Илья Одинец - Младший вовсе был дурак

Я сел за столик, уставленный разнообразными блюдами, залпом выпил стакан компота и выложил все, что со мной случилось, начиная с перемещения в деревенскую избу, спасения утопающего, путешествия по лесу и заканчивая синим сиянием над моей головой в момент бегства.

— Скверно, — подвел итог Люциус.

— Энис и Дэнис вернулись? — задал я вопрос, который не давал мне покоя.

Демон не ответил, зато Ленка очень выразительно покачала головой.

— Итак, — произнес демон, обращаясь к собравшимся, — положение критическое. Пропажа Дэниса и Энис подтверждается. Это вторая по важности проблема.

— Что же тогда первая? — спросил я, выпучив от удивления глаза. — Что может быть важнее?

— Общественное, молодой человек, для Бюро всегда стояло выше личного. Интересы многих прежде интересов единиц. Энис и Дэнис высшие вампиры, они смогут о себе позаботиться, что бы ни случилось. А вот попаданцы о себе не позаботятся. Если вы обратили внимание, в последнее время наша помощь стала требоваться очень во многих мирах. Морфеус?

— Да, Люциус, — старик сидел в кресле-качалке, накрыв колени красным клетчатым пледом. — Увы, друзья, как говорят в одном отсталом измерении, мы идем с опережением графика, перевыполняем, так сказать, план по вмешательствам в соцструктуру иных измерений.

Морфеус взмахнул рукой, и в помещении погасли свечи, второй взмах породил рой тонких синих, зеленых, красных и золотых змеек, которые несколько секунд танцевали над головами собравшихся, а потом переплелись, иллюстрируя слова начальника Отдела рядовых проверок. Подобный график я видел впервые, и ничего в нем не понял.

— Впервые за три тысячи лет у нас не хватает людей, — произнес Люциус. — Тьма наступает по всем фронтам. Тетлания, Ка—ста—стан—ита, Шхлотц, Таэрия, Ленория, Черная Мирна, мир Торна, а теперь и Гальдив. Пришло время открыть глаза, нужно взглянуть на ситуацию в комплексе, а не решать отдельные проблемы отдельных миров. Что мы имеем? Нападения по всем фронтам. Впервые угроза разрушения нависла над таким количеством миров. Какие мысли?

— По-моему, — произнесла утопленница; голос у нее оказался приятный, бархатистый, с хрипотцой, — во всех этих измерениях должно быть что-то общее, нечто, что могло заинтересовать силы Тьмы. Иных причин массового нападения на эти измерения, нет.

— Сомневаюсь, — качнул головой Морфеус. — Безусловно, лакомый кусочек для Тьмы найдется в каждом измерении, но впервые она расставила щупальца так широко. Тьма не распыляется по мелочам.

— Тогда, — пожала плечами синекожая красотка, — ищите ответ в самих попаданцах. Кого мы выбираем на роль героев? Может, дело в них?

— Мне кажется, — произнесла Ленка, — дело не в попаданцах. Кто-то хочет дискредитировать Бюро перед Высшими. Что будет, если мы не справимся? Что будет, если наши люди начнут гибнуть один за другим? Тьма не только получит власть в измерениях, где мы окажемся бессильны, но докажет нашу несостоятельность.

— Этот вариант мне нравится, — Люциус оскалился. — Но ты, недостаточно хорошо знаешь Высших. Бюро невозможно дискредитировать. Мы, конечно, не всесильны, но в существовании нашей организации заинтересованы сами Высшие. Мы поддерживаем порядок, восстанавливаем равновесие, мы — оплот существования всего сущего во всех мирах.

— Есть еще один вариант, — подал голос светловолосый оборотень с бородкой клинышком.

— Слушаем, Сорк.

— А что если Элоиза права? Что, если в этих измерениях действительно есть нечто нужное Тьме? Это похоже на головоломку. Только соединив части, получим искомое.

— Ты имеешь в виду…

— Да. Камень преткновения.

В зале прибытия повисла тишина. Если до слов Сорка народ перешептывался, вздыхал, шаркал ногами, постукивал пальцами по столешницам, то теперь, кажется, никто даже не дышал. Я слышал, как зашипели цветные змейки графика Морфеуса, исчезая и уступая место зажигающимся свечам.

Картина напоминала Гоголевского «Ревизора» в момент раскрытия интриги. Немая сцена была бы смешной, если бы на лицах сидящих и стоящих существ не отражался страх.

— Существование Камня преткновения не доказано, — тишина разбилась, и ее осколки еще долго звенели в темных углах зала прибытия. — Но эта версия мне тоже нравится.

Демон замолчал, обдумывая слова, а потом вздохнул. С воздухом из его ноздрей вырвались струйки черного дыма, запахло серой.

— Морфеус, твоему отделу поручаю изучить все материалы, касающиеся Камня. Дай своим орлам допуск третьей категории, а сам отправляйся в Архив, я обеспечу тебе нулевой допуск. Завтра утром я хочу знать все об этом артефакте: сказки, легенды, домыслы, все, что может подтолкнуть нас в нужном направлении. Сорк и Олариэн, ваши отделы присоединяются к моему. Будем обеспечивать безопасность попаданцев вплоть до окончания их миссий. А теперь все свободны.

С этими словами Люциус щелкнул пальцами и исчез. Остальные начали поспешно расходиться.

Мой желудок, вспомнив, что не получил на обед ни крошки, требовательно заурчал, и я положил в тарелку большой кусок мясного пирога. Ленка подсела к моему столу, но есть не стала.

— Ты даже не представляешь, что тут творилось, — сказала она.

— Начни с того, что творилось в Черной Мирне. Я отвлек Грэтту, придумав совершенно идиотскую историю о заколдованном доме. Хорошо, Ондулайнен догадался посмотреть на меня сквозь пелену и увидел печать.

— Грэтта в безопасности, — махнула рукой Ленка. — По крайней мере, пока. Парни из Отдела Люциуса нашли еще две ловушки в лесу. Нам с тобой очень повезло остаться в живых. Я проторчала в Черной Мирне до вечера, и вернулась поздно ночью. Бюро на ушах стояло. Сирилла сообщила еще о двух измерениях, требующих нашего вмешательства. Люциус прав, такой активности от сил Тьмы никто не ждал, и теперь все ломают голову, к чему бы это.

Я слушал Лаврентьеву, жевал пирог и кивал. Пока эта суета меня не касалась, я выжидал момент, когда можно будет напомнить о возвращении домой. В Бюро, честно говоря, я загостился, хотя и начал привыкать к бешеному ритму жизни.

— Твой рассказ только подтвердил мнение Люциуса о том, что происходит нечто серьезное, — продолжала Ленка. — Прямо он этого не сказал, но подтекст ясен всем: демон опасается, что вся возня началась не из-за миров и сказочных артефактов, а из-за самих попаданцев. Сначала напали на Шэза в Ка—ста—стан—ите, потом на Грэтту в Черной Мирне, а теперь и на тебя в Гальдиве. Идет охота не за могуществом, а за попаданцами. Демон опасается, что Тьма решила дискредитировать не Бюро, а саму идею отправления иномирцев на помощь терпящим бедствие измерениям. В таком случае и Бюро не понадобится, и никто не помешает Тьме прибрать к своим рукам один мир за другим.