывать Шестую, я поначалу молчу. Встаю рядом с ней и наблюдаю, как ветер бросает ей волосы на лицо, освещенное светом мигающих красных ламп, расположенных на крыше. На уголках ее губ играет легкая улыбка. Не знай я Шестую так хорошо, подумал бы, что она по-настоящему получает удовольствие.

Медленно, почти неохотно, Шестая опускает руки и смотрит на меня. Ветер моментально стихает, а облака возобновляют свое ленивое шествие по ночному небу. Такое чувство, будто я прервал что-то интимное.

— Эй, не надо было останавливаться!

— Ерунда. В чем дело? — спрашивает Шестая. — Твой отец уже разобрался с документами?

— Эм… нет. Пока нет. Я просто хотел поговорить с тобой.

— О… — мычит в ответ Шестая, вновь уставившись на небо. — Ладно.

— Да у меня ничего важного, — поспешно добавляю я, чувствуя себя идиотом. — Я пойду, практикуйся дальше, я не хотел прерывать.

— Не надо, останься, — неожиданно просит Шестая. — Мне тяжко все время сидеть взаперти в этом пентхаусе. С тех пор как у меня появилось это Наследие, я чувствую связь с погодой. Мне нравится с ней общаться, если это можно так назвать.

— Да, я полностью тебя понимаю, — отвечаю я, словно доподлинно знаю, каково это — быть связанным с погодой. — Сегодня на тренировке ты была просто великолепна. Прости, что так подвел.

— Ой, да перестань, Сэм, — говорит она, закатывая глаза. — Хватит уже извиняться. Неужели ты только ради этого пришел?

— Нет, — со вздохом отвечаю я. А, была не была! Решаю просто последовать совету Джона и действовать: — Я тут подумал, не хочешь ли ты… э-э, не знаю… куда-нибудь сходить вместе?

Ну что ж, пожалуй, это была не лучшая моя попытка пригласить девушку на свидание. Шестая игриво выгибает бровь.

— Вместе? Да мы и так чуть ли не живем друг у друга на головах. Мы все время вместе.

— Я имел в виду… только вдвоем.

— А сейчас мы разве не этим занимаемся?

— Да, но… я думал, э-э… — прерываюсь на полуслове, заметив ехидную улыбку Шестой. — Ты прикалываешься?

— Только чуть-чуть, — отвечает она, скрещивая руки на груди. — Значит, ты приглашаешь меня на свидание? Я правильно поняла?

— Ну да, и в этом деле я профи.

— У тебя получается не так уж плохо, — мягко говорит она, подходя немного ближе. — Но, Сэм, мы же на войне. Не время ходить, держась за ручки. Ты и сам это знаешь.

— Эм… а Джон с Сарой ходили сегодня в зоопарк, и ничего.

— Но я не хочу, чтобы у нас было, как у Джона с Сарой, — говорит Шестая, словно озвучивая самую очевидную истину на свете.

— О! — Я отшатываюсь, как от удара под дых. — Я просто подумал… когда ты уехала в Испанию, Джон рассказал, как ты ко мне относишься, а потом ты так обняла меня в Арканзасе… вот, блин, ну я и дурак! Надо было догадаться, что тебя не заинтересует кто-то вроде меня.

— Эй, Сэм, погоди, — прерывает меня Шестая, хватая за руку и лишая возможности броситься наутек. — Прости. Я не то имела в виду. По правде, ты мне нравишься.

— Только не в том смысле… — говорю я, озвучивая заезженную фразу.

— Да нет же. В том самом. То есть, наверное… — Шестая вскидывает руки. — Я сама не знаю! Послушай, все дело в том… Джон с Сарой… они считают, будто это делает жизнь легче, но это самообман. Это лишь приводит к новым проблемам.

— А мне они кажутся счастливыми, — отвечаю я.

— Сейчас так и есть, — говорит Шестая. — Ну, а когда что-то случится? Да, Джон хороший лидер и все такое, но он не реалист. Неужели ты думаешь, будто война с целой армией могадорцев обойдется без жертв?

— Боже, что за мрачные мысли!

— Это всего лишь правда. В любой момент все может полететь в тартарары, Сэм. — Шестая протягивает руку и выдергивает из моего свитера вытянутую нитку. — По-хорошему, тебе вообще было бы лучше держаться от нас подальше. В каком-нибудь безопасном месте. И когда война кончится, тогда все может быть иначе…

У меня вырывается недоверчивый смешок.