Личия Троиси - Последние герои

— Я уже давно порвал все отношения с Андрасом, — заявил гном и спросил: — Это он послал тебя сюда?

— В определенном смысле да.

Над его трубкой начали подниматься облачка плотного голубого дыма.

— Я даже не знал, что у него есть дочь, — пробормотал Мериф. — Когда мы были… товарищами, — тут он плюнул на пол, — он никогда не говорил мне об этом.

— Не говорил потому, что я появилась на свет позже.

Мериф недоверчиво посмотрел на нее, и трубка едва не выпала у него из руки.

— Сколько же тебе лет?

— Можно сказать, что мне нет еще и года, — усмехнулась Адхара.

Она рассказала Мерифу все и со всеми подробностями. О своих отношениях с Андрасом, о трудностях, которые им пришлось преодолеть вместе, о том, как и когда он сказал ей о своем учителе. Мериф слушал ее с любопытством и раздражением. Наконец Адхара рассказала ему, как умер Андрас. Гнома это, кажется, нисколько не тронуло. Он молчал и сосал свою трубку, потом медленно вытряхнул ее в огонь и сказал:

— Кажется, я понял, что ты жива, но я до сих пор не знаю, какие причины привели тебя сюда.

— Мне сказали, что вы знаток магии эльфов.

Мериф снова сел.

— А если это и так? Сирен не может победить Марваша без старого мага?

Слово «Марваш» он произнес с величайшим презрением, почти выплюнул изо рта.

— Я не хочу убивать этого Марваша.

Мериф рассмеялся глуховатым клокочущим смехом.

— Это интересно! Мой глупый ученик был бы очень рад узнать, что умер напрасно. Но чего, в конце концов, он мог ожидать? Он отдал всего себя, душу и тело, безумному учению, поверив словам сумасшедшего. Это и не могло закончиться иначе. И ради этого ты рисковала своей жизнью перед моим домом?

Адхара начала нервничать.

— Я знаю, что вы помогали основателю этого учения и что он учился вместе с вами.

Глаза Мерифа гневно сверкнули.

— Не сравнивай меня с этими людьми! У меня нет с ними ничего общего, ничего! Проклятый Дакара приходил сюда только для того, чтобы шарить в моих книгах!

— Они все мертвы. Марваш уничтожил их.

— И хорошо сделал! А теперь, если ты закончила, уходи. Я занимаюсь своим магическим искусством, когда желаю сам, и сам прихожу предложить свои услуги. Я никому не позволяю приходить ко мне сюда и просить у меня милости.

— Тогда вы должны были позволить вашему дракону убить меня.

Мериф вскочил на ноги и нацелил трубку ей в грудь.

— Если скажешь еще хоть слово, я это сделаю.

Адхара выдержала его грозный взгляд, отодвинула трубку в сторону металлической рукой и сказала:

— Один из двух Марвашей носит на груди медальон, который ему дал король эльфов. Я знаю, что этот медальон обладает магической силой, подавляет волю того, кто его носит, постепенно врастает в его тело и завладевает им. Я хочу знать, как можно снять его с тела этого Марваша, чтобы он снова стал самим собой.

— Тенаар хочет, чтобы ты убила этого Марваша, — ответил Мериф со злой усмешкой.

— Я делаю то, что хочу, а не то, что говорит Тенаар. И ваш ученик сказал мне, чтобы я делала так. Вот его последние слова перед смертью: «Будь свободна от меня, от Тенаара и от любого принуждения. Живи свободной и счастливой».

Мериф отшатнулся от нее и уставился на угли.

— Проклятый глупый ученик, — сказал он вполголоса. — Глупый Андрас.

20. ПОДВИГ АМИНЫ

Амина находилась в Большой Земле, когда стало известно о трагедии в Земле Ветра. Сначала это были только неясные слухи, но все говорили, что там случилось что-то ужасное.

Уже в первую ночь Амина не смогла уснуть из-за мрачного предчувствия. Она чувствовала, что с ее бабушкой случилась беда.

В тот день, когда они в последний раз были вместе, Амина прижала ее к себе, и ей показалось, что Дубэ ускользает у нее из-под пальцев. Как будто бабушка уже не принадлежала ей.

Затем все стало ясно. Земля Ветра уничтожена; из людей, гномов и нимф, которые там обитали, никого не осталось в живых. Амина стала молиться о том, чтобы получить известие о Дубэ. Она знала, что незадолго до этой трагедии войска ее страны отступили и лагерь ее бабушки оказался в Земле Воды.

И тут к ней подошел Калт, специально приехавший сюда из Макрата. Увидев его, Амина поняла, что случилось, и похолодела от ужаса.

Брат хотел ее обнять, но она уклонилась и отступила. Ее глаза наполнились слезами.

— Говори! Я должна услышать это от тебя, иначе не смогу поверить! — крикнула она.

Амина никогда не видела Калта плачущим. Он всегда был спокойным, сдержанным, разумным. Но сейчас в его глазах стояли слезы.

— Она умерла.

Амина закричала от горя. Она все это время знала, что так будет. Знала с той ночи, когда увидела, как ее бабушка превратилась в девушку немного старше, чем она сама. Знала в тот последний день, который они провели вместе. Чувствовала это в словах и жестах бабушки. И ничего не смогла сделать.

Она плакала, пока не заболели глаза, а потом, обессилев, уснула на своей постели. Калт сидел рядом и оберегал ее сон.

Через два дня в Новый Энавар пришел Баол. Амина хорошо знала его. Он уже давно всюду был рядом с Дубэ, словно ее тень, еще до того, как стал ее камердинером. Амина часто встречалась с ним, когда вся королевская семья еще жила в Макрате. Он тоже был не таким, как всегда, — побледнел, сильно похудел и выглядел очень усталым. Баол заперся во Дворце Совета с правителями и Калтом, и совещание продолжалось долго. Когда они вышли из дворца, было видно, что их лица вытянулись и щеки запали.

Амина встретилась с Баолом в столовой Воинов-теней: Баол тоже был членом этого отряда, а потому сел есть вместе с ними. Алина расположилась рядом с ним и долго на него смотрела. Находиться с ним рядом сейчас было для нее настоящей мукой. Он был как бы частью ее бабушки. Как будто бабушка была рядом и в тоже время далеко, и Амина не могла ее коснуться.

Она хотела только поговорить с Баолом, чтобы дать выход своей боли и чтобы хотя бы на час вернуть свою бабушку в мир живых. Но Баол не произнес ни слова за все время обеда.

После обеда Баол направился в спальню Воинов-теней, где у него была своя комната, Амина пошла за ним, встала на его пути и замерла на месте, заламывая пальцы. Слезы подступали у нее к глазам, но сейчас ей нельзя было плакать. Она не могла найти слов, но наконец спросила:

— Ты был с ней, когда это произошло?

— С ней не было никого, — ответил Баол, глядя куда-то в сторону, чтобы не встречаться с Аминой взглядом. — Она ушла одна, ночью, и не вернулась. В ее палатке мы нашли только пустой стеклянный флакон.