Джон Рональд Руэл Толкиен - Хоббит, или Туда и Обратно

— С карликами! — не выдержал Бильбо, притворившись удивленным.

— Меня не проведешь! — проревел Смауг. — Я как никто знаю запах и вкус карлятины. Не думай, что я не учуял их запах, когда ел твоих кляч! С такими друзьями ты плохо кончишь, вор-бочоночник. Выберешься живым и передашь им это — я не буду в накладе, — но дракон промолчал, что учуял совершенно незнакомый запах, запах хоббита, а это сбивало его с толку. — Хорошо тебе заплатили карлы за чашу, а? — продолжил он. — Заплатили? И пальцем не пошевельнули! Что ж, это на них похоже. Уверен, они сидят снаружи и посмеиваются, а ты должен выполнять всю грязную работу и тащить все, что бы ни попалось под руку, пока я не слежу за ними? И обещали хорошую награду? Не верь им! Тебе еще повезет, если ты выберешься отсюда живым!

Бильбо забеспокоился по-настоящему. Буравящий взгляд Смауга искал во тьме хоббита, а когда красноватые лучики случайно попадали на Бильбо, тот дрожал и хотел вбежать в сокровищницу, чтобы все рассказать дракону. Еще чуть-чуть и Бильбо попал бы под власть драконьих чар. Но набравшись мужества он снова заговорил.

— Ты не знаешь всего, Смауг Могучий! — пролепетал Бильбо. — Не только золото вело нас сюда.

— Ха! Ха! Ты сказал «нас»! — разразился хохотом Смауг. — Почему бы ни сказать четырнадцатеро и покончить с твоими загадками, Счастливое Число? Я рад слышать, что сюда вас привело не только золото. Тогда вы наверное не зря тратите время. Не знаю, сумел ли бы ты вынести все эти сокровища, — крупицу за крупицей, истратив не один десяток лет, — но если бы и сумел, то скажи-ка мне, вор, ты увез бы их отсюда далеко? Какая польза от золота здесь, на склонах горы? А в лесу? Великое пламя! Да разве ты об этом совсем не думал?! Четырнадцатая часть или еще что-то такое — эти условия, да? Вот только как быть с доставкой? А повозки? А вооруженная охрана и пошлины? — Смауг опять засмеялся. Хотя он был зол и коварен, но не так уж и далек рот истины. Однако дракон считал, что во всем виноваты озерники и что большая часть награбленного осядет в Озерном городе, который в дни его молодости назывался Эсгарот.

Бедолага Бильбо был совсем ошеломлен. До сих пор он думал лишь о том, как добраться до горы и найти заветную дверь. Он совсем забыл о повозках, о том, какова его доля и как добраться с таким богатством в Суму, что под Холмом.

Хоббита стало грызть подозрение: а вдруг карлики возьмут да и не вспомнят о своем обещании, сидят, дескать, сейчас и втихомолку посмеиваются над ним. Так действуют на неопытных речи драконов. Бильбо был настороже, но Смауг мог ошеломить кого угодно.

— Я скажу тебе, — ответил хоббит, стараясь не выдать своих друзей и одновременно избежать чар дракона, — что мы здесь вовсе не из-за сокровищ. Это не так уж важно. Мы прошли под горами и над горами, по воде и по воздуху ради МЕСТИ! Да, о Смауг Несметно Богатый, разве ты не знаешь, что клад карликов принес тебе смертельных врагов?

Тут Смауг расхохотался так, что страшные раскаты его громового смеха сбили хоббита с ног и были услышаны карликами, которые сгрудились в кучу, решив, что с Бильбо стряслась беда.

— Ах месть! Вот как! — проревел Смауг. — Месть! Подгорный государь мертв, а где его родичи, которые осмелились бы требовать с меня виру? Нет в живых и Гириона, властителя Дола, его народ я пожрал как волк овец, а где сыны их сынов? Я убиваю кого хочу, где хочу и когда хочу и никто не смеет противиться мне! Я умерщвлял древних воинов, — таких сейчас нет, — но тогда я был молод, слаб и нежен. А сейчас я стар, могуч, силен и тверд, слышишь меня, вор во тьме! — загремел дракон. — Моя броня прочна как десяток щитов, мои зубы — мечи, когти — копья, удар хвоста — гром, мои крылья — ураган, а дыхание — смерть!

— А я то всегда думал, — со страхом сказал Бильбо, — что снизу драконы всегда мягкие, особенно там внизу где гру… грудь… Но с таким прочным панцирем тебе не о чем беспокоиться…

На мгновение дракон прекратил похвальбу.

— Это все слишком старо! — фыркнул он. — Сверху и снизу я покрыт алмазами и железной чешуей! Такую броню не пробьет ни один клинок!

— Надо было мне догадаться, — выдохнул Бильбо. — Воистину нет равных Смаугу Восхитительному: это так прекрасно — носить алмазную кольчугу!

— Да, это и в самом деле неплохо, — возгордился Смауг. Он не подозревал, что хоббит давно заметил его необычное покрытие и хотел рассмотреть его поближе. Дракон перевернулся на спину.

— Ну, гляди! — рыкнул он. — Что скажешь?

— Ослепительно прекрасно! Само совершенство! Непревзойденно! Изумительно! — громко воскликнул хоббит. А про себя подумал: «Старый болван! У тебя же на левой груди туловище торчит, как улитка из раковины!»

После увиденного Бильбо решил убраться как можно скорее.

— Что ж, не смею больше докучать Вашему Великолепию, — промямлил Бильбо, — и отрывать вас от необходимого сна. Поймать пони не так-то легко, да и вора тоже, — выпалил хоббит отступая в пещеру.

Замечание было неудачным, ибо дракон выпустил вслед Бильбо мощное пламя. Хоббит бежал, не щадя ног, как вдруг (а он не успел отбежать на безопасное расстояние) в проход протиснулась огромная голова Смауга. К счастью, дракону не удалось ухватить насмешника в пасть, но из ноздрей змея вылетел огонь со жгучим паром, так что одуревшему от боли и страха вору пришлось ковылять на ощупь, едва не валясь с ног от головокружения. Хоббиту понравилось, как он держал себя с драконом, но тут Бильбо отрезвили слова, которые он сказал в конце.

— Бильбо, ты дурень: никогда не смейся над живым драконом, — сказал он себе. Слова эти стали позже поговоркой, а затем — пословицей. — Твое приключение еще не закончилось, — добавил хоббит, и был как всегда прав.

Снаружи сгущались сумерки, когда Бильбо выбрался из пещеры, споткнулся и упал без сознания на «пороге». Карлики привели его в чувство и залечили ожоги как могли, но еще долго на пятках и затылке хоббита будут красоваться черные подпалины выжженных до корней волос. Карлики подбадривали Бильбо, но еще больше они сгорали от желания услышать его рассказ и объяснения насчет разъярившегося дракона.

Но Бильбо было не по себе, и карлики долго не могли вытянуть из него ни слова. Размышляя над недавней разведкой, хоббит перебирал в уме, что наговорил Смаугу, и не хотел повторять этого карликам. На скале сидел все тот же свесивший голову на бок старый дрозд и прислушивался к разговору. Хоббит был в таком скверном настроении, что схватил камень и запустил им в дрозда, который успел отлететь в сторону и тут же вернулся на место.

— Проклятая птица! — разозлился Бильбо. — Она мне совсем не по нутру. Мне сдается, она подслушивает.