Валерий Иващенко - Вьюжинка

На зиму орки залегали спать в своих тайных подземных норах. А степняки откочёвывали через мелководье с острова, привлекавшего их летом огромными травянистыми равнинами. Но пуще всего изгонял всё живое снег, которого в тамошних полуночных краях оказывалось зимой ну что-то уж слишком много даже для самого жизнерадостного человека. Лишь на закатной оконечности теплилась жизнь - суровый и строгий Дартхольме являл миру мужество своих жителей…

– Только не говори мне, братец, что прямо сейчас мне надлежит ехать туда! - с непритворным отчаянием воскликнул барон. - Вторая такая поездка подряд доконает меня вернее удара хорошим двуручником. Да и волки тамошние, как я слыхал, размером с медведя.

Король ухмыльнулся и совершенно непринуждённо налил всем горячего вина. О чём он думал, так и осталось неизвестным. Незаконнорожденный брат его, понятное дело, размышлял над своей горестной судьбинушкой - а Архимаг тщетно ломал голову, зачем же его величество обрезал единственную ниточку, ведшую к верхушке столь опасного заговора.

– Нет, наше величество не настолько уж жестоко, - хмыкнул король и так посмотрел на старого волшебника, что тот почувствовал себя слишком уж неуютно под этим взглядом. - Мы пока не в состоянии докопаться до заговорщиков здесь, в нашей столице - оказывается, есть способы планировать и осуществлять злодеяния так, что их в принципе невозможно раскрыть.

Старый чародей смущённо подтвердил, что да - когда до начальника тайной королевской службы дошли такие известия о новомодных веяниях науки, плохо тому стало не на шутку.

– Коль скоро поток камней с шахты отныне полностью под нашим контролем… - с сомнением процедил король, и брат его незамедлительно кивнул. - И остались лишь те алмазы, что уже отданы, то пока бояться нечего.

– До весны, - кивком выразил свои соображения внимательнейше и с нескрываемым интересом внимающий Архимаг. - Но прошу ваше величество, продолжайте.

Что ж, ситуация выяснилась занимательнейшая. Возможностей у таинственных злодеев ноль, у короны - тоже. Ничья, казалось бы. Однако, есть тут один маг-недоучка с полным отсутствием моральных препон, которому что орка завалить, что целое стойбище кочевников на Тропу спровадить, и который втихомолку жаждет поквитаться с теми за Дартхольме. Пока он отправился к друидам опыта набираться - а уж те парни злющие, на пакости гораздые. И к весне, если дело выгорит, тот парнище обретёт полную силу.

– Морской Академии я тоже устроил хорошенькую нахлобучку - это как же получается, что у них прямо под носом орудуют злодеи короны? Немного погонов посрывал, одного старого пердуна легонько сапогами попинал в августейшей ярости. Так что, весной две эскадры пойдут к Дартхольме, а с ними и транспорты с морской пехотой и даже немного конницы. И настроение у тех будет соответственное - оправдаться перед мнением самого короля!

Барон счастливо засмеялся, отчего недовольные этим огоньки свечей обиженно затрепетали, бросая по стенам мятущиеся тени.

– Да, против правильного боя у лохматых никаких шансов. Когда мы ударим в лоб, а тот… гм, волкодав примется гулять по тылам - не хотел бы я оказаться на месте орков или кочевников!

Архимаг с весьма кислой миной, словно по недоразумению только что промочил горло не сладеньким винцом с королевских виноградников, а едким уксусом, сообщил - хлестался он однажды с таким себе дедком из внутреннего Круга друидов. Примерно равного ранга… разошлись они тогда, вернее, расползлись вничью - и повторять тот опыт что-то никак не хочется. Сила жизни и её оборотной стороны - не-жизни - велика, ох как велика. Пренебрегать ею было бы весьма легкомысленно.

– Но учение друидов отвергает сословные деления. Мало того, оно отрицает сами понятия добра и зла - потому-то во всех больших и малых странах оно запрещено, - мрачно добавил он, и голос его дрогнул. - Но если они выучат того парня, это и в самом деле будет незабываемым уроком оркам и кочевникам!

– А пока что, господа - следует разобраться с делами небесными, - король несколько поумерил его пыл. - Тут есть вроде бы сведения, что положение светил не очень-то?

Сам волшебник не считал, что можно тут как-то разобраться. Да, астрологи безусловно правы - пресловутые дела небесные откровенно влияют на события и судьбы. Иной раз удавалось внять грозным знамениям и предостережениям светил. Однако повлиять наоборот, в противоположную сторону? Нет, поделать с этим решительно ничего нельзя!

– Впрочем, это не совсем моя специальность, и если уж с кем проконсультир… - невесело закончил Архимаг и запнулся на полуслове. Всё его существо обдало жаром, когда он сообра… ох, сообразил, что: - Послушайте! А ведь лучший астролог королевства, блистательный ван Дельвиг, которого отправили в ссылку за дуэль с герцогом Сеймуром, живёт в пограничном Майсинге - и как раз через него ведёт путь того парня, Лена-недоучки!

Все трое мужчин вскочили с такой стремительностью, словно обитые кокетливым розовым бархатом стулья разом цапнули своих хозяев за соответствующее место. Да уж, если это всё случайное совпадение - бабушке то своей рассказывайте!

А когда чуть смущённый Архимаг поведал об отправившейся с молодым ведуном компании, к которой на следующий же день примкнула долженствующая вот-вот проснуться ведьма, барон не выдержал. Дрожащей рукой он вытер побледневшее чело и обвёл полутёмную комнату борделя безумным взглядом, в котором явственно выделялись красноватые прожилки в потускневших от усталости глазах.

– Четверо? Сложившийся крест? Да тут дела похлеще даже просто астрологии, клянусь девичьей честью своей маменьки! - прошептал он бледными губами и без сил упал на стул.

Его величество тоже разволновался и потребовал объяснений. Кое-что сумел прояснить Архимаг, всё-таки хоть крохи сведений о всяких не относившихся к чистой магии науках в его седой голове имелись. Волшебник понизил голос до бархатистой интимности, склонился над столом, и собеседники придвинулись поближе, мигом почуяв, что есть возможность скоротать на редкость спокойный вечер за интересными и захватывающими историями…

А этот зимний вечер и ночь в самом деле удались на славу. Мирно серебрился под задумчивой луной снег, присыпавший собою Старнбад словно пудрой, подвыпивших гуляк или пробирающихся в тенях лихоимцев имелось чуть меньше обычного. Морозец хоть и пощипывал щёки, однако не кусался подобно бешеному псу - в горних высях задремал повелитель ветров, позабыв нынче спустить с привязи своих неистовых посланцев.

Ах да - ещё, именно в эту ночь наконец-то стал лёд на строптивой и непокорной Раве.