Ярослав Коваль - Венец проигравшего

Зато потом с каким гордым видом они перекусывали, сгрудившись у котла (бойцам, понятное дело, до окончания сражения обеденный перерыв не грозил)! Наверное, чувствовали себя причастными к трудам высшей касты, крещёнными кровью героями!

Где-то ближе к полудню под свежеотбитой у врага стеной появилась депутация кочевников, уже мне известных. Строительные работы возобновились сразу после трапезы, и с удвоенным пылом, потому что обстрел прекратился. Иногда рабочим даже помогали солдаты — что-то подтаскивали или поднимали, им ведь тоже было интересно как можно скорее оказаться под надёжной защитой. Я с трудом протискивался между группами патрулирующих, отдыхающих и работающих людей. Вот уж где было в избытке пыли, специфически-строительных окриков, скрежета инструментов по камню и всякого подобного. И в мои разговоры с парламентёрами то и дело кто-нибудь вклинивался со своим бесцеремонным: «Ты куда, жопная падаль, это поволок? Сюда неси, глист окопный!»

— Твоё здоровье, Сергей! Ничего, что я так фамильярно? — весело окликнул меня Бейдар.

— Ничего, валяй и дальше.

— Это, никак, твоя жена вмешалась в управление?

— Ты к чему?

— Да, мне говорили, что на позициях появилась женщина, и вроде как она всем распоряжается. Дело пошло веселее, я смотрю. Красивый был обходной манёвр. А занимали башни так и вовсе ювелирно. Красота!

— А, ты об этом… Нет, не жена. Сестра.

— Уважаю. — Мой собеседник явно ни на гран не удивился. — Познакомишь со столь искусной в военном деле дамой?

— Если она захочет. Уж не на поединок ли ты её собрался вызывать?

— Ну что ты… Биться с женщиной? Это неуважение к ней.

— А с мужиком биться, значит, уважение.

— Так мужики — это особое дело.

Мы с пониманием поусмехались друг другу, хотя с моей стороны ни малейшего понимания не было. Я пожалел, что в конце магического перемирия всё-таки сменял Аипери на парочку наших офицеров — она бы смогла мне всё разъяснить. Ну, что уж теперь… С другой стороны, шаг был правильный. Судя по реакции «гостей», в их глазах согласие на обмен добавило моей особе ещё несколько призовых очков.

Теперь главное не переборщить. Я им всё-таки не свойский рубаха-парень, которого можно хлопать по плечу или по-дружески бить морду после ведра самогонки. Дистанция должна сохраняться.

— Какие у вас планы на дальнейшую войну? — продолжил Бейдар с непринуждённостью человека простецкого просто-таки до предела наглости. — Собираетесь пускать в ход мощную убойную магию, бьющую по площадям?

— А вы?

— Да мы сверх того, что уже было продемонстрировано, не собирались…

— Предложения-то ваши каковы? — поторопил я, чувствуя, что в душе начинает ворочаться раздражение. Всё хорошо в меру, и абсурд — тоже.

— Хм… Предложения… Хотелось бы узнать, раз уж так складывается, каковы у вас правила ведения военных действий?

Сзади мягко, как охотящаяся кошка, подошла Аштия — я догадался о её присутствии по тому, что из строительской ругани мигом пропали всякие «сраки», «гниды» и «ублюдки говённые». Теперь рабочие изъяснялись с большим скрипом, с огромными паузами — но зато чисто.

— Позволишь вмешаться в разговор? — на одном дыхании осведомилась она.

— Тебе не надо спрашивать, Аше. Ты помнишь, что у них в ходу матриархат? Твоё вмешательство та сторона воспримет как оправданный и даже необходимый шаг… Правила ведения военных действий? Я полагаю, они везде примерно одинаковы. Иди к победе, пока можешь, — и, вспомнив о том, о чём мне как лорду всегда следует помнить, поспешил добавить: — но не трогай мирное население.

— Да брось, я ведь о принятых у вас ограничениях для военных. Они у каждой армии свои, известное дело.

— Какие ж тут ограничения? Война — путь обмана. — Я решил блеснуть. — А где обман, там с правилами напряжёнка.

— Ну, так чёрт знает до чего можно договориться, — искренне возмутился мой собеседник.

Аштия мягко взяла меня за локоть и слегка сжала. Потому я промолчал, а через миг и вовсе шагнул в сторону, давая ей место между зубцами стены.

— Разумеется, это так. И мы злоупотреблять не будем, — громко произнесла она. — Из уважения к вам мы не стали пускать в ход более мощную магию или иное оружие массового поражения. Я полагаю, вы заметили, что мы в основном лишь оказываем сопротивление.

— Всё верно. Тут не поспоришь, но…

— Я — Аштия Солор, советник главы вооружённых сил Империи…

— На вашем месте, ребята, я бы присел, — сквозь усмешку вырвалось у меня почти что против воли. — Когда у нас звучит это «Я Аштия Солор», опытным солдатам становится не по себе.

Она повернулась ко мне, прохладно качнула головой, но в глубине взгляда горел шутливый огонёк. Аше явно сочла, что знает, зачем я вмешался, зачем так сказал. Ни фига, сам себе удивляюсь. Но раз уж ляпнул, так для понта надо сделать вид, будто это тонкий политический ход.

— Считаю за честь возможность познакомиться со столь знаменитой военачальницей, — уважительно произнёс Бейдар. — Означает ли появление уважаемой дамы, что в военную игру вмешались представители других кланов этого мира?

— Вы всерьёз рассчитывали на что-то другое? — удивилась Аштия. — Серге — мой брат, а моя дочь состоит в браке с государем императором. Все семейства Империи так или иначе между собой связаны.

— Понимаю, — сказал явно сбитый с толку Бейдар.

— Ты, кажется, шокировала их тем, что у нас правит мужчина, — предположил я Аштии на ушко.

— Ерунда, переоцениваешь ты их традиции. Может, они вообще удивлены наличию суверенного государя. Зачем гадать? Либо со временем узнаем и так, либо это знание нам ни к чему. Подожди, пожалуйста.

— Прости.

— Значит, у вас принято давать отпор всем вместе, я верно понимаю?

— У нас и не представляют, как может быть иначе.

— Вот так… Ясно. Это очень хорошо для государства, для его устойчивости, крепости. Понимаю. Но ведь здесь против вас лишь один клан.

— Вы предлагаете нам отказаться от основополагающего принципа ведения военных действий на нашей территории, однако сами от своих привычек не отказываетесь. И разве это вообще реально — уравнять стороны в войне миров, пусть даже и искусственно? Разумеется, нереально. Мы ведь, к примеру, не способны использовать вашу избирательную магию, поскольку не владеем её секретом, а вам не известен наш. Вот уже и неравенство.

— Да, мы заметили. Но ведь ваши чародеи явно знают способ защищаться от наших волн, хоть и не сразу взялись это демонстрировать. Кстати — как им это удаётся, да ещё столь красиво?

— Предлагаешь обмен тайнами?