Валерия Комарова - Цена за Жизнь

— Значит, вы уничтожите три поколения ради будущих?

— Да...

— А ты не согласна с этим планом?

— Фикс, я хочу жить и хочу, чтобы жили мои братья и сестры, но при любом раскладе все рожденные Драконы уйдут. Этого не избежать. Есть лишь один шанс выжить — спрятаться и забыть, убедить Сферу, что Драконов больше не существует. Я создам новые тела, новую расу. Я дам душам Драконов новые оболочки. Однажды использованная Рубиусом димагия освободится, и Драконы воскреснут.

— А молодежь? Как быть с теми, кто родится после вашего ухода?

— Рубиус все продумал, он собирался наложить заклятие безвременья, в которое будут попадать новорожденные Драконы.

— А ты хочешь использовать другой вариант?

— Да, димагия будет втягиваться в созданное мною хранилище, а человеческая душа получать тело все той же расы и ждать... Ждать, пока пробудимся мы, их предки.

— Ты все продумала, Силь. — Фикс поморщился. — До последней детали. Однако есть одно «но» — если исход уже записан в Книге Книг, то все твои потуги бесполезны. Я знаю, что Драконам суждено погибнуть в Утопии, но уйдут ли они из Сферы, я не уверен. Нужна определенность.

— И как эту определенность добыть?

— Очень просто. Нужно прочитать, что об этом написано в Книге Книг.

— Вот так взять и прочитать?

— А почему нет?! Что тебе терять? А путь я покажу и даже пойду с тобой.

— Фикс, зачем это тебе? Почему ты хочешь помочь мне?

— Глупый вопрос. Ты сама меня уговаривала, я не напрашивался!

— Да нет, я просила лишь о том, чтобы ты закрыл Врата, и все. Ты же идешь гораздо дальше, о чем я и не мечтала. Почему?

— Потому что это тоже записано в Книге. — Он грустно улыбнулся. — Эта история, Силь, началась два с половиной тысячелетия назад. В тот миг, когда я встретил тебя, была написана страница, посвященная исходу этой встречи. И исход близится.

— Не понимаю.

— Я сам не понимаю. Вот и спросим у Летописца...

— Спросим. Ну так пошли?

— Сейчас, только ключ под ковриком оставлю...

Мы шли по лунной тропе. Вокруг клубился туман, донельзя похожий на хлопья табачного дыма. Будто угадав мое желание, Фикс достал из нагрудного кармана пачку сигарет и протянул мне. Я благодарно улыбнулась, прикурила от одного из услужливо подлетевших огоньков, освещавших нам путь, и глубоко затянулась.

— С чем нам придется столкнуться? — обернулась я к Привратнику. — Сколько там охранников?

— Трое. — Он поудобней перехватил косу и забросил ее на плечо. — Первая гидра, второй огненный элементал, а третий каменный колосс. Но страшны для нашего с тобой плана не они, а Летописец. Он встретит нас у Книги и задаст вопрос. Не сумеем ответить — никакое бессмертие нас не спасет.

— Да уж, — я покачала головой и выкинула окурок в туман, — совсем как мой братец, когда я покушаюсь на его драгоценные книги.

Фикс хмыкнул, но ничего не ответил.

— Скажи, Привратник, — я умышленно назвала его этим так не нравившимся ему именем, — а почему ты называешь себя Шутником?

Он споткнулся и закашлялся.

— Силь, зачем тебе это знать? — спросил он, прочистив горло. — Эта история не так смешна, как мне хотелось бы.

Я пожала плечами и откинула выбившуюся из хвоста прядь за ухо.

— Мы идем туда, где нам не будут рады и постараются убить.

— Думаешь, можно ли мне доверить спину? — грустно улыбнулся он.

— Да нет, хочу понять, с кем разделю могилу... — так же невесело растянула губы я.

Шутник уважительно покачал головой. Кажется, начинаю набирать очки...

— Хорошо, я объясню, — чуть подумав, ответил он. — Только мне придется начать с самого начала... Это долгая история.

— А у нас много времени, дорога неблизкая.

— Ладно, слушай, — окончательно сдался он.

Эта история произошла в первые дни существования Сферы. Тот, кого ты называешь Творцом, создал первых людей, поселил их в мире, который вы, Драконы, именуете Утопией. Он носился со своими новыми игрушками как с писаной торбой. Вот Адам сегодня то сказал, вот Ева сегодня то сделала! Сил не было на это смотреть.

В своем увлечении людьми Творец забыл, что не один он имел право голоса в Сфере. Не один, да, еще двое были его соратниками во всех начинаниях. Первого ты увидишь рядом с Книгой Книг, сейчас он носит имя Летописца. А вторым был я, Фьиэксен... Это имя давно забыто, даже я отказался от него. Ты не поймешь почему, а я не стану объяснять. Не столь это важно, не столь нужно... Пылью тысячелетий скрыто это имя, и то существо давно стало мною.

Фьидерсен, Летописец, полностью закопался в фолианты, создавая будущее Сферы. Он не обращал на разыгравшегося Творца никакого внимания, лишь чистая истина могла увлечь его настолько. А я скучал, мои силы не были востребованы. Да и не наблюдалось у меня никаких особых сил... Так, мальчик на побегушках у всесильных Времени и Жизни. Такого понятия, как Смерть, мы не знали. Не было тогда смертных ни в Сфере, ни в мире, откуда мы пришли, Изначальном мире.

Но я всегда тянулся к Творцу, всегда пытался быть ближе к Фьирильсену, всецело владеть его вниманием. И вот какие-то букашки, животные, отвлекли его от меня!

«Почему он любит их, а не меня? — спросил я себя и ответил: — Потому что они никогда не спорят с ним и принимают на веру каждое слово».

Так родилась моя первая шутка. Дело в том, что посреди Эдема росла яблоня, дерево познания добра и зла. Летописец создал его, дабы Сфера не забывала об Истине. Это был его дар... Но люди не испробовали вкуса золотых яблок, не позволил им Творец. Я принял лик змея и соблазнил их. Заставил вкусить сладости познания и свободы воли. Я дал людям разум.

Рассердился Творец, сказал, что моя первая шутка станет последней. Что не хочет больше таскать за собой ненужную обузу. Он приковал меня к Вратам Сферы, обронив, что, раз я так люблю шутить, юмор этой ситуации должен мне понравиться. Так я стал Привратником. Это наказание за гордыню и зависть к людям. А их он размножил и расселил по всей Сфере, и разумные люди оставались его гордостью и усладой. А меня он так и не простил... Даже уходя, не попрощался. Что самое странное, Летописец остался рядом со мной, заметив, что я правильно распорядился даром Творца. Никогда бы не подумал, что этот старый хрыч способен одобрить хоть один из моих поступков.

Но я не жалею ни о чем. Не жалею и не жалел. Я дал игрушкам свободу и выбор! Я дал им знание и мудрость! Пусть люди зовут меня Дьяволом и Лукавым, пусть проклинают, но они обязаны мне всем!

Да и вы, Драконы, тоже. Не съешь первые люди яблоко познания, не обрели бы вы способность продуцировать димагию, не появился бы ваш народ...