Ярослав Коваль - Венец проигравшего

Мне поспешили представить командиров двух наиболее отличившихся отрядов. Обнаружив, что один из них — мой зять, я удовлетворённо и отчасти со злорадством подумал: вот вам всем! И нечего говорить, что я дочке жизнь испортил, семью унизил и вообще в людях не разбираюсь. Как же! Амхин я отдал как раз тому, кому следовало. И парень ещё себя покажет, а может, даже прославит мою семью — всякое ведь случается!

Я одобряюще похлопал Рашмела по плечу, однако тем и ограничился. Война — не место для кумовства. Сделаем вид, будто это вообще дело десятое, что он — муж моей дочери. И за стол его не позвал — получится слишком нарочито. Он, конечно, без сомнений вошёл в семью… Но ещё не совсем. Может быть, после войны…

Ужинал я с сыновьями и гостями: Аштией, Оэфией, Кафшатом и Хадишем, да ещё с Тархебом — Моресна успела отбыть в Рохшадер знакомиться с претенденткой на мою особу. Хорошо: за столом можно было свободно говорить на военные темы.

И, само собой, беседа сползла на наши дальнейшие планы и перспективы их осуществления. Поднявший эту тему Кафшат (похоже, парня угнетало то, что он родился после окончания основных имперских войн, и ему не терпелось поучаствовать в действе, могущем его прославить) сразу в упор уставился на Аштию. Тут никто не заблуждался, кто ж действительно стоит у руля. Аштия была обречена на это своей репутацией, завоёванной долгими годами службы. Подозреваю, в глубине души она ею наслаждалась, даже когда сетовала на усталость, загруженность и прочие неудобства. Ведь даже её бабка (которой Аше пылко восхищается), могу предположить, не удостаивалась подобного безусловного признания.

Госпожа Солор в этот вечер была скудна на суждения. В лучшем случае от неё звучало краткое согласие, не более. Да, это можно попробовать. И это тоже. Такой вариант вполне оправдан. Да, на это хватит сил. Новые оригинальные идеи? Готова выслушать.

— Ты явно что-то задумала, сестра моя, — не выдержал я.

— О, чего я только ни задумала! Как всегда. Скажи, Алекеш, как там Каи? Она здорова?

— Абсолютно.

— Пока не беременна?

— Решила обождать с ребёнком. Я не возражаю, а в нынешних условиях, когда неизвестно, к чему придёт война, тем более за.

— Ну, смотри веселее. Надеюсь, твоя супруга смотрит в будущее с энтузиазмом? Уверена, она будет рада рождению здоровых детей. В должное время.

— Ей пока не до того. Она сейчас увлечена изучением новой породы лошадей. Очень редкая порода — ящеричная, и цвет тоже редкий. Золотистый. Серый с гнедым подшёрстком. Таких ещё иногда называют персиковыми, хотя действительно персикового в них мало.

— Знаю. Хорошая порода, эффектный цвет. Собирается разводить таких?

— Да, если раздобудет кобылку в пару.

— Аше, мы не мешаем?

— Надеялась, всё ограничится намёком. Ладно. Скажу прямо. Мне пока нечего вам сообщить. И не уверена, стану ли вообще делиться идеями и планами, потому что собираюсь импровизировать. Всё многообразие идей оговаривать просто бессмысленно. Когда ваша помощь понадобится, сообщить не забуду…

— А жаль. Было бы интересно… идеи послушать.

— Кстати, давать идеи — не моя работа. За идеи отвечает штаб. Ему же, по правилам, положено управлять событиями, но в ближайшие дни, похоже, придётся тряхнуть стариной и взять управление в свои руки. Да к тому же играть на незнакомом поле — то ещё развлечение. Всё бремя принятия решений будет на моих плечах. Прости, Серге, но в такую игру не играют на двоих.

— Уже простил, уже всё решили. Не повторяйся… Так, подожди — ты что же, оставила идею переговоров?

— Отнюдь. Просто увидела возможность подвести противника в этой мысли и вынудить его сделать первое предложение. Если получится, то больше половины дела сделано.

— Считаешь, это возможно?

— Мне так кажется. В ближайшие дни всё прояснится. Многое будет зависеть от обстановки на дальнем севере, конечно. Там по сведениям пока спокойно. Но даже если обстановка изменится, в их дела я вряд ли смогу вмешаться. Если б удалось наладить связь… Понадеемся на их успех и будем стараться на своих рубежах. Серт не испытывает недостатка в энергии?

— Полагаю, с этим ресурсом у нас всё в порядке. Но лучше я вызову Отабиша, он скажет точнее.

— Мне не надо точнее. То есть не мне надо. Я буду осуществлять лишь общее руководство. Дам приказ своим магам, а они уж пусть с твоим Отабишем решают возникающие проблемы. Как хотят. Я — лишь общее руководство.

— Ты — высокий уровень боевого духа и неколебимая вера в победу. Вот, получается, твоя главная роль.

— Ну, спасибо, — язвительно ответила Аштия.

Мне явно не удалось ей польстить. Ну и пожалуйста.

Ужин пришлось сворачивать, потому что у присутствующих попросту не имелось других тем для разговоров, кроме войны, а затевать между собой споры под снисходительным и усталым взглядом упорно молчащей Аштии было скучно и глупо. К тому же в голову пришло, что такое её невежливое поведение может объясняться банальной усталостью, и надо бы отстать от неё как с разговорами, так и с ужином. А то нарвёшься.

Я решил, что раз так, то можно бы и лечь пораньше в постель. Изысканное и драгоценное удовольствие военного времени: перед сном праздно поваляться на мягком, погрызть фрукты, полистать новую хронику. Романчики здесь писали только для женщин, про любовь и прочие сопли. А поскольку привычка читать была у меня воспитана чуть ли не с младенчества, пришлось искать на имперских просторах хоть какое-нибудь пристойное чтиво. Оказалось, единственный подходящий вариант — художественно обработанные исторические хроники. Читались они довольно легко, но имена, названия и годы путались потом в памяти, так что об истории этого мира я по-прежнему не имел никакого представления.

Страничку хроники просмотреть успел, а вот уснуть — уже нет. Худжилиф ворвался, как с пожара или на пожар, и поднял меня коротким сухим сообщением о сражении на восточном канале. Да уж, какой тут может быть сон!

— Кто?! С кем?

— Противник атаковал флот, патрулирующий восточный канал.

— Мать твою за ногу! — Я рванулся с постели и чуть не клюнул носом ковёр. — Да чтоб тебя… Кто принимал сообщение!

— Штатный чародей-наблюдатель.

— Давай его ко мне… Нет! Сам пойду! Которая из башен?

— Луковая.

— Ёлки… Да, конечно, я ж помню, естественно… Давай быстрее, что ж ты еле идёшь?!

Пока бежал, успел нафантазировать себе много всякого: и то, что издали видел сам, и то, чего никак не мог видеть, но зато додумал, дофантазировал сполна уже приготовившимся к отдыху и так нагло обломанным мозгом.

Однако фантазии не оправдались, и это было счастье. Трясущимися руками приняв сообщение, которое уже успели по всей форме изложить в письменной форме, я с изумлением выяснил, что да, бой «корабли против магов» в восточном канале имел место, однако закончился ничьей, с нашей стороны целы все суда, пострадал один солдат, сверзившийся за борт в процессе резкого разворота. Противник не оставил занятые позиции на берегу, но и значительного преимущества достичь не смог, и сейчас перегруппировывается. Яромир приказал выдвинуть на берег орудия и желает получить от меня согласие на расходование энергии.