Людмила Горбенко - Вооружен и очень удачлив

— У тебя и не получится, — язвительно заметил Дитер. — Сейчас змий снова проголодается, и мы вволю набегаемся, чтобы не попасть под струи желудочного сока.

— Эта зеленая дрянь, — догадалась трактирщица.

— Нет. Зеленая дрянь бывает еще и синей, и желтой, но это всего лишь ферменты. Они безвредны, и даже немного полезны. Волосы знаешь, как расти начинают? Потрогай мою голову. Вот здесь потрогай. Чувствуешь?

— Ого! — восхитилась Джульетта, ощупав действительно густую шевелюру.

— Только руки береги, — предупредил Дитер. — Старайся не подставлять.

— Почему? — насторожилась Джульетта.

— Зарастут гуще, чем голова.

В мокром тоннеле повисло молчание.

— Эй! Ты еще здесь? — рискнул нарушить тишину Дитер. — Трактирщица-а!

— Не ори! — сухо ответила из дальнего угла Джульетта. — Я проверяю стену желудка. Надо же прикинуть, как выходить.

— Чтобы выйти, надо сначала перевариться! Я же тебе уже объяснил!

— Еще чего! Я скорее изорву зубами эту тушу, чем буду сидеть и скулить! На тебе еще осталась какая-нибудь одежда? Или только эти лохмотья?

— Только сорочка, — признался актер. — И еще ночной колпак.

— Плохо. Придется нарушить приличия. Раздевайся! — приказала Джульетта.

— Что ты собираешься делать?

— Лезть вверх, в сторону его горла. К самому входу.

— Не торопись. Сверху может упасть то, что змий проглатывает.

— Вот и хорошо. Нам как раз нужен предмет, которым можно пощекотать его. Так ты разденешься? Без веревки не залезть.

— Куда ты собираешься лезть?

— Как куда? Вверх, конечно!

— Глупая женщина! Где этот самый верх, ты знаешь?

— Обычно, низ бывает под ногами, а верх над головой! — вскипела трактирщица.

— Так это обычно. А здесь другие законы, смотри!

Мужчина подхватил подол ночной рубахи двумя пальчиками и резво взбежал на стену.

— Ну? — раздался из угла его визгливый голос. — И где теперь, по-твоему, верх? Там? Или там? Или, может быть, там?

Джульетта устало вздохнула и присела на корточки.

— Все равно я что-нибудь придумаю, — пообещала она.

— Давай, я жду. Что же ты молчишь? Никак не придумывается? Эй! Эй, ты! Да отзовись же! Что с тобой! О, черт!..

Мимо пронесся поток жидкого мусора, среди которого торчали палки, обрывки бумаги и чей-то ботинок.

— Эй! Ау! — разрывался Дитер. — Жива?

— Молчи! — спокойно сказала трактирщица в пространство.

— Почему ты не откликалась? — возмутился актер, плавно скользя по стене вниз. — Я уже решил, что опять остался один! Нельзя же так пугать!

— Молчи, я думаю.

Вечер после ужина. Черная Башня

— Вот, — доложил Наставник по заклинаниям, выталкивая вперед худого юношу. Стеснительный новичок прижимал руки к бокам и мялся, отчего его фигура казалась какой-то неопределенно извилистой. — Наш осведомитель Фузик. Страдает нарушениями сна, поэтому согласился на ночную работу.

Ректор сделал приветливое лицо.

— Что ж, Фузимир, я рад нашему сотрудничеству. Ты умный молодой человек и можешь оказать городу неоценимую помощь. Расскажи мне, как себя ведет курсист Кендр. Меня интересуют любые подробности, которые показались тебе необычными. Не стесняйся и не спеши. Смотри мне прямо в глаза и рассказывай.

Фузик, глаза которого немного косили, попытался выполнить приказание буквально и развести их по местам. Когда это у него не получилось, он ограничился тем, что уставился честным правым глазом в лицо Ректора и начал:

— К-к-к-к-к… К-курсист К-к-к-к… Кендр сегодня утром ск-к-к-к… сказал…

— Он все время будет так заикаться? — шепотом спросил Ректор у пана Зелинского.

— Только на букве «к».

Тем временем старательный Фузик, спотыкаясь, добрался до конца фразы. Ректор, который уже успел забыть, что там было в начале, не рискнул попросить повторить, и Фузик продолжал.

— Потом я увидел, к-к-к-к-к… как они взяли к-к-к-к-к… какой-то бюст, привязали к-к-к-к нему веревк-к-к-ку и понесли вверх по лестнице к-к-к-к…

— Я правильно понял тебя: курсист Кендр и его слуга привязали к бюсту веревку и унесли его вверх?

Фузик облегченно кивнул.

— Чей бюст?

— К-к-к-к-к… — начал Фузик.

— У нас в башне стоит только один бюст! — быстро перебил его пан Зелинский. — Мерлина!

— Погодите, я чего-то запутался. Ты не мог бы повторить внятно.

— Я говорю, к-к-к-к-к…

— Лучше напиши! — не выдержал Ректор.

— Это будет еще хуже, — мрачно предупредил целитель.

— Он что — заикается даже на письме? — удивился Ректор.

— Нет. У него почерк чуть хуже, чем у Куриной Лапки.

— Понятно… А он не может обходиться без слов с «к»?

Курсист Фузик грустно покачал головой.

— Бедный словарный запас, — со вздохом прокомментировал пан Зелинский.

— Хорошо, давай тогда так, Фузимир. Я подведу итог, а ты кивнешь. Ты хотел сказать, что курсист Кендр и его слуга взяли бюст Мерлина в холле, привязали к нему веревку и на руках отнесли эту громадину вверх?

Фузик обрадованно закивал и вынул из-за пазухи доказательство — моток измочаленной веревки.

— Вот.

— А где сейчас бюст?

— На месте, — доложил Фузик, светясь от радости, что удалось обойтись без «к». — Стоит в холле.

— Но позволь! Как же он попал в холл, если его унесли вверх?

— Потом они отнесли его обратно!

— Как?

— Они привязали к нему веревкк-к-к-к-к-к-к…

— Веревку, — закончил за него Наставник. — Вы что-нибудь поняли, коллега?

— Я же говорю — к-к-к-к… — обеспокоенно начал повторять Фузик.

— Молчи, ради бога, я не об этом. Зачем им понадобилось тащить бюст вверх по лестнице и затем возвращать его на место? Вот загадка!

Ректор встал и многозначительно покачал головой.

— Фузик, ты свободен!

Едва за юношей закрылась дверь, он приблизил свои губы к уху пана Зелинского и тревожно зашептал:

— Пытаться понять логику сумасшедшего бесполезно, ясно одно — за этим Кендром нужен глаз да глаз. Может, его изолировать в одиночную комнату? Пан Зелинский, по-моему, как раз за вашей каморкой дополнительная кладовая? Вот и чудесно! Если выкинуть веники, то вполне поместится…

— Лучше подсадить к курсистам из предыдущего набора, в их комнате, кажется, оставались две свободных кровати, — поспешно предложил целитель, которому совсем не улыбалась перспектива заиметь в соседи странного беспокойного ученика, возможно, тайно колдующего. — Переселим вместе со слугой, чтобы все по правилам. Разрешите исполнять?