Маргарита Блинова - Одиночка

Отправив длинное, сбивчивое послание с кучей восторженных рожиц-смайлов, наливаю себе чай и возвращаюсь обратно за стол. Лениво изучаю страничку брата, лезу в его альбомы и замираю, едва мой взгляд натыкается на папку с названием «Семья».

Забудь, Яблокова. В управлении не зря за тобой закрепилось прозвище Одиночка. Люди — это не твоя семья, а среди демонов у тебя нет родственников.

Но вопреки внутреннему голосу я нажимаю на вкладку и больно прикусываю нижнюю губу.

На экране планшета старый снимок, отсканированный Димкой с фотографии в альбоме папы. От постановочной фотографии, где мы всей семьей стоим около новогодней елки, так и веет фальшью.

Папа, немного смущенный из-за того, что его заставили надеть пиджак, который пылился и поедался молью почти год, прижимает к себе маленького Димку и стоящего рядом Бандита с неизменным синяком под глазом, а рядом… Рядом Людмила Железнова держит меня на руках. Мы прижимаемся друг к другу щечками и машем рукой в кадр.

Я смотрю в такое любимое лицо и выпускаю когти.

Ложь.

Все ее слова, все поцелуи и объятья — ложь. Игра хорошего актера, и не более.

Сейчас я как никогда понимаю боль Курта, но только меня некому утешить…

Слезы подступают так близко, что я еле сдерживаю себя, чтоб не расплакаться в неожиданно подкравшемся одиночестве кухни спящего дома.

— Эй… — чужие руки ложатся на мои плечи и мягко сжимают.

Я вздрагиваю от неожиданности и крепко зажмуриваюсь, стараясь унять накатившую печаль.

— Курт, — хриплым голосом окликаю мужчину и киваю в сторону экрана. — Как думаешь, она любила меня?

Лаэрд наклоняется, обнимает меня руками, прижимается к моей щеке и шумно выдыхает.

— Конечно, любила… Как можно не любить такую малышку? — тихо шепчет он, и я неожиданно горько всхлипываю.

По щекам скатываются сразу две крупные слезы, а в горле встает неприятный ком. Я зажмуриваюсь, стискиваю дрожащие губы и делаю шумный вдох.

Курт осторожно отстраняется, успокаивающе гладит по волосам и едва ощутимо касается губами моего лба.

— Ну, ты чего…

Я дергаюсь и откидываю планшет на стол.

— А за что ей было меня любить? — зло и насмешливо говорю сквозь сжатые зубы. — За то, что я демон? За то, что я потенциальная угроза для ее безопасности? За то, что я — задание управления?

Ненависть и отвращение к самой себе поднимаются откуда-то из самых глубин души. Я сжимаю кулаки и выпускаю когти в неясном порыве навредить себе.

Курт резко двигает стул вместе со мной, без особого труда разжимает мои пальцы, наклоняется и быстро целует кровоточащие ранки.

Я закрываю глаза и качаю головой из стороны в сторону.

— Эва, послушай, — мягко шепчет лаэрд, вытирая мокрые дорожки на моих щеках. — Любят не за что-то. Любят вопреки всему.

Еще раз громко всхлипнув, я поднимаю голову, встречаюсь с ним взглядом и решительно спрашиваю:

— А ты? — моя рука неуверенно поднимается вверх, касается его небритой щеки.

Я смотрю в его глаза, ощущая, как все внутри замерло и сжалось в ожидании ответа.

— Ты любишь… меня?.. — голос предательски дрожит.

Он закрывает глаза, трется щекой о мою ладонь и тяжело выдыхает.

— Эва, я…

Его хриплый голос действует на меня лучше всяких искусственных возбудителей. Тело охватывает неясное волнение, и я порывисто встаю на ноги и прижимаюсь к нему.

— Просто скажи — да или нет, — молю я, погружая свободную руку в темные густые волосы мужчины. — Ты постоянно путаешь меня: то нарочно смущаешь разговорами о сексе, то стаскиваешь трусики прямо в магазине, то готов убить полмира из-за глупой ревности, но стоит мне сделать шаг навстречу, и ты отталкиваешь…

Он открывает глаза и ловит мое лицо в свои горячие ладони.

— Эва… — хрипло выдыхает лаэрд.

Я закусываю губу, пьянея от его соблазнительной близости, от невероятного запаха и тепла, исходящего от его большого тела. Его сбивчивое хриплое дыхание отдается внутри меня, заставляя мышцы внизу живота требовательно сжиматься.

— Мы не говорили с тобой о случившемся в моей ванной, о том, что случилось с Рири, — торопливо говорю я, в глубине душе боясь, что он снова меня отвергнет.

Боясь и… ожидая.

Я прижимаюсь к нему всем телом, дрожа от желания, путаясь в многочисленных мыслях и опасениях.

— Просто скажи мне — да или нет, — молят мои губы. — Я заслуживаю знать правду. Посмотри на меня и скажи…

Курт открывает глаза, и на меня обрушивается поток сине-зеленого желания его глаз. У меня перехватывает дыхание, и я, словно завороженная, чувствую, как меня опять охватывает невероятное ощущение бешеной скорости.

Будто я одновременно лечу вниз по склону, парю среди звездного неба и несусь по автомагистрали на спортивном авто, утопив педаль газа в пол.

Мы с Куртом хрипло дышим и тянемся друг к другу, продолжая неотрывно тонуть во взгляде другого. И когда мне уже кажется, что еще мгновение — и бешено стучащее сердце вырвется из груди, он резко наклоняется и жадно целует мои губы.

Я издаю громкий счастливый стон, одновременно ощущая, как сильные руки сжимают меня в беспощадно-крепких объятьях.

— Да… — хрипит он, еле сдерживая себя и Рири.

Не отрываясь от моих губ, мужчина резким движением отпихивает ногой стул и сажает меня на кухонный стол.

— Да… — рычит лаэрд и глубоко проникает языком в мой рот.

Мы встречаемся языками, ласкаем друг друга и хрипло дышим, с трудом отрываясь, чтобы сделать короткий вдох.

Голова кружится то ли от счастья, то ли от недостатка кислорода, то ли от всепоглощающей страсти Курта. Я откидываюсь назад и издаю громкий требовательный стон возбужденной женщины.

Мужчина захватывает мою нижнюю губу своим ртом, сосет и покусывает, отчего по телу бегут мурашки. Его правая рука властно хватает меня за волосы, а левая забирается под пояс джинсов и до боли сжимает голую ягодицу.

— Курт…

Я сдавленно охаю, и тут же мои губы снова попадают в плен его необузданной страсти.

Совсем ошалев от внезапного порыва, смело хватаю его за мускулистые плечи и нежно царапаю кожу сквозь тонкую майку.

— К чертям! — неожиданно рычит Курт.

Его пальцы умело расстегивают и стаскивают с меня олимпийку, затем подхватывают край футболки и решительно тянут наверх.

— Я же купил тебе нормальное белье, — неодобрительно качает головой Курт, пожирая глазами мою грудь, спрятанную в спортивный лифчик.

Смущенно улыбаюсь.

Ну кто ж знал, что день закончится так!

Он как-то подозрительно облизывает губы, наклоняется и кусает меня за ушко.