Глюконавты - Валентин Леженда

сгонял бы на ней в Мордор и толкнул местным в три дорога. Они за такого мерина точно бы не поскупились…

— Кажется я знаю кто это едет… — Муха поднял вверх правую руку голосуя.

Мерседес плавно затормозил рядом с колоритной парой халявных автостопщиков.

— Привет вам, честные фраера, — сказал высунувшийся в открытое окно машины бритоголовый браток в малиновом пиджаке. — Что, снова вас подкинуть?

— Ну разумеется, — обрадовался Муха. — Прокатимся с ветерком…

— А где твой друг? Мутировал в гнома?

— Да нет, — рассмеялся Муха. — Укатил по делам, но обещал вернуться. А гном это наш давний кореш, свой пацан в доску.

— А то! — усмехнулся в напомаженные усы Бонч-Бруевич и поправляя висящий за спиной топорик.

— Окей, залезайте! — владелец «Мерса» кивнул на заднее сидение. — Только обивку мне там мне не испачкайте, а то вид у вас, как после хорошей пьянки.

Пассажиры забрались в машину и Мерседес рванул с места.

— А у меня бяда, — грустно сообщил браток, врубая в салоне «Heart of Gold» от неподражаемого U.D.O.

— А в чём дело? — удивился Муха. — В прошлый раз, вроде, всё тип-топ было.

— Так то ж в прошлый раз, — возразил браток. — Короче, заколебали меня козлы местные, ни в ад, ни в рай брать не хотят. Я ведь, дурак, и там, и там на лапу дал, а бабок в итоге не хватило, чтобы двинуться по бюрократической цепочке дальше. Из Чистилища меня выгоняют, мол, после последней воровской разборки в Питере мест у них нет. В аду чертям отстегнул и они мне быстренько направление наверх выписали, а наверху этот, как его… некий Ридван у ворот сидит, щёки надул и права качает. Так, мол, и так, хочешь на небесах жировать, отстёгивай, барыга, пять кусков зеленью, а бабок то больше нетути.

— И что же ты теперь станешь делать? — спросил гном, поглаживая бороду. — Походу попал ты круто так…

— Да возвращаться теперь буду, — ответил браток, — а что ещё мне прикажешь делать? То-то знакомые удивятся, увидев меня живого и невредимого.

— То есть как это возвращаться? — не понял Муха. — Куда?

— Тю, ты чудной, — удивился владелец «Мерса», — понятно куда, в мир живых, откуда сюда и попал.

— А что так можно? — привстал на сидении Муха. — Вернуться?

— Конечно, — усмехнулся браток, — а вы думаете, я куда сейчас как раз еду? Ты то сам, откуда будешь?

— Из Мурома я, Владимирская область, — ответил парень.

— Ух ты, — восхитился владелец «Мерса», — так значит мы с тобой земляки. Вот это да…

За очередным поворотом машину внезапно остановил передвижной полицейский блокпост. Одетый в бронежилет и чёрную балаклаву гаишник с болтающимся на груди автоматом не спеша подошёл к затормозившему «Мерсу».

— Далеко собрались? — спросил он ухмыляющегося братка.

— Да вот в мир живых возвращаемся, — спокойно ответил тот.

— Ваша виза в мир живых? — потребовал гаишник.

Браток полез в бардачок и показал полицейскому чёрный жетон с тисненой перевёрнутой пятиконечной звездой.

Гаишник кивнул.

— А визы ваших друзей?

Гном с Мухой тревожно переглянулись.

— А нет у них виз, — ответил браток, — они ещё не умерли.

— Пожалуйста, выйдите из машины, — приказал гаишник пассажирам, и когда те выполнили его просьбу, снова повернулся к братку. — А вас, гражданин, я больше не задерживаю. Вы свободны!

Браток пожал крутыми плечами и, вдавив педаль газа, резко рванул с места.

— Ну что, металлисты недоделанные, отбегались? — спросил из-за спины чей-то до боли знакомый насмешливый голос.

Бонч-Бруевич с Мухой обернулись.

На дороге стоял жёлтый полицейский бобик, рядом с которым во весь свой полный золотых коронок рот, улыбался участковый Антон Гопстопов.

* * *

Бежать было решительно некуда. Слева клонились на ветру заросли густой кукурузы, справа угрожали лёгким туманом зловонные болота и темнели зловещие камыши. Кивнув участковому, гаишник погрузился в бело-синюю «Теслу» и укатил себе восвояси следом за исчезнувшем вдали «Мерседесом».

— Я вот всё думал пока вас ловил, что я с вами пойманными сделаю, — не спеша разглагольствовал Гопстопов. — Скормлю голодным львам как христианских великомучеников или подвешу вниз головой на старой осине как Бенито Муссолини. И вот я вас поймал, а воображение словно отшибло, ничего путного в голову не приходит.

— А может ты нас просто отпустишь? — предложил Бонч-Бруевич. — И мозг тогда парить ненужно.

— Кстати, а где Вадик? — гневно вскричал Муха, наконец справившись с расшалившимися при виде ненавистного врага нервами. — Куда ты его дел душегуб в форме?

— Сбежал твой Вадик! — огрызнулся полицейский. — Не смог я его тогда догнать… слишком сильно я разогнался… и где он сейчас валандается, не знаю…

— Я вообще ко всей этой криминальной истории никакого отношения не имею! — склочно заявил Бонч-Бруевич. — Каким я здесь боком?

— Ты злостный наркоторговец! — гаркнул участковый. — На тебя ориентировки разосланы по всем честным землям. Кокс на концертах толкал, контрабандой промышлял. Организовал наркопритон для несовершеннолетних эльфов. Состоял в банде уличных босяков грабителей. Бобровые шапки с ПК бояр срывали. Было ведь?

— Было! — кивнул гном. — Но всё это давно в далёком прошлом…

— Сдай своё оружие! — потребовал полицейский.

— Какое такое оружие? — совершенно невинным образом поинтересовался Бонч-Бруевич.

— То, что у тебя за спиной висит. Топор представительного класса!

— А это вовсе не оружие, — нагло заявил гном, словно сытый кот щурясь на солнце. — Это массажер для спины! Хочешь я тебе им хребет сейчас как следует помассажирую?

Гопстопов потянулся к кобуре.

Ситуация резко накалилась.

Бонч-Бруевич нагло смотрел на представителя закона и даже в ус не дул. Страха перед грозным участковым у него не было.

— Ну давай, брат, как в итальянском вестерне, — добродушно произнёс гном. — Кто из нас быстрее? Соревнуемся?

Полицейский побагровел и, расстегнув кобуру, выхватил оттуда большой малосольный огурец.

— А вот и закуска подоспела! — хохотнул Бонч-Бруевич и, ловко снимая из-за спины топор, ударил тупым концом лезвия полицейского прямо в лоб.

Участковый грузно осел на шоссе.

— Мой топор получил своё первое боевое крещение! — торжественно прокричал гном,