Николай Волков - Плетение (трилогия)

Ознакомительный фрагмент

Глава 10

  - Госпожа Валль, не надо мне ничего объяснять. В конце концов, я сам вам открыл кредитную линию, и сказал, что если вам что-то потребуется - вы можете это купить. Если вам нужен дом и машина - пусть так и будет. Только подберите дом в приличном районе, а то машину у вас очень быстро уведут. Народ становится все более изобретательным, с тех пор, как Ильта поведала миру о плетениях.

  - То есть вы не против?

  - Ничуть. Более того, я удивлен, что вы так долго тянули. По моему мнению, вы предпочитаете жить собственной жизнью, и не очень хотите, чтобы в нее кто-то лез, а это подразумевает определенную степень независимости. В частности - собственное жилье и транспорт. Когда переберетесь в новый дом, я хотел бы, чтобы вы не поскупились на охранные системы. Мне было бы неприятно, если бы вас обокрали.

  Лена и Дайрус сидели в гостиной, выдержанной в бронзовых тонах, и разговаривали уже примерно с полчаса, неторопливо потягивая вино.

  - Что же, благодарю. Скажите, Дайрус, а как вы стали таким?

  - Таким?

  - Ну... Таким. Вы подстраиваете события, которые кажутся случайными, и зачастую делаете это безо всякой магии. Выстроенная цепь приводит к крайне неожиданным результатам, которые невозможно предугадать заранее.

  - Все не совсем так, госпожа Валль. Хотя я допускаю, что со стороны это именно так и смотрится. Но если уж вы задали мне такой вопрос, то позвольте у вас поинтересоваться, как вы стали такой же?

  - Извините?

  Дайрус негромко рассмеялся.

  - Вы, видимо, никогда об этом не задумывались. Хорошо, я попробую объяснить, что именно я имею в виду.

  Он вызвал в комнате иллюзию, изображавшую человека, сидящего за столом.

  - Как вы видите, это писатель.

  По небрежному движению пальцев человек принялся активно писать.

  - Как и любой писатель, он стремится написать то, что хорошо себе представляет, но книгу он пишет, не выстраивая четкого плана от начала и до конца. Посмотрите, что он пишет...

  Еще один жест пальцев приблизил к ним лист, на котором стояло одно слово "конец".

  - Имея представление о том, что он хочет написать, он всегда начнет книгу с конца, а после этого будет раскручивать ее к началу. Не на бумаге, а только в своем разуме. На бумаге же он поставит себе еще одну точку отсчета.

  Аналогичный жест приблизил следующий лист, на котором стояло слово "пролог". Лена с интересом наблюдала за разворачивающимся действом.

  - Вот и все, границы произведения определены. Единственное, что ему остается - заполнить место между ними. Чем он его заполнит - дело другое, и это уже зависит от предпочтений каждого конкретного человека.

  Дайрус неторопливо глотнул вина и изящным взмахом руки развеял иллюзию.

  - Вы - тоже писатель. Вы тоже писали книги, но действовали по другому принципу. Конечно, в данном случае на вас подействовала психическая сингулярность с Ильтой, но ведь не она подтолкнула вас все записывать. Что именно произошло такого, что заставило вас сесть за стол и начать записывать ее похождения?

  - Честно говоря - не знаю, - задумчиво ответила Лена, - просто это было так... естественно...

  Дайрус кивнул и вновь пригубил вина.

  - У меня все точно также. Это было естественным - поставить перед собой цель, и идти к ее достижению. Только если вы писали свою книгу с начала, я выстраивал все с конца. Второй временной рамкой для меня стало осознание того, что этой цели надо достичь. Вот и все, никаких особых секретов.

  - Но вы придумываете такие сложные, головоломные комбинации, чтобы ее достичь... Зачем вам нужно, чтобы люди считали все случайностями?

  Он кивнул, признавая вопрос интересным.

  - Как вы думаете, если бы я подошел к Ильте, и сказал "Добудь Печать, я подскажу тебе, как это сделать, но не отдавай ее никому ни за что на свете. Это слишком ценный и мощный предмет, чтобы им кто-то владел", что бы она сделала?

  - Послала бы вас куда подальше. То есть, нет, Печать бы она добыла чисто из принципа, но потом продала бы тому, кто заплатит большую цену.

  - Именно. Хотя все намного сложнее. Она бы еще и Хранительницей не стала, и Печатью мог бы воспользоваться любой Высший Маг. А я не хотел допустить этого. Видите ли, очень многие люди забывают о человеческом факторе, но не я. Я слишком хорошо понимаю, что люди всегда делают только то, что они сами хотят сделать, и именно поэтому всегда выстраиваю цепь так, чтобы им самим это было необходимо. Только при таких условиях можно добиться того, что они выложатся в достижении своей цели на полную, что они достигнут ее. Разумеется, все надо контролировать, иначе человек может погибнуть в процессе достижения результата.

  Лена задумчиво принялась играть с прядкой волос.

  - Из всех нынешних Высших Магов, - продолжил Дайрус, - это понимал только Ней, но он играл немного на другом поле, предпочитая заставлять людей чувствовать себя обязанными. Это тоже работает, хотя лично мне это не нравится. Но у этого варианта есть свой плюс. К нему мог обратиться любой человек, даже тот, у которого не было и дална за душой, и ему бы помогли. Но после этого он, чувствуя себя обязанным, сделал бы то, что ему говорили.

  - Вы хотите сказать, что это более простой путь?

  - В чем-то - да. Но такие игры хороши, когда у вас есть не более десятка обязанных вам людей. У Нея их - сотни. Надо обладать феноменальной памятью и постоянно отслеживать ситуацию с каждым человеком, чтобы быть уверенным в том, что именно он вам сейчас и потребуется. Разумеется, для этого нужна высококачественная разведка, которая стоит очень дорого. На мой взгляд, мой метод обходится дешевле.

  Лена прикусила кончик прядки.

  - Любопытно. Даже очень. Остается только один вопрос... Зачем вам все это?

  Дайрус неторопливо долил себе вина и пригубил его, прежде чем ответить.

  - На самом деле все просто. Скажите, Елена Артемовна, у вас бывало так, что, когда вы писали, то погружались в процесс с головой? Не замечая того, что творится вокруг? Бывало ли так, что описываемый мир становился более реальным, чем вы могли даже предположить?

  - Да.

  - У меня та же самая ситуация. Я пишу холст истории жизни в этом мире и погружаюсь в его написание с головой. Я ваяю самое сложное произведение искусства, когда-либо творимое человеком, и делаю это с полной самоотдачей. Зачем? Только затем, что я вижу как вытянуть жителей этого мира из того болота, в которое они превратили жизнь здесь. Я не лгал Ильте, говоря, что считаю магию болезнью, от которой надо найти лекарство. Лечить болезнь ее же частью - нельзя, поэтому Печать, которая сама по себе порождение магии этого мира, здесь не поможет, и из нее не сделать вакцину. Требуется другой подход, который я и ищу.