Алина Белова - Войны Зодиака

- Ну и долго же ты спала! - улыбнулся Неа, подъезжая на своём новом коне поближе к Микаэле.

- Мне уже начинает казаться, что целую вечность, - пробормотала Микаэла, осматривая рыжеволосого юношу с ног до головы. - И давно это ты в паладины заделался?

Неа немного смутился и, затеребив в руках поводья, улыбнулся:

- Ну, мне до паладина пока далеко. Просто того случая на душе стало как-то легко... Словно свалился камень, тянувший меня туда, вниз. Я ж просто от балды сэру Сантариану сказал, что паладином хочу стать. Понимаешь, у меня отец священником был, потому для меня Свет - это не просто какое-то вымышленное божество, которое якобы должно говорить с какими-то там жалкими смертными... Я этим от других товарищей и отличался.

- Так это ты нашего Тигра заразил привычкой молиться перед каждым сражением? - нахмурился Соланар, покосившись в сторону Кайлана, но Неа покачал в ответ головой.

- Нет, это он сам, - даже с какой-то гордостью произнёс рыжеволосый юноша. - Только он не молится никому из тринадцати богов. Он у Цуй-лэня, своего учителя, просит благословения. И кажется, что его действительно порой оберегает что-то сверхъестественное.

Микаэла, свесив ноги с повозки, снова взглянула на Неа и вздрогнула, когда Сантариан неожиданно воскликнул:

- Цах! Мы явились предупредить, что впереди опасно. Недавно там видели Быка и Кота, и они, кажется, направлялись Алакосту.

"Безумие! Направляться в саму столицу..." - подумала Микаэла и вдруг почувствовала что-то нехорошее. На лице Соланара отразилась настоящая гримаса ярости и злости. Сломав пальцами тоненькую палочку, которой он только что что-то чертил на земле, эльф бросился к одной из лошадей и, вскочив в седло, погнал её вперёд по пыльной дороге. Кайлан проводил остроухого удивлённым взглядом и вопросительно посмотрел на Цаха. Гном же побагровел от ярости и, отпустив вожжи, громко закричал:

- Сантариан, ты вообще думаешь?! Чёрт возьми, обязательно было говорить об этом при нём?!

Паладин удивлённо посмотрел на Цаха и тут же помрачнел. Первым, до кого дошла суть происходящего, стал Кайлан. Стиснув зубы, он выдавил из себя:

- Пять лет назад мы напали на эльфийскую столицу. Бык был тем, кто убил Нааля, одного из герцогов.

- А причём тут Сол? - удивлённо спросила Микаэла. Ей всё равно была непонятна связь между двумя убийцами из "Зодиака" и Соланаром.

- А наш остроухий - его сын. Ты не знала? Хо-хо-хо! - рассмеялся Цах, склонив голову на бок. - А я думал, вы как два близнеца, ничего друг от друга не скрываете!

Микаэла побледнела. Сын Нааля? Эльфийского герцога? Вот так неожиданность! Девушка никогда бы не подумала, что в Соланаре могла течь благородная кровь. Хоть герцоги и были только третьими по влиянию в эльфийском народе, они всё равно заслуживали уважения.

- Только не говорите мне, что этот кретин собрался мстить, - пробормотал Неа. Цах, не произнеся ни слова, хлестнул кнутом над самыми головами лошадей, и те резко помчались по пыльной дороге. Микаэла едва не слетела с повозки. Благо, Кайлан успел схватить девушку за руку и притянул к себе.

Свинцовые облака на фоне янтарного неба не сулили ничего хорошего. А Микаэла помнила, какой дурной славой пользовалась Равнина Малексы. Говорили, будто бы здесь происходила разная чертовщина, и каждый неуклюжий путник, случайно забредший в эти края в одиночку, рисковал сгинуть от рук какого-нибудь убийцы...

18. Предвестница бурь.

Повозка ещё долго неслась по пыльной дороге, пока лошади окончательно не выдохлись. Цах устало вздохнул и запрокинул голову, смотря в янтарное небо. Соланар словно испарился, исчез, не оставив ни единого следа. Микаэлу тревожило это - вдруг с эльфом что-то случится? Он был не менее безрассуден, чем Неа. Хотя даже рыжеволосый юноша начал теперь относиться к своей жизни более бережно, не суя свой нос куда не следует.

Солнце медленно опускалось к горизонту, и путникам пришлось искать место для ночлега. Микаэла уже давно заметила, что между Кайланом и Неа словно кошка пробежала. Они оба пускали друг в друга ненавистные взгляды, и лишь изредка Кай отвечал товарищу предупреждающим рыком. Петух, кажется, был чем-то сильно недоволен. Он едва заставлял себя усидеть в седле, подгонял коня громкими криками и вновь пускался в бурный спор с Кайланом. Наконец, убийца побагровел от злости и рявкнул:

- Да делай ты, что хочешь! Я никого, и уж тем более её, не принуждаю! Хочешь поговорить с ней - валяй.

Видимо, Кайлан хотел тем самым надавить на совесть Неа. Но Петух, наверное, был самым бессовестным существом во всём Аскааре, потому что на его лице тут же просияла победная улыбка, и юноша, пришпорив коня, поспешил к Микаэле.

- Привет, - немного смущённо произнёс Неа, и девушка удивлённо на него посмотрела. Рыжеволосый юноша редко смущался, а тут покраснел, как варёный рак. Сейчас он ещё больше напоминал обыкновенного деревенского мальчишку.

- Ну привет, - нахмурилась Микаэла, не понимая, почему юноша так странно себя ведёт. Набрав полную грудь воздуха, Неа неожиданно задал вопрос:

- Ты любишь Тигра?

Пришло время смущаться теперь уже Микаэле. Покраснев, девушка глянула через плечо рыжеволосого юноши и, удостоверившись, что никто их больше не слушает, пробормотала:

- Ну... да.

На лице Неа на мгновение отразилось такое недовольство, будто он собирался разодрать Кая на месте. Но, видимо, вспомнив о том, что сам теперь учится на паладина, с трудом сдержал гнев. Поморщившись, Неа отвёл взгляд в сторону и пробормотал:

- Я, конечно, предполагал, что так оно и есть... Ну конечно, Кайлан сильнее, умнее, да и старше меня. На него можно положиться. И он ещё бывший предводитель "Зодиака" вдобавок. А я какой-то там мальчишка из неизвестной деревушки, который только и может, что тянутся следом за остальными и всегда видеть перед собой лишь спину соперника...

- Что ты такое говоришь? - нахмурилась Микаэла. Ей не очень нравилось, что Неа в последнее время всячески себя принижал. Может, в окружении столь великих воинов, ему действительно негде было показать свою силу и решимость. Если на повозку нападали разбойники, Гартэль, Кайлан и Сантариан быстро с ними разбирались. Если нужно было найти какой-нибудь родник и набрать свежей воды, Соланар был тут как тут. А Неа постоянно бездействовал. Иными словами, он даже немного мешался. Но Микаэла всегда ценила его рвение помочь окружающим. Это делало его непохожим на остальных. Все трудились лишь для себя, а Петух старался оказать помощь даже тем, кому она не требовалась.

Беда всегда приходила не одна. В момент, когда Неа заговорил, Микаэле захотелось вновь заснуть и не просыпаться, пока всё не закончится. Теперь ей было суждено разбираться не только в настоящей войне, но и в войне любовной.