НИКА ЕМИЛИНА - Демон

– Что ж, удачной беседы. В следующую секунды он словно исчез, оставив меня наедине с советником.

– Конец игры, Нерих, – прошипела я, медленно приближаясь к не сдвинувшемуся с места вампиру. – Осталось совсем не много. Кто-то из нас должен умереть.

– Почему? – подивился моей логике вампир.

– Потому что я не могу иначе. Мне надоело жить так, как я живу. Я даже буду рада, если умру именно я. Мне не для кого больше жить.

Я плавно перестроилась в боевую позицию, обхватывая клинки двумя руками. Нерих продолжал стоять на месте.

Я нахмурилась, но решительно двинулась вперёд, вертя в руках клинки. Как только я достигла Нериха, вампир уплыл у меня из-под рук, отступив назад. Я оттолкнула в сторону качнувшуюся дверь, упорно идя вперёд. Размахнувшись, я ударила. Клинки вонзились в дверь, а вампир отступил ещё дальше. Я бросилась на него, пытаясь пресечь каждое движение, но советник уходил от меня раз за разом, словно смеясь. Последняя дверь отлетела в сторону, впуская нас в тронный зал.

– Что же ты бежишь?

– Может, хочу ещё пожить? – предположил Нерих, сопровождаемый моим громоподобным смехом. – А может растягиваю удовольствие? Ах, не удовольствие – твою жизнь.

Я с криком бросилась на него. Я не успела заметить, как вампир уклонился, а в следующий миг что-то больно ударило меня по руке. Клинки пролетели через весь зал и врезались в королевский трон.

Перед глазами мелькнуло лицо Нериха, который налетел на меня, схватив за горло и прижав к каменной стене. Вот и всё. Я как никогда близка к смерти.

– К чему такая агрессия, королева?

Я выругалась. Нерих сжал моё горло до такой степени, что я начала задыхаться, а перед глазами всё поплыло. Я уперлась в него руками, попыталась ударить, но сил не хватало.

– За что ты так ненавидишь меня? Неужели только за то, что когда-то Истал был моим рабом? За то, что он напал на мои границы, вынудив меня вывести его из строя? За то, что я убивал шпионов у тебя на глаза? Я закатила глаза и захрипела. Нерих ослабил хватку, тряхнув меня.

– Ты убил его, – выдавила я из себя.

– Кого?

– Кого? Ах да, ты убил стольких, что всех и не упомнишь…

– Кого я убил? – угрожающе повторил вампир.

– Истала. Ты убил Истала! Ты выпил его! Ты его… – я разревелась в голос, а потом, рванувшись, заехала советнику по причинному месту.

Нерих отпрянул в сторону, согнувшись пополам, а я уже летела к трону, намереваясь выхватить клинки. На полпути я почувствовала пролетевший мимо ветер. Клинки вылетели из трона и воткнулись в щель между камней потолка.

Я обернулась, Нерих стоял на прежнем месте, нагло ухмыляясь. Я рванулась к нему. Вампир присел, отталкиваясь от земли, и взлетел в воздух, переворачиваясь в полёте, становясь ногами на потолок, противореча всем законам мироздания, и глядя на меня сверху вниз.

– С чего ты взяла, что я его убил?

– Ага! Ты даже не удивлён! С чего взяла? Твоя темница! Это твоя темница и только ты знаешь, как открыть эти решётки и… Вампир расхохотался.

– Эта темница сделана не для того, чтобы в неё не проникли, а для того, чтобы из неё не сбежали. Вампир может протиснуться даже в щель между полом и дверью, Вигма. Я сжала кулаки, задрав голову глядя на усмехающегося советника.

– А как на счёт того, что ты сказал при моём возвращении из Ганзены?

– И что же такого экстраординарного я сказал?

– Что вы решаете, кому эльф послужит донором, – выкрикнула я.

– Отлично. А почему бы тогда Жару не убить его?

– Потому что ему незачем его убивать! Это ты, я знаю! Ты хотел отомстить ему! Это ты, ты! Лицо вампира изменилось, приняв серьёзное выражение.

– Неужели ты действительно его любила? Глупышка. Что ж, каждый имеет право на ошибку.

– Я не понимаю, – я покачала головой. Гнев прошёл из-за недостижимости цели, и на меня вновь накатило ощущение потери, от которого хотелось плакать.

– Вигма, я не убивал его.

– Я тебе не верю.

– А тебя никто и не просит мне верить. Я никогда не лгу.

– Да неужто?

– Я просто не говорю всей правды. Я не виновен, пока не доказано обратное.

– Тебе мало доказательств?! – ощерилась я.

– А нет ли у тебя более достойных?

– Есть. Но я оставлю их при себе.

– Вот как. В таком случае, я предоставлю тебе свои доказательства.

Вампир усмехнулся и побежал к выходу прямо по потолку. У самой двери он спрыгнул вниз. Я оглянулась на торчащие в потолке клинки и побежала за ним.

В мгновение ока вампир исчез из виду, пользуясь своей сверхъестественной скоростью. Я остановилась, а потом понеслась вперёд. За какую-то минуту достигнув нужного этажа, я спустилась по винтовой лестнице, дверь перед которой оказалась открытой. Первое, что я увидела, спустившись, это Нерих, склонившийся над телом Истала.

– Нет! Не трогай его! – я бросилась на решётку, просовывая сквозь неё руки, рефлекторно пытаясь достать до вампира. Советник поднялся на ноги и рассмеялся.

– Превосходно, – заключил он.

– Смешно?! – гневно взревела я.

– Смешно, – кивнул Нерих. – Мне смешно, что меня обвиняют в убийстве, которое так и не состоялось.

– Что ты имеешь в виду? – поубавила оборотов я.

– Твоя великая любовь жива. Прости, сказать, что невредима, не могу.

– Ты…

Я оттолкнулась руками от решётки и прошлась до конца зала, чтобы потом обернуться и посмотреть на Нериха.

– Почему же ты его не убил? Лицо Нериха помрачнело.

– Я не верю тебе, Нерих, – всплеснула руками я. – Не верю! Не верю…

– Хорошо! – рявкнул вампир.

Я не заметила, как он прошёл сквозь решётку и достиг меня, теперь стоя напротив.

– Хорошо. Ты хотела это услышать, так слушай: да, это сделал я! – он показал пальцем себе за спину, не спуская с меня рубиновых глаз, оскалив клыки, едва сдерживая рвущуюся наружу злость.

– Ты… – я сглотнула. – Ты говорил, что никогда не лжёшь.

– А я не говорил, что убил его, хотя не имею понятия, почему он всё ещё жив. Я покачала головой, уже не в силах что-либо сделать.

– Подонок, – прошептала я. – Чего же ты медлишь? Убей меня, а потом закончишь с ним.

– А зачем?

Советник протянул ко мне руку и с его ладони словно сорвались крохотные красные мотыльки, которые взвились в воздух и настигли меня. Я попыталась отвернуться, но поняла, что моё тело мне больше не принадлежит. Вампир оставил мне только способность говорить.

– Я могу сделать с тобой всё, что моей душе угодно, – улыбнулся мне вампир, хотя глаза всё ещё метали молнии.

– Не хочу тебя огорчать, но у тебя нет души.

– Именно поэтому я всевластен.