Рыжая Марика - Тяжело в учении

— Кто? Она? — не поняла я.

— Ага, и ты тоже, — вяло подтвердил Кар-Сэрс и снова попытался улечься на столе поудобнее.

— Что-о-о?! — я подскочила, как рассерженная кошка. — Что ты сейчас сказал?

В ответ Чет блаженно и умиротворенно засопел, улыбнувшись в бредовом сне. Злость на него куда-то испарилась. На него было абсолютно невозможно злиться, как невозможно злиться на больного или слабоумного человека.

Бессильно пнув его пару раз, я уселась рядом и пригорюнилась, подперев щеку рукой.

— И что мне теперь с тобой делать? — вздохнула я, оглядывая стройный ряды ополовиненных пивных кружек.

— Эй, девка, — все та же бабища в заляпанном фартуке подвалила к нашему столику. — Ты за этого пьянчужку платишь?

— Я? Еще чего! — возмутилась я.

— Он уже столько в себя влил, что ему, наверное, в век не расплатиться, — пояснила тетка, звучно шмыгнув носом и утеревшись рукавом.

— Запишите на счет ИООО, — посоветовала я, лучезарно улыбаясь. Вот дядя Брумх порадуется.

— На чей счет? Это те, которые оборотней истребляють, что ль? — уточнила тетка.

— Да, именно они, — подтвердила я.

— Ну ладно, — бабка снова удалилась, а я мысленно перевела дух. Не хватало еще платить за этого горе-пьяницу.

9

Дверь харчевни распахнулась, впустив на миг холод и стужу с улицы. Оглянувшись на пришедших, я замерла соляным столбом. На пороге стояли и мрачно оглядывались…Луэлла и Торни.

Мне вдруг захотелось стать незаметной, а лучше вообще провалиться сквозь землю. Заметив, что мрачный и нехороший взгляд Луэллы остановился на моей персоне, я приветливо заулыбалась, невинно хлопая глазами и делая вид, что я здесь полностью ни причем. Однако отвертеться не удалось.

— Ну что, подруга? — Луэлла привалилась к дверному косяку, скрестив руки на груди. — Поговорим?

— Лично я не против, — пожала плечами я. — О чем ты хочешь поговорить?

— Вот об «этом», — девушка ткнула пальцем в похрапывающего Кар-Сэрса.

— А что об «этом» говорить? — небрежно спросила я, отодвигаясь от Чета подальше. — «Это» не в состоянии что-либо сказать. Как не стыдно доводить молодого человека до такого состояния?

— Ты еще смеешь меня обвинять? — поразилась Луэлла. Торни пока молчала, скромно отодвинувшись в сторонку. Я заметила, как обитатели харчевни притихли, в ожидании расправы.

— Нет, я просто удивляюсь, какая нынче зима холодная, — охотно поведала я, поднимаясь с табуретки и бочком продвигаясь к выходу.

Подруги недоуменно переглянулись.

— Ты что, совсем дурочка? — поразилась Торни.

— Что-что? Ты говорила что-то о дурочках? Ну, это не ко мне, а к зеркалу, — пожала плечами я, нащупывая дверную ручку.

Луэлла ощерила мелкие, как у ласки, зубы и больно толкнула меня плечом в сторону.

— Ну нет, подруга, убежать тебе не удастся, — прошипела она.

— Я и не собираюсь, — фыркнула я. Мой ищущий взгляд нашарил кружку с недопитым сбитнем, и я схватилась за нее, как утопающий за соломинку. — А не хочешь ли отведать славного сбитня? Сладкий, горяченький?

Не ответив, Луэлла кинулась в мою сторону, намереваясь вцепиться в волосы. Но я среагировала быстрее. Оказалось, сладкий, липкий, а особенно горячий сбитень прекрасно смотрится на лице, волосах и одежде. Однако Луэлла этого не оценила, завопив, как резаная. Воспользовавшись переполохом, я снова кинулась к двери, но там уже маячила Торни. Сзади меня настигала бывшая Кар-Сэрса, но я успела вспрыгнуть на стол, и ее ногти вхолостую зачерпнули пустоту.

— Я тебя достану, змея! — закричала она, потрясая кулаками. — Будешь знать, как чужих парней отбивать, дрянь!

— От дряни слышу! — я кинулась в нее табуреткой, но Луэлла сумела отклониться, и стул полетел в окно. — Нужен мне твой Кар-Сэрс! Я его и пальцем не трогала!

— Еще б ты его тронула! — оскальзываясь, Луэлла тоже забралась на стол, но я уже была на другом. На грязный пол со звоном полетели кружки и миски. Наступив ногой в тарелку с похлебкой, я прыгнула на еще один стол, как раз на тот, где похрапывал Кар-Сэрс. Стоя на цыпочках между батальонами пивных кружек, я пара раз пнула этого болвана голенью.

— Все из-за тебя! — крикнула я, но он опять же даже ухом не повел. Кто-то схватил меня за ногу и дернул да так, что я чуть не сверзилась со стола. Оглянув-шись я увидела, Торни.

— Я держу ее, Луэлла! — крикнула она подруге. Обозлившись, я вывернула ногу из ее рук и лягнулась, как заправская кобыла. Ударить не ударила, но задела валенком неслабо. Спрыгнув со стола, я уже в который раз побежала к вожделенной двери, и на этот раз мне удалось вырваться на свободу. С облегчением втянув в себя холодный воздух, я запахнулась в полушубок и побежала по едва намеченной в снегу тропке.

10

Проснувшись утром, я вспомнила вчерашнее представление в харчевне, и в голове закопошились сомнения, а пустят ли меня сегодня в ИООО? Одевшись, я вышла на улицу, и, щурясь от яркого солнечного света, потопала по тропинке. Когда впереди замаячил знакомый длинный домик с вывеской, я почувствовала, как в горле нехорошо пересохло. Постучавшись, я открыла дверь и шагнула навстречу судьбе.

Остановившись на пороге, я огляделась. Комната пустовала, лишь за своим привычным столиком восседал господин Брумх, деловито заполняя какие-то бумажки. Услышав, что кто-то пришел, он поднял на меня свои глаза с бесцветными зрачками.

— А, Маричка, ты? Привет-привет, — ворчливо, но довольно дружелюбно поздоровался он. — Проходи, Кар-Сэрс как всегда опаздывает.

— Здрасьте, — кивнула я, снимая шапку. — А… где Торни и Луэлла?

— Тебе они зачем? — удивился завканцелярией. — Сегодня утром отправились на задание в Западные пустоши. Там в последнее время что-то нежить разбушевалась… А что?

Я мысленно перевела дух. Пронесло.

— Да так, просто интересно стало, — беспечно отмахнулась я. — Просто я смотрю, их нет сегодня, вот и удивилась…

— А-а-а, — Брумх глянул на меня с подозрением, но я ответила своей коронной невинной улыбкой.

В спину дунуло холодом — дверь распахнулась, и ввалился Кар-Сэрс. Выглядел он неважно. Под глазами у него залегли глубокие тени, на земле он стоял неустойчиво, пошатываясь и отклоняясь в сторону.

— Привет, — поздоровалась я, глядя на него с опаской.

При виде меня Чет поморщился, как от зубной боли и, схватив за полушубок, потащил в учебную комнату. Я протестующе пыхтела и отбрыкивалась, но толку от этого не было никакого.

— Пусти! — пискнула я задушенным голосом. — Ты что себе позволяешь, ну?