Джон Мур - Срази и спаси!

Вместе с равновесием Энн потеряла и присутствие духа. Снизу проход был усеян колючими ветками, и шипы вонзились ей в ладони, на которые она упала. Ой! Она тотчас вскочила на ноги, но колючки усеяли ее платье, и она исцарапалась еще больше, пытаясь их стряхнуть. Собственно, в проходе вовсе не стоял непроницаемый мрак, и Энн просто спаниковала. Сердце у нее бешено колотилось, дыхание прерывалось, и последние ярды она пробежала, наклоняясь вперед, вскрикивая от страха, когда колючки царапали ей кожу и зацепляли волосы.

Ну и конечно, выбравшись наружу, почувствовала себя последней идиоткой.

Солнце зашло, и мутные сумерки обернулись ясной звездной ночью. Веял свежий душистый ветерок, высокая трава мягким ковром стлалась у нее под ногами и успокаивающе шелестела. Энн села в траву и дала сердцу угомониться. «Чудесно, — сказала она себе. — Ну просто чудесно! Какое внушительное доказательство смелости! Старайся не забывать, что ты взрослая и темноты не боишься». Решительно зажимая их ногтями, она аккуратно извлекла шипы, застрявшие в ее одежде. Потом осмотрела руки. Почти по плечи они были в сетке царапин, которые уже начинали слегка кровоточить. Не тот вид, в котором стоит показываться мальчику, если хочешь ему понравиться. Но что поделать! Она пожала плечами, поднялась с земли и осмотрелась.

Замок Спящей Красавицы выглядел по-иному, чем тогда, когда она его увидела впервые. Во-первых, на этот раз была ночь, а во-вторых, он сгорел дотла, хотя и был каменным. Но чуть только огонь охватил деревянные балки, как потолки и стены обрушились. Впрочем, основания башен в большинстве сохранились, и некоторые достигали в высоту целых двадцати футов, а кое-где уцелели и части стен и лестниц. Но в целом это было бесформенное нагромождение обломков, из-за которых выглядывала восходящая луна.

А вот принца Шарма нигде видно не было.

На нее нахлынули дурные предчувствия. Она была так уверена, что он отправился в Аласию на поиски доказательств двуличности Авроры и что страсть к приключениям заставит его, раз уж он доберется туда, заодно поискать и Грааль. Развалины не только выглядели безлюдными, но трава между замком и терновой изгородью не хранила никаких следов человека или зверя — во всяком случае, свежих.

«Может быть, я в чем ошиблась, — подумала она, — может быть, он разлегся где-нибудь на речном бережку с удочкой на коленях, радуясь, что избавился от ответственности быть принцем Шармом?» Но еще немного поразмыслив, она решила, что это маловероятно. Было слишком темно, чтобы пробираться назад сквозь изгородь, и она решила посмотреть на замок поближе.

Ров не пострадал, и по-прежнему в нем струилась ледяная прозрачная вода. Подъемный мост в средней части сгорел и рухнул в ров, но кто-то — предположительно ребята Медведя — положил над провалом несколько обгорелых балок, и можно было перебраться на ту сторону. Она перебралась и вскарабкалась на одну из самых высоких каменных куч, откуда можно было обозреть все руины в лучах восходящей луны.

Ничто не наводит такое уныние и тоску одиночества, как вид обгорелых развалин, — ничто, кроме вида обгорелых развалин ночью. Угрюмая чернота обугленных балок, беспорядочные груды закопченных камней, черепки, лужи маслянистой воды, и повсюду бездонные ямы, зияющие провалы во тьму многоярусных подвалов и погребов. Все это создавало атмосферу отчаяния, выматывающей душу тоски. Сердце Энн мучительно сжалось. Между камнями со зловещим шорохом прошмыгнула какая-то тварь, и Энн нервно приподняла юбки. В сравнении ее собственный обветшалый замок казался теплым и уютным, ее угнетенные крестьяне — дружелюбными и преданными, и она искренне пожалела, что оставила родной дом ради этих дурацких поисков.

Затем почти в самой середине развалин она заметила смутные отблески костра.

У нее екнуло сердце: «Шарм! Я знала, знала!», и она уже открыла рот, чтобы позвать его, но вовремя спохватилась. Ведь там мог быть не Шарм. Она вспомнила нянюшкины сказки об оборотнях и ведьмах. А еще она подумала о привидениях, гоблинах, троллях, людоедах, разбойниках и одноруких маньяках с крючьями вместо ладони и пальцев. Подумала, что она — беззащитная юная девушка, совсем одна — и к тому же ночью! И наконец, она подумала, что сначала следует взглянуть, что там и как, а уж потом дать о себе знать.

Легче сказать, чем осуществить! Едва она спустилась с каменной кучи, как зарево костра исчезло из виду. Пробираясь между обломками, Энн хорошо помнила, в каком направлении лежит середина развалин, однако в такой тьме было легко угодить в какой-нибудь провал. Ей приходилось то идти далеко в обход опасных мест, то выбираться из тупиков, и миновал почти час, прежде чем она приблизилась к костру. Наконец впереди открылась расчищенная ровная площадка, посреди которой весело пылал маленький костер, и на редкость хорошенькая девушка в черном, сидя на земле скрестив ноги, дрессировала стаю ворон.

Во всяком случае, так показалось Энн. Девушка держала отполированную палочку длиной дюймов в шесть, за которой внимательно следил пяток больших черных птиц, рядком расположившихся перед ней. Девушка вела палочку вправо, и все они поворачивали головы вправо, она вела ее влево, и все они поворачивали головы влево. Она постукивала палочкой по земле, и все они начинали подпрыгивать, слегка развертывая крылья. Под конец она бросила палочку в огонь. Птицы выстроились гуськом и двинулись вокруг костерка, одновременно кивая головами. Зрелище было странноватое, но очень смешное, и Энн, прячась за камнями, невольно улыбнулась.

Затем представление завершилось. Черные птицы не улетели, но запрыгали в темноту кто куда, кроме одной — большой сороки, которая вспорхнула на вершину каменной груды и осталась стоять там, наклонив голову и внимательно глядя на девушку. А та встала, потянулась, зевнула, а потом повернулась в сторону Энн и сказала:

— Э-эй! Привет! Теперь тебе можно подойти поближе!

Энн вышла из своего тайника, чувствуя себя довольно глупо.

— Привет! По-моему, нас друг другу не представили, но ведь вас зовут Золия, не так ли? Несколько вечеров назад мы обе были на обеде в замке Иллирии.

— Приветик! Да, я помню. Вы Энн, верно? Принцесса? Принцесса Энн?

— Э… совершенно верно.

— Чудненько! Мы вас ждали. Приятная ночка, правда? Думаю, вы ищете принца Шарма. Он еще не прибыл. А он жутко миленький, верно?

— Что вы тут делаете? — спросила Энн напрямик.

— Подбираемся к Граалю, как и вы. А, вы про птичек! Маленький магический фокус, которому меня обучила Эсмерельда. Она знает множество таких штучек. Конечно, свою полную силу она утратила, но малых забавных чар и заклятий у нее запас очень большой.