Беттина Белитц - Впечатляюще неистовый (ЛП)

Сердан попытался что-то сказать, но он по-прежнему сумел выдавить из себя только хриплый кашель. Я же должна была что-то сказать - чем быстрее, тем лучше, даже если это не было ответом на вопрос Джонни Деппа.

- Ты в опасности. Они хотят отослать тебя на Карибские острова. Сегодня. Я их подслушала. И я знаю, что тебе нужно сделать, чтобы освободиться от них. Пожалуйста, поверь мне, ты в большой опасности. Идём вместе со мной.

Мой голос сорвался, потому что слёзы стали непреодолимыми. Лили-Роз, бледная, смотрела на меня и молчала, в то время как Джонни сделал шаг в мою сторону и встал на колени, чтобы заглянуть мне в лицо, но я снова устремила свой взгляд на Леандера.

- Вернись домой. Пожалуйста. - Мои слова были такими тихими, что даже я не могла их слышать. Я отвернулась и отметила, что Джонни серьёзно и озабоченно смотрел на меня, да, даже протянул руку, чтобы коснуться моей щеки - или чтобы схватить и отбуксировать в полицию? Нет, это я хотела сделать сама. А Леандер должен был сам решать, к какой стороне он принадлежит. К Sky Patrol с быстрым концом в Гваделупе или ко мне и моей семье, даже если они ничего о нём не знали.

- Давай быстро убираться отсюда! - дала я приказ отступления, и внезапно Сердан и я снова могли двигаться. Мы синхронно развернулись, выпрыгнули на веранду, потом через балюстраду, спустились, используя ветки, с бешеной скоростью вниз, приземлились на газоне, сделали кувырок и побежали без малейшей задержки в сторону большого мусорного бака, который облегчит нам прыжок через стену усадьбы.

Это был мощный прыжок и как вспышка в моей голове пронеслись трюки с паркуром из сцены фильма Джеймс Бонда, но страх и мой гнев подстёгивали меня. Ты мне не нужен для этого Леандер, подумала я, когда мои руки встретились с краем стены, и я подтянулась вверх. А вот я тебе нужна.

- Oh my god …Oooh my god ... they are completely crazy (англ. О боже мой ... они совершенно сумасшедшие), - услышала я, как позади нас кричит Джонни, и ещё пока мы перелазили через самую дальнюю стену усадьбы, мы знали, что справились с этим. На вершине стены я обернулась ещё раз к Джонни.

- Кстати, - заорала я на английском. - Клод целует сыр Ванессы!

Это прозвучало так по-идиотски, что Сердан и я громко рассмеялись, но рыдания всё ещё трясли меня. Если бы я была фанаткой Джонни Деппа, то у меня сейчас были бы все основания быть вне себя от радости. Я стояла у него в гостиной, и он посмотрел на меня, даже хотел коснуться.

К сожалению, я не была фанаткой Джонни Деппа. Я была фанаткой Леандера, независимо от того, как я это ненавидела. Потому что Леандер не был фанатом Люси. Он остался с Лили-Роз.

Без остановки Сердан и я бежали вниз по улице до следующего большого скопления домов и только тогда замедлили наш темп, когда Сердан был уверен в том, что нас никто не преследовал. Но я вовсе не была в этом уверена. Я что-то чувствовала. Нас преследовали.

- За нами кто-то гонится? - Сердан обернулся, продолжая бежать дальше и покачал головой.

- Никого. О Боже, Люси, это было так необыкновенно ...

- Но я что-то слышу, честно, Сердан, я ...

- Ты разучилась узнавать меня, шери. Это я. - Тёплая рука взяла мою, и когда я поняла, кому она принадлежит, бросилась, ревя на землю. Леандер вытянул свою руку, чтобы перехватить меня. Как будто в замедленной съёмке я скользнула на асфальт, не сделав себе больно.

- Ого. Что это было за движение? - прошептал Сердан одобрительно. - Эй почему ты ревёшь, Катц? Ведь всё прошло хорошо. Ты увидела его и сказала - что же сказала довольно сумасшедшие вещи ... Это что, имело что-то общего с Пиратами Карибского моря? Со следующей частью? А он даже не понял этого.

Мои рыдания плавно перешли в непреодолимый приступ смеха. Я больше не могла сдерживаться и, хохоча и горланя, прижала руки к ноющим бокам. Колики в животе чуть не убивали меня, но каким-то образом мне нужно было избавиться от напряжения и прежде всего у меня никогда не получится смеяться, когда смеялся Леандер и показывал мне свои ямочки. Хотя его смех был смешан с глубокой, тяжёлой печалью. Я видела это по нему. Он был печален.

Каким-то образом я тоже была печальна. Печальна и счастлива в одно и тоже время. И совершенно упоённая.

- Знаешь, что значит хороший друг, Люси? - в конце концов спросил Сердан и вытер слезу появившуюся от смеха в уголке глаза, потому что он тоже не мог больше оставаться серьёзным, после того, как понял, что Джонни не натравил на нас копов, и мы всё пережили.

Я, стеная, покачала головой.

- Выглядит мило, Люси. Но юбка немного коротковата, - вставил Леандер бормоча и подёргал за бахрому, которая едва прикрывала мои бёдра.

- Хорошо, тогда я объясню тебе это. Настоящие друзья это те, которые сидят рядом с тобой в тюрьме и говорят: Была крутая афера. - Сердан смотрел на меня почти с нежностью и взял мою руку крепко в свою, как будто хотел показать этим, что любое сопротивление было бесполезно.

- И это значит, что...? - спросила я в предчувствие нехорошего.

- Что мы сейчас пойдём к следующему полицейскому участку и сдадимся.

Глава 21

.

Семейный портрет

- Послушай, Люси, это действительно смешно ... Люси! Слушай!

Я оторвала ухо от двери и, вздыхая, повернулась к Леандеру, который уже несколько часов подряд сидел за моим ноутбуком. Но звуки в коридоре умолкли. Мама и папа наконец удалились в постель, после долгой, жаркой поездки, пяти успешных нагоняев, драматичных упрёков, приступов рыданий и угроз наказания (большинство из них звучали отчаявшимися, потому что кроме домашнего ареста и различных скучных работ, у них ничего не было, чем они могли бы меня напугать).

Один раз даже папа выглядел так, будто сейчас перенесёт приступ рыданий, а вид его дрожащего носа и внезапно наполнившихся слезами, покрасневших глаз, я не могла забыть. Снова и снова я видела его перед собой, как он прижимал бумажную салфетку к своей верхней губе и, дрожа, выдыхал. И поэтому я была собственно благодарна, что Леанедер ни минуты не замолкал и засыпал меня новостями из интернета с момента нашего прибытия. Мой компьютер мне - пока ещё - было разрешено оставить у себя.

Мой же мобильный, который полиция вместе с «башмяком» и моей одеждой отдала назад, был конфискован мамой, но и этому я была рада, потому что тогда это было её неприятным заданием, стереть все злополучные и слезливые сообщения, которые она послала мне. Я даже не начинала их читать.

«Башмяк» однако позаботился о значительном замешательстве, потому что Сердан отказывался забирать эти «омерзительные ботинки», а мама сразу же ложно приписала ему, что он наверное только хочет заполучить пару новых кроссовок, что в свою очередь сильно разозлило Сердана. То что он разозлился, я хорошо могла понять, потому что только быстрое вмешательство папы оберегло его от маминой звонкой пощёчины, когда оба нас подобрали.